В объятиях пламени зари (СИ)
— Вы забываетесь! — гвардеец закипел.
— Капитан, — мягко произнес Пышущий, — это был долгий путь, и предстоит ещё немало. Прошу давайте будем более сдержанными. Это и вас касается господин К’ллам.
Капитан фыркнул, но убрал руку с оружия. Лис провёл рукой по грязным волосам.
— Кто-то хотел спихнуть на меня убийство вампира, Король велел мне разобраться и найти интриганов, а в качестве стимула наложил Печать. Что же касается доверия…
Лизарс вздохнул и не поднимая глаз продолжил:
— Около двух недель назад, Князь и его личный ученик провели операцию при участии пиратов островных кланов. Целью операции было нарушение целостности наблюдательного барьера.
Храмовник и гвардеец переглянулись.
— Каким образом была проведена диверсия? — Пышущий напрягся.
— Прямое воздействие было исключено, поэтому Князь разработал особый ментальный маяк. Его ученик использовал этот артефакт для отправки Проклятия Духа. Данный артефакт активировался при попадании в поле внимания шамана.
— Повторная активация его возможна?
— Нет, — ответил Лизарс, — система была одноразовой и уничтожается при использовании.
Пышущий посмотрел на капитана. Тот еле заметно кивнул.
— Господин К’ллам, — храмовник поправил свой пояс, — дело в том, что миссия, с которой мы сейчас в пути, имеет непосредственное отношение к тому, что вы сказали.
Лис поднял глаза на шамана.
— Каковы ваши условия? — спросил он, встретившись глазами Лизарсом.
— Дорога к Монастырю Девяти Облаков под охраной. После того, как я окажусь на попечении монахов, я готов буду предоставить по запросу любые необходимые сведения.
Мастер Лапир поправил рукава своего кафтана. Посмотрел на капитана Ирулачи. Лицо гвардейца оставалось бесстрастным.
— Дорога в горы займет несколько недель, — ответил капитан.
Пышущий повернулся к Лизарсу:
— Господин К’ллам, отныне вы под моей личной защитой. Нам необходимо добраться до прибрежного города Флосбунг.
Глава 6. Легионер
— Иди спать, я посижу, — сержант отпустил дозорного.
Молодой капрал кивнул, и поднялся от костра.
— Стой, — окликнул сержант и парень развернулся, — где Вархал стоит?
— Метров тридцать, — ответил капрал, — под сломанной сосной у него схрон.
Сержант повернулся в указанную сторону и вышел за границу, освещенную огнём. Чутьё не давало ему покоя. Он издал звук ночной совы. Со стороны схрона ответили таким же звуком.
Сержант замер.
Сзади неслышно приблизился капрал. Их глаза встретились, оба сразу поняли, что ответ не тот. Лежащий в схроне солдат должен был отвечать трелью посвиста.
Знаками сержант показал дозорному, чтобы тот поднял кого-то из лагеря. Капрал кивнул и неслышно отправился обратно.
Бывалый воин припал к земле. Он отстегнул щит и снял шлем. Они будут ему только мешать. Верный клинок покинул ножны, потёртая рукоять приятно утяжеляет руку.
Сержант замер, принявшись ждать развития событий.
Небо постепенно светлело.
Час до рассвета самое удачное время для атаки. Неизвестные нападающие удачно выбрали момент.
В неверных тенях сержант заметил движение. Сейчас начнётся.
Из лагеря кто-то протяжно свистнул.
— Гвардия к бою! — сержант узнал голос капитана.
Грохнул выстрел.
В лесу раздались тихие команды.
Мимо сержант из леса побежали затянутые в чёрную кожу солдаты.
Сержант пропустил десяток мечников мимо, оставшись незамеченным. Когда за ними прошли трое лучников, сержант вышел из укрытия.
Первого он убил подло, ударив в шею сзади. Тело ещё падало, а гвардеец уже вонзал сталь в тело второго лучника. Третий что-то услышал и развернул. Увидев сержанта, он успел крикнуть, и принять удар мечом на древко лука.
Два быстрых удара лишили его жизни.
Со всех сторон от лагеря поднялся гвалт.
Сержант бросился к своим, привычно погружаясь в суматоху схватки. На ходу он бросил взгляд в сторону лагеря.
Капитан выстроил круговую оборону. В гвардейцев со всех стран летели стрелы. По периметру, где были дозоры кипели бои.
Сержант срезал ещё тройку лучников и выбежал к соседнему дозору. Здесь четверо солдат спина к спине держались против десятка разбойников. Вымуштрованная Имперская пехота была привычна к такой тактике, но с трудом удерживалась против превосходящих сил.
Сержант был уже не молод. И больше часть жизни провёл в подобных боях. Он знал, что закованным в латы солдатам будет очень трудно выстоять против быстрых и юрких противников, превосходящих числом.
Без криков и суеты, он зашел в тыл разбойников и заработал мечом.
Наученный опытом, он на ночь часто снимал латы, а вместо полной кольчуги предпочитал облегченный вариант с кожаными вставками.
Завидя подмогу, гвардейцы воспряли духом.
Поняв намерения раньше их самих, сержант крикнул:
— Строй держать!
Если они расступятся, пуская его в круг, их передавят поодиночке.
В драке нет места благородству. Некогда красиво фехтовать и размениваться ударами, тратя драгоценные силы. Тот, кто быстро не понимает эту науку долго не живёт.
А сержант прожил долгую жизнь.
Один удар — одна жизнь.
Но часто, достаточно нанести лишь очень болезненную рану, чтобы вывести противника из схватки.
Сержант Драга сокращал число врагов с методичностью кузнеца, отбивающего сталь на наковальне. Но преимущество, данное эффектом неожиданности, быстро сходило на нет. Разбойники сориентировались, и быстро перешли в себя. Сержант крутился юлой. А латники вновь ушли в оборону.
Им попались опытные противники. Строй дрогнул, один из гвардейцев упал.
В холодном предрассветном воздухе сержант взмок. Дыхание его участилось, а сердце уже приближалось к бешеному ритму.
Но он был спокоен, не обращая внимания на реки адреналина в венах.
Чужая кровь брызнула на лицо. Число нападавших сравнялось с гвардейцами.
Сержант сплюнул. Гвардейцы обошли его и занялись разбойниками. После того, как один из латников тяжёлым клинком расколол череп затянутому в черное бойцу, остальные бросились в разные стороны.
— Стоять! — отдал команду сержант.
Но бойцы не собирались преследовать противника.
— Идём к лагерю, — сержант окинул бойцов взглядом, — двое впереди, я с раненым в центре, замыкающий, с двумя щитами.
Без суеты умелые солдаты организовали строй. Закинув раненного на плечо, сержант отдал команду:
— Двинулись.
Капитан выставил солдат как по учебнику: латники со штурмовыми щитами за их спинами стрелки, повозки в центре. Сержант махнул рукой, капитан зычно отдал приказ. Под ногами гвардейцев лежало несколько трупов разбойников. Щиты были усеяны стрелами. Сержант подошёл к своему командиру:
— Капитан Ирулачи, разрешите доложить.
— Пустое сержант, — капитан отмахнулся, — первую волну отбили, готовьтесь ко второй.
Сержант огляделся, трое гвардейцев лежали под повозками, туда же положили раненого, что принес он.
В лесу протяжно завыл боевой рог.
Сержант встал во вторую линию, готовый колоть врага поверх голов своих товарищей.
Из леса прямо на них строем вышли солдаты. Они использовали построение черепахой, на манер легионеров. Щиты полностью закрывали их со всех сторон.
Постояв несколько секунд, строй врага ощетинился копьями с крюками и двинулся в атаку.
— Они что нашу строевую проверять решили, — прогулял из-под шлема боец рядом с сержантом.
Рядом нервно рассеялись несколько солдат.
Сержант провёл рукой по лысеющей голове. Шлем бы ему сейчас не помешал, не хотелось получить крюком по голове.
— Руки поверх не совать! — крикнул он бойцам.
Через несколько секунд разбойники врезалась в строй легионеров. Заскрипели щиты, заскрежетали копья об латы. Кто-то кричал от ярости, кто-то завыл от боли. Каким-то чудом через этот гам, он услышал голос капитана:
— Бронебойными пли!