Тайны сыска. Дело гонца

– Я не…
– Ложь, – вновь горечь и моё перекошенное от этого неприятного вкуса во рту лицо.
– Ложь? – усмехнулся он. – Тогда какой в этом смысл? Зачем мне сидеть и наслаждаться смертью каких-то там девиц?
От неожиданности заданного вопроса и капельки удивления я застыла на месте, вопросительно выгнув бровь. Впервые за весь разговор я кинула на дознавателя взгляд и, к счастью, не увидела более злости и раздражения, а лишь любопытство и интерес. То ли к делу, то ли к моей персоне, то ли ко всему в целом.
  
– О, – удивлённо сложила губки в букве «О», – детская травма, да? – мило оскалилась, смотря на умалишенного.
– Я здоров, – зло выкрикнул он, дернувшись было привстать. Но не тут-то было!
– Мы и не сомневались, – сухо произнесла, подойдя вновь к столу и сложив все фотографии в линию. – Травма, детская травма, что так долго копилась в вас. Обида, злость, отчаяние… они скапливались и лишь ещё больше разъедали ком обиды, пока, в конце концов, не вышли на новый уровень. На уровень разума. Скажите, что и это тоже не так? – позволила себе лёгкую усмешку на каменном, словно маске, лице.
Он и не сказал. Просто промолчал, отвернувшись от меня, от фотографий, и поняв, что отбрыкиваться более бесполезно.
Зааплодировав мысленно себе за такую маленькую победу, я повернулась и гордо отрапортовав: «Теперь он ваш», вышла, на негнущихся ногах пройдя в рабочий кабинет, где только смогла спокойно вздохнуть, перевести дух и для самой себя понять, что только что сотворила.
Ох, а ведь и влететь может! В первый же день за такое своеволие!
– Вот же… – тихо простонала я, опускаясь на стул как подкошенная и закрывая горящее от смущения лицо руками.
Чувствую, мне еще аукнется это своенравие. Хотя, с другой стороны я же помогла. Ладно, нужно брать себя в руки. Ничего плохо не произошло.
– Валентай, тебя шеф вызывает, – крикнул мне кто-то, открыв на мгновение дверь.
«Мне хана!» – пришла единственная мысль. Видимо, сейчас попросят написать рапорт об увольнении.
Я опустила голову, сделала глубокий вдох и направилась в кабинет начальника. Тот выглядел совершенно спокойным, и это придало мне немного уверенности. В ответ меня смерили оценивающим взглядом, указав на стул. Я быстро села.
– Мне только что доложили о том, что произошло в допросной, – начал говорить начальник, и я едва удержалась, чтобы не втянуть голову в плечи. – Должен признать, ваша помощь оказалась неоценимой. Этот парень скользкий тип, но теперь у него просто нет шансов. Думаю,…
Он явно хотел сделать еще парочку комплиментов моей работе, но тут открылась дверь, и в помещение вошло новое действующее лицо. Должна признать, при первом взгляде на него, мне уже хотелось спрятаться под стол. Мужчине этому было лет под шестьдесят, может чуть меньше. Выше меня на две головы, черные волосы с сединой, которая уже покрывала большую половину головы, квадратный подбородок, резкие скулы, карие глаза и шрам над правой бровью. Причем, весьма заметный. Одет в форму, значит коллега.
– Михей, какими судьбами? – поинтересовался босс, глядя на вновь прибывшего.
– У нас труп на свалке, – отрапортовал тот довольно басистым голосом, заставляющим вздрогнуть и тут же встать, вытянувшись по стойке «смирно». Вот уж кому надо было в том допросе участвовать.
– Опять? – вздохнул начальник. Судя по его тону, тема с трупами на свалке здесь является одной из наиболее «актуальных». Хм, и что с ними не так? Волнует большая смертность или же большая нераскрываемость подразделения? – Так, бери Валентайн и езжайте на место.
– Кого? – удивленно переспросил он.
– Позволь тебе представить – Валентайн, – шеф указал на меня. – Она наша Чувствующая. И с этого дня твоя напарница.
Я еле удержала удивлённый возглас. Если начальник так и дальше будет сообщать мне новости, (а перевод в отдельные следаки уже нечто) то к концу года кто-то сильно рискует остаться без ещё одного нормального сотрудника!
Бросив короткий взгляд на Михея, я непроизвольно вздрогнула.
«Мама моя дорогая!» – мысленно взмолилась, понимая, что мы вряд ли сработаемся. И это только мягко сказано.
– Мне не нужен напарник! – немного резко ответил Михей, окинув меня презрительным взглядом, от которого кровь в жилах буквально заледенела. Что ж, теперь понимаю, отчего начальник решил обрадовать нас такой замечательной новостью, как совместная работа, именно в подобной обстановке и при подобных обстоятельствах: чтобы не было времени думать, размышлять и препираться, а сразу встать и пойти на дело.
– Мои приказы не обсуждаются! – рявкнул босс, и я в очередной раз проявила чудеса самовыдержки. Вздрагивать при каждом взгляде и шорохе не в моей компетенции. – Вперед.
Напарник сжал зубы, развернулся и направился к выходу. Мне пришлось молча и безоговорочно последовать за ним. М-да, а ведь день начинался очень даже неплохо.
 
ГЛАВА 2
 
Михей шел очень быстро, и мне приходилось едва ли не бежать следом, чтобы успеть и не потерять «напарника» из виду. Конечно, можно было попросить двигаться и помедленнее. Но что-то мне подсказывало, что меня даже не услышат. Оказавшись на улице, я села в припаркованный автомобиль с отличительными знаками и он тут же тронулся с места. Должна признать – застегивать ремень безопасности при большой скорости и резких поворотах весьма сложно. Я два раза успела приложиться локтем о приборную панель. Больно. Но лучше промолчать, а то вдруг напарнику что в голову взбредет.
Ехали мы молча, но, правда, недолго. Свалка располагалась в двадцати минутах езды от города и имела дурную славу. Тут часто находили неизвестные тела или их части, торговали наркотиками, устраивали бои без правил или продавали детей. Ходили слухи, что славку контролирует какой-то синдикат бывших магов, но доказательств пока найти не удалось. Сие место занимало приличную площадь, и обойти её за один раз было просто нереально. Чем многие нарушители закона и пользовались. Конечно, тут имелись рабочие и надзиратели, но они старались не лезть в чужие дела- собственная шкура для них была дороже долга. Хорошо, что хоть иногда сообщали о вот таких происшествиях.
Когда мы оказались на месте, я сразу заметила толпу людей. Половина из них была зеваками, которым хотелось острых зрелищ. Ну и без репортеров не обошлось. Они столпились у ограничительной ленты в поисках новой сенсации. Постовой поприветствовал Михея, окинул меня заинтересованным взглядом и пропустил дальше. Я понятия не имела, что сейчас будет, но интуиция кричала об опасности. Быстрым шагом преодолев несколько дурно пахнущих горок мусора, мы вышли к нужному месту. Тут так же стояла охрана из стражей, и работал медэксперт. Он внимательно осматривал тело, не замечая никого вокруг.
– Дак, что тут? – спросил Михей, подходя ближе. Я последовала за ним, бегло бросая взгляды по сторонам.
– Девушка, чуть за двадцать. Умерла примерно двадцать четыре часа назад. Причину пока назвать не могу, – ответил тот, не поднимая головы. – Только после вскрытия. Убили явно не здесь. О, у нас новенькая, – обратили, наконец-то, внимание на нас. – Я Дак.
– Валентайн, или можно просто Валя, – представилась я, заинтересованно глядя на труп девушки.
В ней не было ничего примечательного. Обычная среднестатистическая внешность. Невысокий рост, немного субтильная фигура, светлые волосы и родинка над губой. Глядя на неё, мне казалось, будто жертва просто уснула. Внешних следов воздействия нет, даже одежда чистая, что уже странно. Все же это место не относится к самым благополучным. Сумочки при ней найти не удалось, так что сразу же определить личность не представлялось возможным. Надеюсь, её отпечатки есть в базе. Лет десять назад, всех граждан обязали сдать кровь и другие вещества на хранение, чтобы в случае чего можно было быстро обнаружить объект. Конечно, возмущений по этому поводу было море, но пришлось смириться. Поэтому определение личности погибшей – дело долговременное и в то же время вполне выполнимое.