Слесарь 2
Прежняя власть обрушилась у всех на глазах. И ничего от нее не осталось. Тогда все остающиеся еще в своих домах люди поняли – все очень плохо. Но насколько все плохо – стало понятно через неделю.
Все эти сведения я узнаю не из книг. Их еще не написали, пока людям не до такого.
Да и мало кто хочет вспоминать такое. Очень непопулярная тема в обществе, как я успел заметить.
Еще не популярнее теперь – сами бывшие хозяева и управители земель, называемые Проклятыми Магами.
На мои вопросы дает ответы тот самый дед по имени Корн, из книжной лавки, который взялся учить меня грамоте. Несмотря на почтенный возраст, он жизнерадостный человек, радуется каждому новому прожитому дню и любит выпить. Как он повторяет: каждой стопкой ресы он празднует свое спасение в Смертных горах. Свое и своей пожилой жены. Жена все прощает Корну по той же причине, хоть и ворчит каждый раз, открывая ему дверь после наших занятий.
Корн быстро достал где-то азбуку и принялся учить меня, несильно спеша. Ведь, за каждый урок я плачу ему по серебрушке и этим очень радую старика. Поговорить за стопкой он тоже любит, правда, от пива давно отказался в пользу крепкой ресы, которую смакует очень маленькими глотками.
Человек из всеобщего несчастья умудрился построить свое маленькое личное счастье. Отмечая новый день жизни с детским восторгом, Корн помнит каждый момент своего пути из города до Смертных гор. Они уже тогда находились в почтенном возрасте по местным понятиям – обоим под пятьдесят лет. Сыновья служили на севере Черноземья, там они и пропали, рассчитывать старикам оказалось не на кого, только на самих себя и удачу.
Они вышли с караваном из города одними из первых, взяв с собой немного вещей, теплую одежду и еду.
Это и спасло стариков.
Пока соседи выбивались из последних сил, таща с собой множество лишнего барахла, Корн с женой преодолевали лиги без сильной усталости. Когда пошел снег, они пристроились к отряду, хорошо торившему путь в снегу, и смогли выдержать три дня такой гонки. Днем они отставали, но каждый вечер догоняли оторвавшихся спутников и ночевали у костра. Получали горячую еду и укрытие от мороза. На четвертый день, уже готовых сдаться, лечь в снег и замерзнуть, их догнал другой караван. Начался сильнейший снегопад, старики смогли два дня отдохнуть, пока ждали его конца. Потом пришлось пробивать путь в снегу с человеческий рост, скорости движения упала до минимума, что здорово помогло выжить Корну с женой. Через три дня людская колонна с оставшимися редкими животными начала спускаться с горных вершин в южные долины.
Так они оказались в Бействах, где Корн стал работать завхозом в перевалочном лагере, ибо грамотных людей в колоннах выжило немного.
Ровесников стариков почти не спаслось, мизерное количество оказалось привезено на свежеизготовленных санях.
Так они и стали легендой выживших.
Про это время Корн готов рассказывать постоянно. Приходится прилагать серьезные усилия, чтобы получать другую, более интересующую меня информацию.
Знает Корн про все, о чем я спрашиваю. Рассказывает очень подробно, с мелкими и мельчайшими деталями. Я его не перебиваю и не тороплю. Мне нравится слушать его рассказы, я узнаю много новых слов и сведений, которые мне не может дать никто.
Никто в Черноземье, конечно. Хотя, насколько Беда затронула часть континента, лежащего за труднодоступными горами – ему не известно.
История Черноземья до Магов, завоевание земель новыми хозяевами, изгнание дворян. Даже тех из них, кто признал новую власть и отказался от старых привилегий – всех поголовно выгнали из Черноземья и северных земель.
Кроме красивых женщин, тех увезли на Север, конечно.
Опасались оставлять потенциальных агентов врага или просто упростили управление без недовольных – трудно понять, чем руководствовались победители. Но, кажется, они хорошо понимали, какое осиное гнездо разворошили. Тем более, сама природа благоприятствует почти полной изоляции оставшихся врагов.
В Астрии повышенная концентрация дворян быстро перенаправилась на завоевание степных Бейств. Сначала война шла успешно, новые, очень злые бойцы захватили два района степи, ставшие потом пограничными. На новых землях успели построить несколько маленьких крепостей, контролирующих довольно редкие здесь источники воды.
Потом экспансия захлебнулась, степняки смогли договориться между собой и осадили крепости. Половину разрушили, убив всех, кто там оказался. Но и сами умылись кровью – лишенные дома новые беженцы зубами цеплялись за каждую лигу земли. Наступило шаткое равновесие.
Вот такими рассказами Корн и раскрывает мне глаза на историю Черноземья и ближних стран. Мне по-настоящему повезло найти такого знающего и эрудированного человека. Обычно я с полчаса занимаюсь чистописанием, полчаса уходит на вопросы. В шесть мы закрываем лавку на замок, и я провожаю Корна до соседнего дома, обычно успевая задать еще пару вопросов по дороге.
Потом иду в трактир, где мы с Кросом тогда ели мясные колбаски и плотно ужинаю. Там каждый день, пробуя новое блюдо, я узнаю местную кухню, подробно и со вкусом. Место оказалось популярное, повар трудится очень неплохой в этом трактире-столовой, изжогой я не страдаю. После ужина сразу направляюсь домой, где провожу часок с соседями, сидя за общим столом, слушая городские новости и сплетни. Засыпаю на матрасе под простыней, иногда спрашивая у Клои про здоровье певицы.
В общем, за эту неделю я иногда встречаю ее на кухне, где они с хозяйкой готовят мне завтрак. Грита начала вставать с постели, хотя выглядит еще плохо. Хозяйка сдувает с девушки пылинки, остальные соседки тоже постоянно торчат у нас, проявляя почти материнскую заботу. Грита стала главной звездой нашего дома сразу, как только один из соседей вспомнил ее выступление в одном из трактиров.
Мои опасения, что профессия девушки будет сродни чему-то неприличному – не подтвердились. В Асторе она считается звездой, ну может, не первой величины, но жильцам дома понравилось, что известная своим талантом и голосом певица живет у них. Да, про сложный характер я тоже узнал, но для меня это точно не открытие.
В Асторе к женщинам отношение очень-очень трепетное, что и неудивительно, их гораздо меньше здесь, чем мужчин.
Просто выжило меньше в горах и перед ними.
На самом деле почти десятичасовой, напряженный рабочий день с непривычки меня серьезно выматывает.
Поэтому, после обильного ужина я рад просто лежать в кровати, которую скоро поменял на большой матрас, плотно набитый сеном. Теперь собираюсь заказать под него основу, только с деньгами пока не очень. Приходится дожидаться первой зарплаты в мастерской, остаток денег в Кассе я пока побаиваюсь тратить.
Глава 2 ДВЕ ОСЬМИЦЫ
После прописки в радушном дворе я быстро стал своим для всего дома. Однако, с Гритой все пока в тумане, она отлеживается на кровати во второй комнате, я ее почти не вижу. Клоя с подругами и соседками окружили певицу неусыпной заботой, кормят и лечат, как в последний раз…
На самом деле, мне не до выяснений, что мы теперь друг для друга значим.
Нам-то, настоящим мужикам, все просто – если есть притяжение в районе пояса, больше особо ничего и не требуется.
Голова постоянно закипает еще на работе. Как, используя достаточно скудный инструмент, создать продукт нового технологического уровня.
Сначала я просто вникал в процесс создания подводы с нуля, но уже потратил первый золотой на покупку дополнительной древесины и железа. Предложил Крипу с компанией, используя мои дополнительные руки, производить комплектующих сразу на две подводы. Железо и изделия из него – на них цена кусается, в отличие от дерева – требуется с предоплатой заказывать заранее. Зато дерево отдают за сущие гроши, обработанное и просушенное. Еще пару тайлеров я потратил, оплатив железо под заказ. Его приходится ждать, да и процент брака получается довольно высокий. Приемка и дефектовка заказа лежат на самом хозяине мастерской.