Спящие боги Инадзумы (СИ)

— Дедушка! — остановившись у мостика, прокричал Юй Шэнь.
Держа одну руку на штурвале, капитан вытащил изо рта трубку и строго взглянул на внука.
— Субординация, Юй Шэнь. Сколько раз можно повторять? Пока мы в море, я для тебя «капитан».
— Но мы всегда в море, — проворчал Юй Шэнь.
Он сказал это совсем тихо, но капитан услышал и вдруг громогласно расхохотался. Волны вздыбились от его смеха, а чернильный сгусток, который упрямо тащился за кораблем уже несколько минут, боязливо отодвинулся обратно к горизонту. Впрочем, Люмин чувствовала: он просто затаился и совсем скоро возобновит преследование.
— Как же мне нравится этот парень! — заявил дедушка Юй Шэня. И тут посмотрел на Люмин так, словно увидел ее в первый раз. — А она что тут делает?
— Следует к Последнему Пределу, конечно, — изумленно отозвался Юй Шэнь.
Капитан задумчиво хмыкнул. Осмотрел Люмин с ног до головы, задержав взгляд на чернильном пятнышке на ее платье. Выпустил в воздух дымное кольцо, очертаниями подозрительно напоминающее Дубину Переговоров.
— Я так не думаю, — сказал он наконец. — Отведи-ка ее наверх.
Юй Шэнь нахмурился. Скрестил руки на груди. Он выглядел напуганным, как если бы снова пытался удержаться за борт «Алькора» перед падением в бушующие черные воды.
— Я знаю, чем это заканчивается. Всех, кто приходил наверх, она отправляла туда. Ты ведь понимаешь, что в случае неудачи Люмин ждет забвение?
«Забвение? — испугалась Люмин. — Но мне нельзя в забвение! Я должна найти брата. Помочь друзьям, победить Синьору, остановить Отто… А еще сходить с Сяо на Праздник Морских Фонарей. Я, вообще-то, выиграла наш спор. Не могу же я просто так упустить такую возможность?»
Капитан посмотрел на нее, и в голове Люмин ясно вспыхнула еще одна мысль.
«И именно поэтому я должна подняться наверх».
— Юй Шэнь. — Она мягко прикоснулась к его руке, и он повернулся, не скрывая страха. — Ты хороший человек, и я благодарна тебе за заботу. Но прошу тебя, доверься мне. Я справлюсь. Пожалуйста, отведи меня наверх.
Юй Шэнь вздохнул. Опустил голову, пытаясь принять непростое решение. Дедушка глядел на него с любопытством и не поторапливал.
Наконец Юй Шэнь привычным жестом взъерошил волосы на голове и, взявшись за ладонь Люмин, повел ее в переднюю часть корабля, туда, где вдоль фок-мачты тянулась узкая деревянная лестница. Подобную Люмин видела прежде на «Алькоре». Она вела на наблюдательную площадку, которую матросы называли вороньим гнездом.
Оказавшись у лестницы, Люмин вскинула голову наверх, но так и не смогла увидеть, где заканчивается мачта.
Юй Шэнь отпустил ее руку и сделал шаг назад.
— Удачи, Люмин. Да направит тебя попутный ветер.
Она забралась на первую ступеньку, ухватилась за лестницу, но не выдержав, обернулась.
— Мы еще увидимся?
Юй Шэнь печально улыбнулся. В его глазах стояли слезы. Такое ощущение, что это не он, а Люмин сгинула в том злосчастном шторме.
— Не провались в забвение. Тогда… Если в тот момент, когда ты все же решишь отправиться к Последнему Пределу, в твоем сердце будет для меня место, мы непременно увидимся.
Он отошел еще на несколько шагов, затем отвернулся и, не оборачиваясь, направился прочь. Вскоре его силуэт растаял в тумане. Как Люмин ни всматривалась, она так и не смогла различить за этой зыбкой стеной даже очертаний корабля.
«Значит, отсюда есть только один путь, — решила она. — Наверх».
И она устремилась вверх по бесконечной лестнице. Ступенька за ступенькой она поднималась, окутанная молочной дымкой, пока в конце концов не очутилась на круглом деревянном помосте. Помост был большим — такой ни за что бы не поместился на фок-мачте.
Впрочем, Люмин уже убедилась, что этот мир живет по правилам, которые ей не понять.
На краю помоста, болтая ногами в пустоте, сидела беловолосая женщина. Люмин изумленно вздохнула: в ее наряде она узнала облачение жрицы Великого Храма Наруками. Женщина курила изящную длинную трубку, выпуская в звездное небо белесые кольца дыма, и ее белые лисьи уши слегка подергивались, вслушиваясь в шепот волн.
 
— А, — сказала женщина. — Это ты.
Она поднялась, отряхнула подол платья и с любопытством обежала Люмин пронзительным взглядом желтых глаз. У Люмин перехватило дух. Набравшись смелости, она шагнула вперед.
— Мы встречались?
Женщина склонила голову набок и улыбнулась.
— Можно сказать и так. У меня много лиц, Путешественница, да и имен не меньше.
Она повела перед собой рукой, и на ее лице появилась красно-белая маска кицунэ. Люмин замерла, потрясенная узнаванием.
— Кадзари, — прошептала она.
— Я предпочитаю имя Сайгу, — приподняв маску, подмигнула ей женщина. — Так значит, старик решил направить тебя ко мне? Что ж, разумное решение. Там, внизу, творится полная неразбериха. Все вокруг такие загадочные и ни в чем не признаются. Ужасно утомляет, верно?
Люмин кивнула. Кицунэ Сайгу, легендарная защитница Инадзумы, которая погибла во время катаклизма пятьсот лет назад, казалась старой подругой, и рядом с ней Люмин чувствовала себя спокойной и умиротворенной.
Сайгу вернулась на край наблюдательной площадки и похлопала рядом с собой, приглашая Люмин сесть.
— Ты уже поняла, где находишься? — спросила она, вновь закуривая.
Люмин осмотрелась. Она надеялась отыскать взглядом чернильный сгусток, понять, как скоро он доберется до корабля, но туман был слишком плотным.
— Забудь о нем, — сказала кицунэ Сайгу, заметив ее беспокойство. — Это лишь сконцентрированная боль артерий земли. Так случается, когда кто-то пытается вмешаться в дела мертвых. Этот человек, Отто… Ему удалось сильно навредить и мертвым, и живым, и нам с ребятами предстоит немало работы. Ну так что? Готова ответить на мой вопрос?
Люмин кивнула.
— Это мир между жизнью и смертью. Тот, кто доходит до Последнего Предела, умирает окончательно. А те, кто остается в этих водах, застревают здесь навсегда. Наверное, в реальном мире они иногда проявляют себя, как призраки. Так, как ты появилась передо мной и Паймон в облике Кадзари, чтобы помочь очистить Священную Сакуру от скверны.
Кицунэ Сайгу взглянула на нее с интересом.
— «В этих водах»? — переспросила она. — Вот, значит, как ты это видишь… Любопытно. Впрочем, неудивительно. Прошу, продолжай.
— Юй Шэнь и его дедушка… Они служат проводниками. Доставляют души умерших к Последнему Пределу. Только я не понимаю, как это возможно.
— Многое в мире не поддается человеческому пониманию и ускользает даже от проницательности кицунэ, — сказала Сайгу. — Не задумывайся об этом. Когда-нибудь ты поймешь, но ни к чему торопить время.
Люмин тяжело вздохнула. Да уж. «Когда-нибудь ты поймешь». Кицунэ Сайгу говорила точь-в-точь как Яэ Мико.
— Зачем капитан отправил меня сюда? — спросила Люмин. — Юй Шэнь выглядел очень напуганным и постоянно твердил о каком-то забвении.
Сайгу ответила не сразу. Некоторое время она молча щурилась в туман, задумчиво покусывая кончик трубки, пока наконец не поднялась на ноги и не сделала шаг за пределы площадки. Люмин чуть не вскрикнула. Она была уверена, что кицунэ Сайгу упадет, но та зашагала по туману, как по мосту, и, обернувшись, поманила Люмин за собой.
— Скажи, ты хочешь вернуться назад? Помочь своим друзьям в этой нелегкой битве?
Люмин неуверенно ступила вперед. Странное это было ощущение: она твердо знала, что под ее ногами нет ничего, кроме пустоты, но шагала по воздуху легко и без страха. Кицунэ Сайгу, бросив быстрый взгляд за плечо, улыбнулась.
— Очень хочу! — выпалила Люмин, спохватившись, что так и не ответила на вопрос.
— Вот и твой ответ, — рассмеялась Сайгу. — У капитана меткий глаз на людей с невероятным стремлением к жизни.
Она остановилась и, протянув руку, нащупала что-то в воздухе. Потянула на себя. Отстранилась, и Люмин увидела, как в пустоте распахнулась дверь. Она хотела шагнуть за порог, но кицунэ Сайгу придержала ее за локоть и качнула головой.