Царь поневоле. Том 1 (СИ)
Я покачал головой.
— Да, вы правы, с этими бесчестными людьми я бы с радостью закончил общение как можно скорее, — лицемерно сказал я, сделав печальное выражение лица и стараясь при этом не обращать внимания на изумлённое лицо Рехмира, — но что поделать, они бывают полезны там, где мне не могут помочь другие.
— Великий царь, мы — финикийские купцы из славного города Тира, готовы день и ночь без устали служить своему царю, — воскликнул второй, — Его величеству стоит только нам приказать!
— «Хм, — задумался я, — а это хорошая идея. Как говорится разделяй и властвуй. Нельзя все яйца складывать в одну корзину, а иметь у себя на службе и финикийцев, и иудеев, чтобы их можно было стравливать друг с другом всегда хорошо, ведь я сам останусь в стороне от этих разборок».
— Вы пришли так скромно, без даров, — я задумчиво почесал подбородок.
— Конечно же нет, Твоё величество, — один из них показал рукой назад, — мы не рассчитывали, что Его величество нас примет, а потому оставили дары у входа во дворец. Его величеству стоит только приказать и их тут же принесут сюда.
— Распорядитесь, чтобы принесли, а я пока сделаю вам единственное предложение, которое приходит мне на ум.
Один тут же кланяясь уполз задом назад, а второй принялся внимательно меня слушать.
— Не знаю, знаешь ты или нет, но у меня в войсках есть «Лавка ненужных вещей», — начал я, — куда легионеры сдают за золото вещи, которые они получили при дележе трофеев.
Глаза у финикийца стали размером с чайное блюдце.
— Мой царь, это всем очень хорошо известно, — льстиво сказал он, — купцы, которые сейчас покупают вещи у Его величества сильно занижают их стоимость! Фактически обкрадывают Его величество!
Это мне было и самому хорошо известно, так что я даже решил поручить это дело иудеям, поскольку на них легче было надавить, чем на египетских купцов, с которыми сейчас имел дело, а тут так удачно подвернулись финикийцы. Поэтому я решил прощупать почву.
— Да, поэтому я думал отдать это дело на откуп иудеев, — задумчиво сказал я, поглаживая подбородок и постишь, — хотя если так подумать, можно отдать и вам. С виду вы кажетесь людьми порядочными, опять же с дарами прибыли в отличие от них.
— Мой царь! — у него от волнения даже затряслись руки, — мы готовы предоставить Его величеству любые условия и гарантии, если он разрешит нам в этом участвовать.
Тут дверь открылась и стали заносить сундуки. Их было столь много, что я понял, почему всё это добро оставили у входа. Туда-сюда, если бы я их не принял, таскали бы это очень долго. Посмотрев на огромные кучи золота, серебра, тканей, красителей различных цветов и просто украшений, которые были навалены в сундуках, я перевёл взгляд на просителей.
— Через месяц, я выступаю в поход на царство Митанни. Урегулируйте до этого времени все вопросы связанные с функционированием «Лавки ненужных вещей» с Рехмиром и моими центурионами. Я посмотрю, насколько заработок от продажи вещей вами будут отличаться оттого, что дают сейчас египетские купцы.
— Его величество может в нас не сомневаться! Мы всё выполним, что требует Великий царь!
Две подлизы ещё немного поунижались, но я сказал, что аудиенция окончена, остальное они согласуют уже с визирем. Когда дверь за ними закрылась, я посмотрел на дары, затем на Рехмира.
— Здесь больше, чем я захватил в битве при Сева, — хмуро сказал я ему, — если финикийцы настолько богаты, то где тогда мои налоги с них в похожих объёмах?
Парень покраснел.
— Я займусь этим вопросом мой царь, — чтобы скрыть своё смущение, ответил он.
— Позови мастера Аменемхета, с ним я поговорю в своих покоях, — приказал я, вставая с трона. Встреч хоть и было сегодня немного, но времени на это ушло прилично, поэтому можно было даже немного и перекусить.
Глава 17
Я пошёл в свой кабинет, сказав Хейре, чтобы принесла закусок и стал ждать мастера, который вскоре пришёл ко мне.
— Присоединишься? — предложили я, показывая ему на табурет, — у меня много вопросов к тебе.
Он вздрогнул и испугался. Не смея перечить, осторожно опустился на краешек табурета. Для гостей у меня специально был маленький и неудобный в отличие от моего огромного и удобного стула с гнутой под моё тело древесиной.
Мы подождали пока Бенермерут и Хейра принесут еду и расставят её, а потом управляющий отогнал девушку от стола и сам нарезал мне кусочками, как я любил.
— Надеюсь Бенермерут ты научил всему Танини, — сказал я со вздохом, — мне будет опять не хватать тебя в походе.
Мужчина улыбнулся.
— Его величество сам принял решение, чтобы оставить меня во дворце.
— К сожалению, я теперь не один, — поморщился я, — ты сам знаешь с этими жёнами, один геморрой. А кроме тебя некому доверить их воспитание.
Он не стал отвечать на провокационные вопросы, а лишь с улыбкой поклонился и замер рядом со мной.
— Ешь, — приказал я мастеру и тот стал понемногу клевать из своей тарелки и запивать еду вином.
Выпив очередную кислятину, я поморщился.
— Дойдут у меня когда-то руки казнить всех виночерпиев в царстве, — вздохнул я, а все вокруг вздрогнули от испуга.
— Танини, — позвал я свою новую тень и рука с зажатой в ней кучей свитков тут же подала мне нужные бумаги. Паренёк мне начинал нравиться, как и говорил Усерамон, был он очень умным и сообразительным, дважды я ему ещё ни разу ничего не повторял.
Документы я положил подальше от еды и стал пока сам насыщался, расспрашивать мастера о его жизни, семье о том, присмотрел ли он уже в столице дом для себя и них. Тот косился на чертежи, но подробно мне всё отвечал. Когда мы закончили, Хейра и Бенермерут убрали со стола и я подвинул ближе к себе листы папируса.
— Для начала просто посмотри, — сказал я, показывая ему чертежи тарана и осадной башни. Они были изображены как полностью, так и в разрезе, а также из чего состоят.
Аменемхет внимательно осматривал каждый лист, откладывая и берясь за следующий. Когда он закончил, то на меня поднялся взгляд фанатично преданного делу человека.
— Мой царь — это гениально! — восторженно сказал он с придыханием, — каждый раз, когда я смотрю на предложения Его величества, я словно возношусь к богам. Туда, где не действует наша земная наука.
Я хмыкнул.
— Что скажешь?
— Если это для осады и захвата городов, то просто гениально, мой царь, — он правильно понял предназначение сооружений, — я никогда ничего подобного не видел.
Я пододвинул к нему таблицу, которую мне составил Рехмир, где были сведены все города, изученные иудеями, и высота их стен. Была у меня ещё одна табличка, где было гораздо больше данных, но её я никому не собирался показывать, так как информация была без преувеличения совершенно секретной.
Глаза его расширились ещё больше, он изумлённо на меня посмотрел.
— Война с Митанни не была спонтанным решением, — ахнул он, — Его величество заранее подготовился.
— Ты слишком умён Аменемхет, — нахмурился я, — так что держи эти знания в голове, иначе сам знаешь, что можешь её лишиться.
— Конечно мой царь, — быстро закивал он, — я понимаю, насколько это тайные знания и как тяжело было их добыть.
— Теперь зная всё, я спрошу тебя, ты сможешь купить столько дерева, сколько тебе нужно, чтобы за месяц построить эти сооружения для того, чтобы башни достали до верха самой высокой стены из этого списка, а таран смог пробить любые ворота?
— Мой царь, за месяц я смогу собрать пробные конструкции и испытать их, но это можно будет сделать, если привлечь к работе почти весь мой род, — засомневался он, -к тому же это ещё и приведёт к остановке производства снаряжения для армии Его величества.
— Без бронзы и олова оно само по себе остановится, — отмахнулся я, — ну так что? Возьмёшься?
— Это было бы честью для меня, мой царь, — склонил он голову.
Сзади показалась рука и я хмыкнув, взял из неё бумагу, на которой внизу значилось моё полное имя обведённое картушем и размашистая подпись.