Спящие боги Инадзумы (СИ)

Комментарий к Часть 19. Под цветами сакуры
Спасибо за ожидание новой главы! Эта часть получилась очень большой, так что запасайтесь платочками и вкусняшками. Приятного прочтения!
Есть точка невозврата из мечты,
И мы с тобой смогли ее пройти.
Плыть в серебре лунных морей…
Солнце нам вслед пошлет свой ветер.
Плыть по волнам в тот океан,
Что называется бессмертием.
Ария — Точка невозврата
Законы физики сошли с ума. Мир перевернулся вверх ногами.
Там, где сила стихий должна была утекать, она скапливалась и крепла. Там, где должна была сиять жизнь, темнела смерть, а там, где прежде царствовала смерть, разливалась жизнь. Там, где должно было быть морское дно, простиралось небо. Но достичь его, как ни старайся, не получалось.
Люмин не падала и не плыла — она парила, влекомая глубинными морскими течениями, мягкими и теплыми, как пуховое одеяло. Ее тянуло не вниз и не вверх, а куда-то за, туда, где нет места живым.
Она опустила взгляд и увидела, как далеко под ногами расползается чернильное пятно тьмы. Пришло ли оно с морского дна или было ниспослано с небес? В этом перевернутом мире сложно было разобраться. Единственное, что знала Люмин — это то, что от пятна непременно нужно сбежать, ведь если оно настигнет ее, дороги обратно уже не будет.
Она перекувыркнулась, улавливая нужное течение, и погребла что было сил.
Тьма двигалась стремительно. И вот когда Люмин начало уже казаться, что чернильные щупальца вот-вот вцепятся ей в ногу, ее крепко обхватила за запястье знакомая рука.
А потом еще одна. И еще, и еще… Десятки рук тянули ее прочь от чернильного облака туда, где разрывалась морская гладь. Навстречу свету.
Люмин должна была вынырнуть, но вместо этого упала — и замерла в нескольких сантиметрах от деревянной палубы. Мягко опустилась вниз, словно поддерживаемая невидимой силой. Перевернулась на спину, переводя дух, и обнаружила, что над головой, в усыпанном звездами небе, кружат разноцветные рыбы.
— Не зевайте, ребята! — раздался мужской голос. Люмин никак не могла вспомнить, где слышала его раньше. — Все ведь знают, как опасен путь к Последнему Пределу? Держите ухо востро, а не то останетесь здесь до скончания времен. Поднять паруса!
Матросы неведомого судна тут же разнесли по кораблю приказ старшего по чину:
— Поднять паруса!
Люмин приподнялась на локтях и обнаружила на платье крупную чернильную каплю. Она давила на грудь так, словно весила несколько килограммов, мешала дышать, и как Люмин ни старалась, у нее не получалось ее стереть.
— Это ненадолго, — послышался все тот же мужской голос.
На сей раз он прозвучал ближе, и Люмин, подняв голову, обнаружила его обладателя прямо над собой.
Перед ней стоял загорелый юноша с зачесанными назад каштановыми волосами. Лишь одна прядь выбилась, упала на лоб, всем своим видом демонстрируя непокорность. Юноша улыбался, и эта улыбка источала ясный и теплый свет, от которого чернильное пятно мигом поблекло и съежилось.
Горло захлестнула удавка горечи, и имя юноши не сразу вырвалось из удушающего плена слез.
— Юй Шэнь…
Он кивнул и, наклонившись, протянул Люмин руку. Она взялась за нее, уверенная, что Юй Шэнь мерещится ей, но он оказался вполне осязаем и с легкостью поставил ее на ноги.
— Как это возможно? Ты… Ты ведь умер… Шторм…
— Умер? — удивился Юй Шэнь. — Нет, конечно. Что бы я иначе здесь делал?
Люмин потерла виски. Она окончательно запуталась. Она сама видела, как Юй Шэнь повалился в штормовое море. Выжить в такую бурю… Нет, это было невозможно. Иллюзий она не испытывала: Юй Шэнь действительно погиб.
Значит, он имел в виду что-то другое.
О каком «здесь» он говорил?
Пока Юй Шэнь отдавал новые приказы, Люмин подошла к краю. В туманной дымке прятались знакомые очертания Инадзумы, зыбкие, как застывшие потеки акварели. По другую сторону борта она различала гавань Ли Юэ и даже уютные улицы Мондштадта. Вместо того, чтобы убегать вдаль, они поднимались к небу, где по-прежнему плавали разноцветные рыбы — словно ожившие звезды затеяли причудливый танец. Водная гладь оставалась на удивление спокойна. Как и небо, она не таила ни следа шторма, который разразился в Инадзуме.
 
Это место было пропитано мистической, потусторонней атмосферой, и Люмин, присмотревшись, поняла, что не может различить лица ни одного матроса. Только Юй Шэнь оставался в этом смазанном мире ярким пятном.
Куда же она попала?
Вдруг ее внимание привлек человек за бортом. Она хотела уже позвать Юй Шэня, но тут поняла, что человек не тонет — он бесцельно плавает по кругу, не отрывая взгляд от морских глубин. Отчего-то ей стало неуютно. Она торопливо отвела взгляд, но тут же обнаружила, что неподалеку другой человек лежит на воде, раскинув руки, и равнодушно глядит в звездное небо.
Юй Шэнь оказался рядом, облокотился на край. На людей за бортом он не смотрел — куда больше его интересовала реакция Люмин.
— Кто они такие? — потрясенно спросила она.
— Те, кто не дошел до Последнего Предела. Не смог или не захотел. Не нужно бояться их, Люмин. Некоторые из них заслуживают жалости. Другие — уважения.
Люмин не сразу поняла, что он имеет в виду, а потом вдруг увидела торчащий прямо посреди моря обломок скалы. На нем, свесив ноги в воду, сидел молодой человек в простой фермерской одежде и дырявой соломенной шляпе. Все его внимание занимали попытки удержать в ладони мерцающий серебристый сгусток, но тут он, словно почувствовав на себе чужой взгляд, поднял голову и улыбнулся Люмин. Она махнула ему рукой. Он махнул в ответ.
Люмин никогда прежде не видела его, но отчетливо различала прошлое, которое проявлялось в тумане за его спиной — берег моря, пустынные улицы Инадзумы, старое серебряное кольцо на указательном пальце.
Это был Тэкуми. Юноша, который спас Аято.
— Что он делает? — спросила Люмин.
Тэкуми вновь сосредоточился на своем прежнем занятии, и Юй Шэнь, скользнув по нему взглядом, пожал плечами.
— То, ради чего остался — оберегает.
Люмин тяжело вздохнула. Мир вокруг и без того был странным, а туманные ответы Юй Шэня только сильнее сбивали с толку.
— Получается, ты тоже остался? Ты ведь здесь, на борту, а не в этом… Как его там? Последнем Пределе.
Юй Шэнь неожиданно рассмеялся, и в сердце Люмин вновь разлилась горечь. Он был очень похож на прежнего себя — беззаботного матроса, который мечтал отправиться в кругосветное плавание и встретить там своего дедушку. Именно таким она его и запомнила. Улыбчивым. Храбрым. Светлым пятном во тьме бури.
И все же Люмин понимала: хоть она и может прикоснуться к Юй Шэню, она уже никогда не почувствует его прежнее тепло. Он неуловимо отличался от живых. Таким же казался Тэкуми. Такой скоро должна была стать и сама Люмин.
— Не совсем, — сказал наконец Юй Шэнь. — Нет, Люмин, мне никогда не нравилось выбирать из двух зол. Уйти или остаться — какой в этом смысл, если ты принимаешь решение, которое никогда уже не сможешь изменить? Я слишком люблю свободу. Я не успел толком посвятить свою жизнь морю, так побуду с ним хотя бы после смерти.
Голова Люмин мигом потяжелела. Лучше бы и не спрашивала.
— Но ты ведь сам сказал, что не умер, — только и смогла пробормотать она.
Юй Шэнь взглянул на нее так, словно она сказала невероятную глупость. Он открыл рот, чтобы вновь пуститься в пространные объяснения, но тут его внимание привлек чернильный сгусток за кормой. Он возник над водной гладью и, помогая себе щупальцами, стремительно пополз вперед.
Ругнувшись, Юй Шэнь побежал в сторону капитанского мостика, на ходу выкрикивая приказы. Не зная, что делать, Люмин бросилась следом.
До этого она считала, что экипажем таинственного корабля командует Юй Шэнь, но завидев внушительную фигуру на капитанском мостике, тут же поняла степень своего заблуждения. Капитан — огромный мужчина с трубкой наперевес, черной бородой и седыми волосами — многим напоминал Юй Шэня, но был старше его на несколько десятков лет.