Сила Чести (СИ)

— Ах вот о чём ты, — хмыкнул Горислав Михайлович. — Думаешь, что в стенах академии надо алкоголь строго запрещать?
— Ну как бы да.
— Ладно, раз уж пошёл такой разговор, то объясню. Понимаешь, боярин, у нас академия, а не ясли. Если студент сам не может ограничить себя в употреблении спиртного, то это его проблемы. Но в личном деле этот факт будет указан. Студенты не дети, чтобы что-то им запрещать. Вон, целые бояре, да наследники есть. Войну могут объявлять. Так же имей в виду, что учиться сюда вы пришли самостоятельно. Заплатили за это немалые деньги. Но если студенту вместо учёбы больше нравится пить вино, то, повторюсь, это только его проблемы. И ничего путного из такого человека не выйдет. А из академии он рано или поздно вылетит. Как это и произошло и Салтыковым.
  
— Хорошо, это я понял, — кивнул я. — А тот факт, что старшекурсники ходят по комнатам младших и отправляют их в столовую? Ладно ещё, они на нас с Каменевым нарвались. Но ведь, насколько я знаю, тут ещё и простолюдины учатся.
— Ты имеешь в виду, что гоняли бы они потом этих простолюдинов, как хотели? — улыбнулся директор.
— Именно.
— Если бы кто-нибудь из студентов проявил слабость и побежал на поводу у старшекурсников, то мы бы его сразу же исключили. Такие люди здесь не нужны.
— Но… — начал было я, но был перебит.
— Тест на сообразительность помнишь? — спросил Елецкий. — Все слабые духом на нём отсеиваются. И Салтыков с Зарубиным об это тоже знали. Они шли просто подраться. А драки мы не то что не запрещаем, а только приветствуем. Тут всё же академия боевых искусств, а не пансионат для боярышень. Очень часто именно после драки студенты берут очередной ранг.
— А зачем тогда штраф такой большой? — совсем растерялся я.
— А вот этого тебе, боярин, знать не нужно. Всё, ступай. И так слишком уж с тобой разоткровенничался.
И я пошёл. Хватит с меня информации. И так уже голова пухнет.
Чёрт! Оказывается, я совсем забыл о том, что хотел на директора слегка надавить и выторговать каких-нибудь плюшек. Совсем он меня заговорил. И к выбору факультета Елецкий так красиво разговор подвёл, что у меня и мысли не было отказаться. Силён, однако!
На нашей с Богуславом комнате красовалась новая дверь. В комнате напротив — тоже. Оперативно.
Правда, общий коридор всё ещё носил следы ночной драки. Но, думается мне, и их быстро устранят.
Каменев, вопреки своим словам, спал. Причём крепко, как сурок. На моё появление вообще не отреагировал.
Мне же сейчас не до сна. Нужно написать несколько писем. И своим людям в столице. И некоторым боярским детям в Ульчинске. Будет война или нет, я не знаю. Но быть к ней готовым надо.
Но стоило мне лишь сесть за письменный стол, как в дверь постучали.
— Чёрт! — ругнулся я, поднимаясь.
— Северский? — спросил меня обнаружившийся за дверью стражник. — Там тебя какой-то проходимец у ворот требует. Настойчиво. Говорит, что по поводу Огненного Стихийника.
— Какого ещё Огненного Стихийника? — недовольно буркнул я. И замер, сообразив.
Огненный Стихийник!
Эльза⁈
  
Интерлюдия 3
 
Богатство редко приносит счастье.
Если человек разбогател, то, как правило, ем этого мало. С улучшением уровня жизни, увеличиваются и расходы. И человек, спустя какое-то время уже не считает себя богатым. Он ищет способы заработать ещё больше.
Если же разбогател боярский род, то всё ещё хуже. Увеличиваются потребности не одного единственного человека, а многих и многих. Лучшие кони, лучшие портные, лучшее оружие. Дома, усадьбы, балы. Всё это без конца тянет деньги из родового бюджета. И отказаться от благ уже не получает. Даже если захочешь. Ведь разговоры пойдут, что род таких-то бояр обнищал. Пальцем все будут показывать и злорадствовать. Но обычно никто и не хочет отказываться от чего бы то ни было. Привыкнув есть с золота, практически невозможно по собственному желанию вернуться к серебру или, упаси светлые боги, меди.
Вот и боярин Салтыков Игорь Петрович не хотел.
Да, род Салтыковых был богат. Очень, можно даже сказать — неприлично, богат для боярского рода. Многие смотрели на красивую жизнь представителей этого рода, и завидовали. Деньги, связи, сильная дружина. Всё это было. И со стороны смотрелось мечтой любого боярина.
Только мало кто задумывался, что деньги не берутся из воздуха. Что связи сильны только тогда, когда есть деньги. А дружина, иногда казалось, этими самыми деньгами питается. А ещё есть многие родовичи, которым так же требуется содержание. И не малое! Опять же из-за того, чтобы люди не шептались о нищете. Каждый представитель рода — его лицо. Каждый может бросить тень на всех остальных. А потому нынешнему главе, как, впрочем, и предыдущему, приходилось мириться с огромными расходами своих родичей. И именно по этой причине боярина Салтыкова практически никогда не покидала мысль о том, где взять ещё денег.
Род Салтыковых успел в своё время занять, как тогда казалось, золотую жилу. Поставки продовольствия для легионов! Звучит дорого! Завистники думают, что род с таким заработком буквально купается в деньгах. И только старшие в роду знают, что это не так.
Нет, дело это, безусловно, выгодное. А главное, что контракты от Государя идут постоянно. Но дело в том, что Салтыковы занимались именно поставками. Они не выращивали хлеб, не растили скотину. Они именно поставщики. Хлеб и мясо они покупали и в легионы продавали. Покупали, конечно же, намного дешевле, чем продавали. Доход был очень даже существенный. Если бы не множественные «но».
Во-первых, этим доходом приходилось делиться. Иначе поставщиком мог стать кто-нибудь другой. Более сговорчивый.
А во-вторых, многие Салтыковым завидовали. Да не просто завидовали, а очень хотели бы занять их место. Поэтому приходилось кормить сильную дружину. Круговорот!
И дело даже не в том, чем именно они занимались. Будь их род успешными оружейниками, то так же нашлись бы завистники. И они так же бы думали, что могут справиться с этим не хуже. А ещё все представляли, куда бы дели вырученные деньги.
Такова жизнь. Если у тебя есть что-то, чего нет у других, то это что-то обязательно попытаются отобрать.
Потому ещё отец Игоря Петровича в своё время подумал, и решил, что надо отбирать первыми.
Многие до сих пор думают, что Салтыковы только поставщики продовольствия. Но на самом деле, за последние два десятка лет контракты с легионами перестали быть основным источником дохода. Были ещё перевозки. Были гостиничные дома. Имелись так же и всевозможные лавки. Причём не только в столице.
Но, как известно, аппетит приходит во время еды. Всё время хотелось большего. А как это самое большее получить? Начинать с нуля, вкладывая в новое дело кровные денежки? Нет, это не метод Салтыковых. Куда проще выбрать какой-нибудь не сильно знатный боярский род и объявить ему войну.
Самое интересное, что именно воевать почти никогда не приходится. Редко кто хочет тягаться с сильным и богатым родом. Потому откупаются вирой. Вот только виру обычно выбирают Салтыковы. Ту самую, из-за которой всё и начиналось.
Когда сегоднянаследник сообщил, что объявил войну какому-то Северскому, боярин Салтыков лишь одобрительно усмехнулся. Растёт сынок. Буквально недавно получил такие полномочия, а уже поспешил ими воспользоваться.
Но одобрение практически сразу сменилось недовольством, стоило лишь выслушать сбивчивый рассказ сына. Ведь войну он объявил не с расчетом на прибыль, а потому что разозлился. А разозлился наследник из-за того, что его всё-таки выперли из академии.
Правда потом боярин всё же решил сменить гнев на милость. Ведь войну сын объявил не какому-то бояричу, а боярину. Главе рода. Только главе этому всего лишь семнадцать лет. Большего наследник не знал. Но Игорь Петрович решил, что запугать какого-то там мальчишку особого труда не составит. И отобрать у него то, что покажется интересным и достаточно прибыльным.