Злые дети

Еще версии? Давай, шевели мозгами, самые невероятные предположения могут оказаться верными. Но для начала эти предположения надо сделать. А если он действительно вляпался не просто в сферу деятельности Минобороны, а в игру разведок? Тогда его могут пасти и не наши военные, а чужая разведка. Это не очень вероятно, потому что тогда придется признать, что иностранные шпионы чувствуют себя в Москве как дома и способны не просто проследить за кем-то, а организовать целую операцию. И все это под носом у ФСБ и военной контрразведки. Маловероятно, но со счетов пока сбрасывать не стоит.
Кстати, а почему бы этим шпикам не оказаться людьми Магомеда? Если они вычислили Мишу Лермана, то вполне могли и выпытать из него имя Макарова, и отследить его, и взять под колпак. Зачем? Ну, например, поскольку он прятал единственного реального свидетеля против Магомеда, то и сам мог стать обладателем опасной информации, которую надо бы обрезать. Бандиты на нескольких авто профессионально выпасают следователя-важняка из СКР. Вполне себе версия. Не хуже других, хотя и звучит, как история из плохого детектива.
Но пора уже было что-то делать. Тащить хвост за собой туда, куда сейчас направлялся Виктор, нельзя. И никакой маневр сейчас не мог гарантировать, что хвост ампутирован. Даже если он сбросит преследователей, то, допуская масштабную слежку, его могут принять в другом месте или вообще отследить с помощью камер наблюдения.
Виктор на мгновение прикрыл глаза, продолжая уверенно вести машину, вызвал в памяти карту окрестностей. Потом резко швырнул машину сразу через все ряды в очередной переулок. Преследователи проехали дальше. Метров через двести Макаров бросил машину у обочины. В ближайшее время ее отсюда увезут на штрафстоянку, но приходилось пойти на жертву. Пять минут проходными дворами – и он вышел к небольшому, но модному ресторану. Тут всегда паслись таксисты в ожидании загулявших клиентов. Один из них согласился подвезти Макарова.
Еще через двадцать минут он уже открывал дверь очередной конспиративной квартиры, которую они с Носовым снимали на двоих. Здесь происходили встречи с информаторами, а иногда Носов водил сюда девушек, не ставя их в известность о своем семейном положении.
В стенном шкафу отыскал мощный ноутбук, включил его и вышел в интернет. Выход настраивал сам Миша Лерман, поэтому переживать за то, что кто-то может его отследить, не приходилось. Если, конечно, не вести себя, как полный идиот и не авторизоваться в почте, социальных сетях или банковских сайтах. Подумав секунду, Виктор выбрал не стандартный браузер, а ТОР, позволяющий шляться по сети совершенно анонимно, не оставляя следов, а при необходимости заходить в Глубокий или Темный интернет. В этой сети поверх обычного интернета творились нехорошие дела. Там можно было купить наркоту, оружие, киллеры предлагали свои услуги, а извращенцы всех мастей могли удовлетворить любые свои прихоти.
Но в эту клоаку, похожую на бандитский район в респектабельном городе, Виктору соваться не было нужды. Во всяком случае, в этот раз. Он отправился в другое место.
По договоренности с Мишей Лерманом все, что он делал для Макарова, хранилось не только на жестких дисках его компьютера, но и дублировалось в облачном хранилище, на случай если Виктору понадобится удаленный доступ к этим материалам.
Но успел ли Миша скинуть туда наработки по последнему заданию? Виктор не знал, синхронизировал ли Миша нужные папки с облаком, или же скидывал информацию по завершении работы.
Макаров ввел адрес анонимного облака на китайском сервере. Томительно долго тянулось время. ТОР сам по себе очень неспешный браузер, он подключался к нужному ресурсу через массу анонимных серверов-посредников, запутывая следы. Да и сам китайский сайт был жутко тормозным.
Наконец, соединение установилось. На экране отобразилась масса папок, в названии которых только дата и время создания. Виктор прокрутил экран в поисках самой свежей. Скрипнул зубами. Дата стояла позавчерашняя. Но на всякий случай навел курсор на эту папку, проверяя свойства. Всплывшая подсказка свидетельствовала, что последние изменения в папке были сделаны прошлой ночью, за полчаса до взрыва.
 
Виктор задержал дыхание и открыл папку.
– Какого черта ты творишь?!
От ярости Седой утратил самообладание, которое считал своим главным достоинством. Зато Роман, на которого он сейчас орал, едва не брызгая слюной, оставался бесстрастен. Он не прятал глаз, не отводил их в сторону, но во взгляде его не было ничего, ни малейшего проблеска эмоций. Будто перед Профессором стоял не человек, а отключенный от батарейки андроид. И это выводило Седого из себя еще больше. Рядом с Романом, но на шаг позади, с такой же непроницаемой физиономией стоял его напарник, громила лет двадцати семи. До сих пор Седой никогда не позволял себе орать на Романа. А уж отчитывать его в присутствии других и вовсе казалось раньше невозможным. Но все меняется.
– Что за самодеятельность? Я давал тебе разрешение на акцию? Отвечай!
– Вы сказали – оказать опосредованное давление.
– Это ты называешь опосредованным давлением?! После твоего фейерверка за дело возьмется ФСБ. И нам придется очень сильно попотеть.
– ФСБ не будет заниматься этим делом. Все сделано так, чтобы исключить подозрения в терроризме. Обычные последствия криминальных разборок.
– Подстраховался, – саркастически усмехнулся Седой. – Но зачем? Зачем ты это сделал? Что это нам дало?
– Это дало нам многое, – бесцветным голосом сообщил Роман. – Клиент, как вы и хотели, вынужден активизироваться. Наше дело сейчас подтолкнуть его в нужном нам направлении, чтобы он привел за собой Механика. Второе – его человек подобрался к нам слишком близко. Оказался способней, чем мы думали. Правда, и он нас недооценил. Если бы данные, которые он добыл, оказались в руках клиента, он бы пошел не в ту сторону, куда мы его хотим направить, а прямо к нам. Это, конечно, если он так хорош, как вы говорите. И тогда нам пришлось бы его ликвидировать. А вы говорили этого не делать.
– Со всех сторон прикрылся, – хмыкнул Седой. Он успокаивался на глазах, даже лихорадочный румянец на щеках побледнел. Но он все еще был очень зол. И это бросалось в глаза.
Профессор подошел к Роману вплотную, тот не отшатнулся.
– Твои решения имеют верное направление, но они слишком примитивны. И когда-нибудь они выйдут нам всем боком. Ты начинаешь представлять опасность.
Роман не ответил.
– Ступайте, – махнул рукой Седой.
Все с тем же каменным выражением лица Роман и верзила вышли из кабинета. Пройдя по коридору несколько шагов, громила бросил на Романа вопрошающий взгляд.
– Стареет, – ответил тот. – И мы действительно представляем опасность для его размеренного существования.
Роман выдержал паузу и добавил:
– А, значит, он представляет опасность для нас.
– Пора?
– Нет еще. Но надо быть готовыми действовать в любую секунду. Кто знает, что старику придет в голову. Старики непредсказуемы, когда боятся. А нам пока есть чем заняться. Надо подготовить коридор для этого следака и подтолкнуть его в нужную сторону.
  
31. 
 
От увиденного в папке на китайском «облаке» у Виктора сначала опустились руки. Обычно Миша выдавал ему требуемую информацию устно, в логичной и последовательной форме. При необходимости дополняя ее фотографиями, документами, ссылками и прочими материальными предметами. Как он работает с входящим массивом данных, Виктор не знал и не интересовался. Ему нужен был только конечный продукт.
И вот теперь ему довелось взглянуть на этот самый «входящий массив». Зрелище абсолютно апокалиптическое для любого нормального человека. На рабочем поле безо всякой системы была вывалена беспросветная гора самых разных документов, видео- и фотофайлов, таблиц, ссылок на сайты, на отдельные страницы, многие файлы имели самые причудливые расширения, и открыть их можно было только специальными программами. Изредка файлы имели какое-то понятное название, но большей частью обозначались просто набором цифр, букв и символов. Все это было никак не отсортировано, не объединено в подпапки, просто тысячи значков на белом фоне.