Четвертая зеркальная война (СИ)
Толпы людей схлынули, и вагон дёрнулся. Гигантские паровые механизмы честно работали, заставляя насосы, скрытые в недрах колонн и под землёй, создавать вакуум в туннеле перед вагоном и повышенное давление за ним. Я поёжился… подобные перепады способны раздавить человека, если железный бочонок, именующийся вагоном, окажется недостаточно герметичным.
— Ничего, — отчиталась Оборотень, которая составляла мне компанию на этом этапе наблюдения. Серая тень в капюшоне и со скимитарами на боках… совершенно не подозрительная!
Вот только фоновым персонажам не до странностей нашей парочки: чем хуже прописан персонаж, тем меньше в нём разума. Подобные персонажи хороши лишь для того, чтобы создавать фоновое движение: стража по вложенной сюжетом доктрине патрулирует улицы, рабочие — работают, жители — живут… И что хуже всего, они не могут помочь найти логово маньяка. А ведь казалось бы, что может быть проще: спросить, где живёт маньяк, раз известна его личность?
Именно поэтому нам нужны главные герои истории. Нам требовалось либо проследит за ГГ в их пути, либо поймать и жёстко допросить!
Вот только охотиться за героями внутри их истории — идея не самая разумная, даже если те лишились основных сил. Все равно ГГ знают мир истории лучше и противостоять на своей территории смогут эффективнее. Кроме того, мы ещё надеялись достать лекарство, не привлекая внимания отражений, а уничтожать героев почитаемой ими истории — не лучший для этого способ. А значит, только слежка!
Вот только для начала нужно найти тех, за кем следить! История начиналась на кладбище! Более того, со взрыва! Учитывая, что кладбище на весь Агемо одно, а взрыв пропустить сложно — идеальное место для начала слежки!
Вот только вторая локация, куда прибудут герои — лавка в центре города, где на них совершат нападение. И пусть они смогут вырваться из ловушки, но если верить истории, нам за ними не последовать… если, конечно, мы не захотим сразиться с половиной города.
И тогда появлялся новый этап на пути героев: станция пневметро! Вот только такая станция имелась на каждом из островков местного городка, а то и не одна. На этом этапе вступала Пророк.
Увы, она тоже не могла сразу ткнуть в нужное здание и сказать: «Это убежище маньяка». Город, в который мы попали, настолько велик, что чтобы рассмотреть все пути — каждое здание и закоулок посредством просмотра ветви событий — потребовались бы недели! Маша всё же не суперкомпьютер, чтобы за секунды просчитывать миллиарды вариантов событий.
Пророк вообще на данном этапе ослаблена: стационарность сюжета сводила на нет пророчества — они бессмысленны, когда все заведомо известно. Она ещё могла рассматривать ветви событий вокруг нашей группы… Вот только ей требовалось выделить ориентиры, опираясь на которые девушка могла работать. И станции пневмометро, участвовавшие в сюжете — именно они.
Девушка буквально через полчаса медитации указала ту, где будут проходить герои. И на проверку их отправились мы с Оборотнем и Хугином, сейчас парившим на поверхности над станцией пневмометро.
— Вижу! — возглас Оборотня вывел меня из задумчивости.
Я тут же проследил взгляд своего персонажа. Но первым заметил не ГГ, а его напарников: Рейма и Лорн — они куда более колоритная парочка.
Рейм. Молодой франт, обладатель изящных черт аристократического лица. Мечта девиц и любимиц светского общества, если верить описанию книги. И это при том, что он физически не может испытывать эмоции.
Вот только в рамках «Гамбита Мертвого бога» его тело оказалось усиленно механическим каркасом после перелома рёбер, что сделало его визуально значительно больше, физически сильнее, а тело получило дополнительную защиту.
Лорн. Юная дева, расцветающая, словно маленькая, непорочная лилия. Белая повязка на слепых глазах заставляла чувствовать себя немного неуютно. А кисти рук усилены металлом вместо изувеченных некогда костей.
Вот только связываться с ней стал бы только полный псих. Ибо в душе у неё правили беспринципность, коварство и эгоизм, замешанные на взвешенности и рассудительности — и всё это скрывалось под понимающей улыбкой. А в рамках данной истории дева обрела огромную ментальную мощь: она могла теперь контролировать людей, менять их мысли и память.
Герой истории шел чуть впереди, рядом с парнишкой-проводником. Невзрачный, если не считать того, что он подчинил себе парочку выше и именно благодаря ему раскручивается местный сюжет. Тем временем троица, ведомая парнишкой, приближалась к одной из дверей технического назначения.
Мы с Оборотнем поспешили следом. Пара команд на наруче, и меня накрыла невидимость. Можно считать небольшим чудом, что наручи вообще работают в столь фонящем Верой месте, как библиотека в аномальной зоне… но не мне жаловаться!
Первой шла Оборотень — дабы не привлечь внимание, нам приходилось держаться на почтительном расстоянии от целей, но она не зря имеет звериную часть — острый нюх позволял не рисковать, оставаясь на следе. Так, по одному из технических коридоров мы покинули пределы ветви пневмометро.
На следующем этапе мы протискивались по трещине в теле земли, отмахиваясь от корней деревьев и редких паутинок. И закономерно, что вышли к фундаменту города: «смеси развалин Алиты, древнего города Предтечи, и того, что осталось от древнего Агемо после Опустошающего пожара», — если цитировать первоисточник.
Вот только оценить величие очередного уровня подземелья не получилось. Здесь было очень темно. Единственное, что разгоняло мрак — фонарь в руках проводника наших целей. Но и его хватало, чтобы понять: над нами нависли полуразвалившиеся строения… Очередные древние развалины.
— Творец, садитесь на меня, — глухой голос Оборотня заставил меня вздрогнуть.
Задавать глупых вопросов про «Уверена ли ты?» или «Будет ли тебе удобно?» я не стал. Оборотень — воин, которая знает, что такое цель и насколько она важна. Я протянул руку и под неё поднырнуло мускулистое волчье тело. Запрыгивая на спину, я мысленно отметил, что даже не заметил, когда воительница перевоплотилась. Более того, когда мы рванули дальше по следу, я увидел, как волчица подхватила в зубы стопку одежды и пару скимитаров.
Лёгкий цокот когтей по камню. Звук осыпающихся камней и песка. Изредка хруст. Всё это на фоне идеальной, пробирающей до самых костей тишине и промозглости. Несло разложением и тленом. Но я держался за жёсткую шерсть, от которой неожиданно приятно пахло луговыми цветами…
Вот только чувствовать себя слепым очень неуютно. И если я не прокачивал ночной взгляд, это не значит, что у меня нет возможности попробовать найти выход. У меня же есть программа для обнаружения информационных потоков. Да, она для цифровых миров. Но разве мир книги не информационный конструкт?
Но довести мысль до конца, также как и активировать программу, я не успел: в тишине на нас обрушился удар. Короткий и четкий. Когти полоснули меня по спине, рывком выкинув с Оборотня. И это несмотря на мою невидимость! Хотя… какой в ней толк при такой темноте?
Само-собой, подземные монстры… ну куда без них, убогих? И если на героев они по сюжету не напали, то прописанные инстинкты должны сыграть на нас. Всё во имя реалистичности и сюжета!
Новый удар когтями я снова не заметил, но зато успел прикрыться рукой. Четыре рваные раны украсили конечность. Я застонал сквозь зубы, и уже хотел призвать наган… Но когда не видишь цели, от него нет толка, а выдать своё присутствие — это хуже смерти! И я сквозь ввинчивавшуюся в сознание боль активировал программу для просмотра информационных потоков.
Мир поплыл, и темнота перед глазами сменилась на световые разводы. Такое чувство, словно меня погрузили в очень мутную светящуюся воду. Волны света переливались и давили на сознание… я мог различить лишь самые общие контуры.
Третий удар… перехватила Оборотень. Лязгнули зубы. Раздался писк. Удар от падения. Забились о землю крылья. Чавкающий звук рвущейся плоти. А следом хруст ломающихся костей. Я буквально почувствовал, как надо мной нависла мощная туша зверя. И глухой утробный рык впитался в темноту.