Приют для беглянки (СИ)
— В общем-то, об этом я и хотел поговорить, — он даже обрадовался, что набивший оскомину вопрос прозвучал сразу, и можно переходить к делу. — С тобой и мамой. Она там чай заваривает — пойдём?
Отец озадаченно хмыкнул и, отодвинув разложенные перед ним папки, поднялся с кресла.
— Ну-ну, интригуешь, сынок.
К чести родителей стоило заметить, что его выслушали совершенно спокойно, не перебивая и не выказывая ни возмущения, ни непонимания. Только когда Арсений умолк, выложив всё, что собирался, отец побарабанил пальцами по столу и откашлялся, выдавая, что новость задела его за живое.
— Ничего себе известия! — он снова кашлянул, вопросительно посмотрел на жену, будто безмолвно советуясь. — Скажи, сын, у кого-то из вас новый роман?
— Нет, — Арсений подавил вздох. — Я ведь всё объяснил.
— Да-да, — кивнул отец. — Но всё-таки — зачем разводиться, если нет никаких особых причин? Почему именно сейчас? Я не понимаю. Двенадцать лет отжили — и вот вам. Что изменилось?
— А я давно подозревала, что этим закончится, — внезапно объявила мать. Если она и была несколько выбита из колеи, то виду не подавала — сидела, расслабленно откинувшись на спинку стула, со спокойным вниманием переводила взгляд с сына на мужа и неспешно попивала чай.
— Подозревала? — ошарашенно переспросил Арсений.
— Лиза, ты это серьёзно? — в тон ему произнёс отец.
Елизавета Дмитриевна царственно кивнула.
— Они ведь и правда из разных песочниц, Саш, — с лёгкой грустью усмехнулась она. — Даром что воспитывались похоже. И хорошо, что сейчас решили, а не ещё через столько же.
— Ты правда так думаешь? — хоть Арсений и надеялся на понимание, всё-таки не рассчитывал, что всё пройдёт настолько легко. Даже брат с невесткой не так быстро смирились с назревающими в семье переменами.
— Правда. Лучше скажи, тебе нужна какая-нибудь помощь? С поиском риэлтора или…
— Нам не нужен риелтор, — перебил он. — Квартира останется Оле.
— Ты уверен, что это взвешенное решение? — отец с сомнением приподнял брови. — У тебя не такая зарплата, чтобы без проблем отказаться от своей доли.
— Зато мне есть где остановиться, — возразил Арсений. — А у Оли из вариантов только съёмные углы.
— Значит, переберёшься на дачу? — уточнила мама.
— Да. До лета точно, а там видно будет. Вы ведь не против?
— Разумеется, нет! — казалось, подобный вопрос её даже оскорбил. — А как Ольга? Надеюсь, она из-за всего этого не собирается сменить работу?
— Нет, — успокоил Арсений. — На самом деле, она сама об этом переживала — волновалась, как ты отнесёшься к нашему разводу.
— Ну, уж я точно не собираюсь смешивать работу и личную жизнь двух взрослых людей, — твёрдо уверила мать.
Немного позже, прощаясь, она задержала его в прихожей.
— Арсюш… Ты знаешь, я одинаково люблю вас с Аркашей. Но за тебя я всегда переживала больше…
— Мам… — начал он, но та покачала головой, призывая его помолчать.
— Подожди. Я это к чему — я всегда видела, что ты более тонкий человек, чем мы все, более чувствительный. Я знаю, что тебе нелегко — и с нами, и вообще в этом мире — хотя большинству так бы не показалось. В общем — помни, что мы всегда рядом и всегда на твоей стороне. Это твоя жизнь, и какие бы ты решения ни принимал — всё правильно, если ты этого действительно хочешь.
Арсений растроганно кивнул, проглатывая ком в горле.
— Спасибо, мама.
Они крепко обнялись, без обыкновенной для их семьи сдержанности.
Глава 7
Жизнь неожиданно начала налаживаться. Всё менялось так стремительно, что Майе становилось даже страшно — казалось, столько хорошего просто не может происходить. По крайней мере, не с ней.
Стоило подумать о том, что эта полоса нежданного, незаслуженного везения однажды неизбежно закончится, и за всё хорошее, что с ней произошло, придётся платить, как Майю пробирала ледяная, колючая дрожь. Впрочем, она старалась не думать. Впервые за долгие годы она чувствовала себя по-настоящему живой и пыталась насладиться этим сполна.
В воскресенье она согласилась помочь соседке — или ту уже можно было называть подругой? — с котом, потому что действительно любила животных, и уколы ставить умела. Стоило признать, питомец у Вики и впрямь оказался с характером. Невероятно пушистый огромный рыжий зверь встретил её появление недобрым взглядом и предупреждающе зашипел, демонстрируя острые клыки.
— Зелька, фу! — прикрикнула на него Вика. — Даже не думай!
Кот одарил презрением и хозяйку, вытянул вперёд лапу с выпущенными когтями, предупреждая, что готов к бою.
— Жила бы в городе, возила бы его в клинику колоть, но отсюда же каждый день не накатаешься, — сокрушённо вздохнула Виктория. — Угораздило же такое чудище взять.
— Ну что ты, — подходя к настороженно наблюдающему за ней животному, возразила Майя. — Он замечательный кот. Правда, дорогой, ты же замечательный?.. Ты сказала, его зовут Зелька?
— Азазелло, — мрачно уточнила Вика. — При таком демоническом характере ничего другого в голову не пришло.
Продолжая разговаривать с соседкой, Майя плавно, но уверенно приблизилась к коту. Тот не сводил с неё подозрительного взгляда, но всё-таки не успел среагировать, когда Майя выверенным чётким движением протянула руку и ухватила его за холку и прижала к дивану, лишив возможности драться.
Почувствовав, что его удерживают, как маленького котёнка, Азазелло недоумевающе, обиженно мяукнул и только потом встрепенулся, пытаясь вырваться.
— Ну-ну, ты ведь у нас умный, хороший котик, и ты хочешь быть здоровым, — напевно, успокаивающе произнесла Майя и тут же прикрикнула построже, когда тот устрашающе зарычал. — Ну-ка, тише! Говорю, хороший котик, надо потерпеть!.. Чш-ш, всего один укольчик, и получишь что-то вкусненькое…
Кот настороженно замер, сбитый с толку резкой сменой интонаций. Ещё несколько мгновений — и он, ничего не понимающий, был отпущен на свободу.
— Ничего себе! — восхищённо присвистнула Вика. — Он тебя даже не поцарапал!
— Не то чтобы ему не хотелось, — по-доброму засмеялась Майя.
— Слушай, ты со всеми животными так ладишь? — задумчиво поинтересовалась Виктория. — С лошадьми тоже?
— С лошадьми? — удивилась она неожиданному вопросу. — Не знаю. Я их видела только в детстве, в деревне. Кормила яблоками, гладила, а прокатиться верхом мне тогда не разрешили. А что?
— Я, кажется, нашла для тебя работу, — ошарашила её соседка. — Тут недалеко есть конный клуб, я там занимаюсь верховой ездой. Так вот, владельцы сейчас ищут помощника. Надо лошадей запрягать-распрягать, чистить, кормить-поить — в общем, ухаживать. Мне сразу в голову не пришло, что тебе такое может подойти, но сейчас смотрю — почему нет?
— Вика, это было бы потрясающе! — воскликнула Майя. — Просто невероятно, даже слов нет! Если только меня возьмут…
— Ещё как возьмут, — уверенно пообещала Виктория. — У них за последний год уже три сотрудника поменялось — из города люди не хотят ездить, далеко, а с местными как-то не задалось, все или уже при работе, или на них положиться нельзя. Так что, поверь, тебе будут очень рады. Если хочешь, можем завтра вместе подъехать, я тебя представлю.
Майя осторожно потрогала скулу. Синяк на ней уже не бросался в глаза, но всё ещё оставался заметен.
— У тебя же найдётся тональник? Одолжишь мне немного?
— Ну разумеется! — с готовностью отозвалась Вика. — Кстати, я ещё вот что хотела предложить: у меня куча одежды пылится примерно твоего размера, не хочешь что-нибудь себе посмотреть?
— Ты и так столько для меня делаешь, — смутилась Майя. — Это уже совсем неудобно.
— Почему это неудобно? — возмущённо фыркнула Вика. — Ты посмотри на меня, — она скептично провела руками вдоль своего тела, обрисовывая изгибы пышной фигуры. — Ты правда думаешь, что я когда-нибудь снова влезу в то, что носила ещё до родов? Если я за семь лет не похудела, то уже и заморачиваться не стану. Всё, идём, устроим примерки. Поля сегодня в гостях у Алискиной дочки, так что у нас целый день на девичьи развлечения.