Владыка кошмара (СИ)

Мужчины снова опускаются на колени, простились и ушли.
Дверь за ними закрывается сама по себе.
В зале снова воцаряется гробовая тишина.
Если не считать сильнейшего трепета, которой производило моё сердце.
Что это значит… Нет, правда, что именно всё это значит? Труп живой? Нет. От него не было ответа. И тем не менее все они говорили с ним так, будто был он, Распрей, был ещё жив. Более того, весь этикет, который они соблюдали, казался совершенно чужеродным среди этого затхлого склепа. На секунду мне даже показалось, что в их глазах отражается золотистый тронный зал.
Я попятился.
Опять сгустился мрак.
Теперь мне уже не казалось, что это был обыкновенный запущенный склеп. У меня было стойкое ощущение, будто здесь был кто-то… нет… Что-то ещё.
— Амонус… — я собирался прочитать заклятие света, как вдруг остановился.
Прищурился.
В темноте вспыхнул огонёк, такой тусклый, что разобрать его было почти невозможно.
Словно единственная золотистая звёздочка посреди чёрного неба.
Рядом вспыхнул другой огонёк. Затем ещё — уже на некотором расстояния.
А потом они стали загораться каждые несколько секунд. Свет растекался. Картина прояснялась. Всё новые фигуры выступали из кромешного мрака, и вместе с ними мороз наполнял меня изнутри, пронзая моё сердце и мои пальцы.
Ангелы.
Все ангелы развернулись, открыли свои зубастые, как у пираний, чёрные пасти и посмотрели в мою сторону горящими жёлтыми глазами, в которых проглядывались красные кружки, аки огненные кольца. Я попятился. Бессмысленно. Дверь была закрыта. Отсюда не уйти. Я мог только наблюдать, как всё новые глаза возникают в темноте, будто мрак обратился огромным чёрным пауком, заполонившим собой всю комнату и теперь стремительно открывающим свои многочисленные веки.
Наконец я услышал тихий хруст и немедленно посмотрел на трон Распрея.
Сморщенный и обветшалый труп медленно повернул свою голову, и в его глазницах, всё ещё пустых, возникли маленькие, примерно с мизинец размером, красные глазки. Его рот приоткрылся, несколько зубов упали и со звоном растворились в темноте.
— э… — зазвучал хриплый голос. — э… Э!… Это… сделал…
В ту же секунду я выпустил туманность, которую сдерживал внутри себя. Серое море немедленно наполнило мои руки и ноги. Мои мышцы стали надуваться и сгущаться с необыкновенной быстротой. Моя серая кожа стремительно грубела и уплотнялась…
— Ты! — рявкнул Распрей.
И показал на меня своим сморщенным пальцем.
И тогда все ангелы разом пришли в движение, раскрыли свои зубасты пасти и набросились на меня с невероятной быстротой и силой. Моя трансформация ещё не подошла к своему завершению, когда один из них возник прямо передо мной и вонзил свои острые зубы мне в плечо. Я немедленно схватил его левой рукой, и продолжая стремительно разрастаться до потолка с силой швырнул о землю. Раздался грохот, и каменный монстр распластался. В следующую секунду я вскинул свою стремительно растущую ногу и надавил на него. Последовал треск, и я почувствовал, как камни крошатся под моею пятой, но вместе с тем сильная боль пронзила мою пятку, и я увидел, как вместе с пылью у меня под ногой растекается зелёная кровь…
Между тем другие ангелы были совсем рядом. Один из них взлетел на своих каменных крыльях и уже хотел вонзить зубы в моё мощное колено, когда перед ним вдруг протянулась булава и ударила его прямо по голове, и та лопнула на тысячи каменных осколков…
  
45. победа?
 
Между тем другие ангелы были совсем рядом. Один из них взлетел на своих каменных крыльях и уже хотел вонзить зубы мне в колено, когда перед ним вдруг протянулась булава и ударила его прямо по голове, и та лопнула на тысячи каменных осколков…
После этого мои ладони сделались ещё больше. Держать оружие стало проблематично. Булава стала миниатюрной, и мне приходилось удерживать её большим, указательным и средним пальцем.
К этому времени моя голова упиралась в потолок. Форма великана была не самой подходящей для сражения в закрытом пространстве, но меняться было уже поздно. Рой ангелов стремительно приближался.
 
— Амонус гранде!
Мой голос прогремел как лавина. Ударная волна подбросила моих противников и прибила к земле. Я тут же ринулся на них и стал хватать и разбивать своими огромными лапами.
В это же время в моей голове происходили непрестанные расчёты.
Всего было сорок ангелов. Каждый из них был существом Пятого ранга, хотя и довольно крепким. Сам я находился на Седьмом. Великан был не самым сильным созданием своего уровня, и в то же время на моей стороне была магия…
— Амонус гранде!
Мою горчичного цвета кожу стали стремительно покрывать каменные чешуйки. Несколько ангелов вонзили в них зубы и стали дробить, но теперь они уже не могли так просто добраться до моей плоти. Я стал сбивать их булавой один за другим.
Булава Звездомаха считалась божественным артефактом и обладала невероятной силой. Ангелы рассыпались после первого же её прикосновения. Преимущество стремительно переходило на мою сторону. Лишь изредка ангелам удавалось пустить мне кровь, после чего они сразу разлетались на куски.
Количество моих противников сокращалось. Ангелы были отчаянны, и потому зелёная лужа в моих ногах всё равно разрасталась, однако угрозу они больше для меня не представляли. Теперь они превратились в обыкновенную занозу.
Вскоре последний ангел затрещал и рассыпался, когда я надавил на него своей увесистой лапой.
Я вздохнул, — потребовалось некоторое время, чтобы наполнить мои громадные лёгкие, — и шагнул в сторону Распрея. Последний всё ещё сидел на месте. За всё время битвы он даже не шевельнулся, но только наблюдал за происходящим коричневыми шариками своих глаз.
Я уже собирался с ним заговорить, как вдруг тревожное чувство молнией пронзило мой позвоночник.
В ту же секунду глаза Распрея вспыхнули красным. Вокруг стал сгущаться серый туман. Я хотел отпрянуть — не успел. Стоило мне только пошевелиться, и я обнаружил себя в непроницаемой серой гуще.
Я замер.
Первая реакция человека, если он оказался в темноте, — остановиться, чтобы не удариться.
Мой случай был другим.
Я был не в темноте.
Я был в тумане.
А это было в сотни раз опасней.
Я собирался броситься бежать, как вдруг серая гуща стала растворяться прямо на глаза; я почувствовал леденящий ветер на своей изрезанной острыми клыками коже. Мир вокруг резко прояснился. Я обнаружил себя на улице. Над головой вспыхнуло звёздное небо; под ногами протянулась мощёная площадь. Растерянный, я посмотрел по сторонам и увидел перед собой громадную каменную статуя, которая даже и теперь, когда я находился в этой форе, превосходила мой рост в три раза.
Снизу на ней была вырезана надпись:
«Император Распрей».
Вдруг я услышал крики, посмотрел вниз и увидел великое множество людей. Некоторые из них стояли между фонтанами. Другие теснились в переулках. В какой-то момент деревянные двери стали распахиваться, и целые волны народа хлынули на улицу. Все они тотчас замирали и с ужасом таращили на меня глаза.
Я находился в некотором ступоре, но вот уже приходил в себя, размышляя, что мне теперь делать, как вдруг прямо у меня над головой загрохотал ужасный рёв:
— КАК. ТЫ. СМЕЕШЬ. НАРУШАТЬ. ГРАНИЦЫ. МОЕГО. ЦАРСВА… МОНСТР!?
Я поднял взгляд… И обомлел.
В моей голове мелькнула фраза:
«Великая статуя Армрока Победоносного пришла в движение. Оживший бог раздавил больше сотни человек, включая Красного жрица, уничтожил четыре улицы и скрылся за городскими стенами…»
…Каменный Распрей наклонил голову и смотрел прямо на меня. Его глаза сверкали раскалённой сталью. Вдруг великан вскинул ногу и со всей силы ударил меня в грудь.
Мой тело изогнулось, хрустнуло и полетело.
В следующую секунду другой грохот пронзил мою спину, словно бы в неё воткнули тупой шип, который сразу переломился и вместе с тем раздробил мой позвоночник.