Врата (СИ)
— Вроде нет. Три зама, включая меня, двое ветеранов-хранителей клана из рядового состава, то есть Бунчук и Шульга, ну ещё Иванцов, хотя к решениям его не допускают, — загибал пальцы Наливайко, — ладно, его поддержка лишней не будет. Из авторитетных командиров Колобок и Киценко. Пуля ещё. Но последних двух на базе не будет ближайшее время. Всё.
— Хорошо. Что забыли?
Наливайко покачал головой — вроде всё проговорили.
— Далее тогда, товарищ генштаб. Ещё раз по развитию событий. Вариант первый расчётный: спектакль с пистолетом отработан, генерал повёлся и устроил геноцид. Его спеленали и отправили на кичу. Далее моя работа его вытащить, снабдить оружием и отправить на погибель под внимательным присмотром нашего человека Саши Призрака. Вот ты, кстати, не надавил на центр, а его наёмники до сих пор ищут, спрашивают.
— Валентин, командир, перестань, я не всесилен. Я лишь связной!
— Ладно. Вариант второй — средней паршивости. Они оба друг друга положили наглухо, либо замочили только Таченку.
— Не согласен! — запротестовал Наливайко, — вариант с гибелью генерала от рук Петренки это расчётный, то есть позитивный.
— Хорошо. Я чуть может попутал, — согласился Резанов, — для того и проговариваем. Итак, вариант с гибелью.
— Либо арест и суд над Петей с его побегом, аналогично предыдущему расчётному сценарию номер один, либо…
— Что либо, Димитро? Я что-то пропустил?
— Он может быть ранен и будет не в состоянии совершить побег, — отвечал связной, в свою очередь выглядывая в зал из-за шторки.
— Тогда мы переходим к варианту три — негативному, — продолжил майор Резанов, — если будет нетранспортабелен, то как? Ликвидация?
— Ну да, хотя это неудобно, — Наливайко задумался, — нет, командир, если так сложится, что генерала он пристрелит, то лучше его на суд притащить. Но вот побег. Тут дааа… Надо решать сейчас.
— Тогда вот такое решение, — заявил Резанов, — ликвидация и работа по варианту три, то есть если все останутся живы, но не смогут передвигаться самостоятельно, то ликвидировать их обоих на месте. И самый негативный из сценариев — они не вступают в конфликт, а наш спектакль по каким-то причинам не срабатывает.
— Да. При негативном развитии событий третьего варианта я ликвидирую обоих и Цыбу. При наличии свидетелей — их тоже.
— Да, и это нам исключительно неудобно, капитан, — Резанов отдал ему холостой патрон, — но сбрасывать со счетов такую возможность мы не должны. Будь готов к зачистке. И да, вот же тебе ещё одна! — Резанов вынул сложенный вчетверо листок с новой запиской Петренке от Халецкого, — Теперь всё вроде.
— Ты вот что, — чуть подумав, предложил Наливайко, — ты пока тут побудь, вот тебе, — и он полез в свою универсальную тумбочку, — это комплекс витаминов, сейчас прими, а я принесу запить, воду ты всю выдул — и вышел.
Вернулся быстро с термосом, налили в крышку-стакан мутной приятно пахнущей жидкости.
— А это травы заварены, успокоительный эффект, но слабый, не как таблетки. Пей!
Резанов выпил эту тёплую муть, закинув в рот витамины.
— Ты, если нет чего срочного, может пока тут полежишь? А то опять сейчас бегом-кругом. Помедитируй в тишине, покачай ещё план. Может найдёшь что-то, что мы впопыхах пропустили. Тут тебя никто не тронет, по легенде ты радио хватанул и проходишь курс. Ну чего, оставлю тебя?
Спорить после травяного чая что-то совсем расхотелось, Майор снова стянул с себя броню и берцы, завалился на больничную койку поверх простыни. Действительно, надо чуть остановиться, ещё раз всё детально продумать. А то очень много в этом плане рассчитано на высокую вероятность. Надо подумать.
За этими мыслями Резанов задремал. Устал очень за эти дни, напряжение постоянно возрастает, приближается суперважный час Икс. И пропустил обед. Проснулся от того, что из-за ширмы позвал кто-то.
— Валь, тут ты?
А, это главный тихушник вся Зоны и её окрестностей.
— Тут, придремнул чё-то.
Призрак влез в отгороженную палату:
— То-то тебя никто найти не может. А у нас с тобой очередной праздник. Мне сказали без тебя не возвращаться.
— Праздник? — со сна Валентин соображал туго, а может это хитрые травки главврача, — А сколько времени?
— Шестой час. Ты давно тут?
— Да. После завтрака пришёл, как с Петей побазарили. Чего за праздник-то?
— Пришли ватажники Пилота. Радостные до слюней. Говорят, схроны почистили знатно. Часть сдали Ковбою, а теперь сюда поторговать и спасибо сказать явились. Поляну накрывают нам за подгон, велели тебя разыскать. А никто и не знает где ты. Но я — знаю. Потому что умный. Айболит пытался слиться, но был припёрт к стенке, вот показал, где ты храпишь.
Резанов уже оделся к моменту, как заглянул Наливайко. Призрака выгнал, присел рядом, места на троих в этом закутке не было:
— Однако ты храпанул. Что-то подумал?
— Да. С Бунчуком и Петей несостыковка чуть. Бунчук да, он на Петренку злой, с тобой разговор у него был. А вот, с другой стороны, наш интендант не супергерой Зоны. Сидит тут месяцами в своём сарае. И топать через всю Свалку, где война то с бандосами, то с «лимонадовцами»…
— С кем? — удивился Наливайко
— Ну Монолитовцами. Жаргон одиночек, учись, студент. Так чего я. Он вполне может взять с собой своих. Всё же зам генерала — безопасность.
— Мы рассчитываем на его жадность, он не должен взять квад. Цыбу точно возьмёт, хотя его за бойца не считает, — ответил Димитро, — а ты значит сомнения имеешь?
— Подумав — да. Именно что за бойца не считает. А нам случайности в его выборе спутников надо исключить. И мысль есть каким Макаром. Надо чтобы не только Бунчук своему шефу не доверял, но и Петя был уверен, что его боец замыслил недоброе. Я Пете кой-чего хочу вбросить! — и Резанов кратко обрисовал мысль, что пришла в голову перед сном, — А ты, кстати, сегодня в Бар зайди со своими, я проставляться должен за майора.
— Хорошо, давай.
Призрак ждал у входа, понимая, что там некий разговор не для чужих ушей. Но мог слышать. По-хорошему, конечно, это утечка неграмотная — ставить в курс третьих лиц. Но без союзников такую многоходовку не провернуть, поэтому хочешь-не хочешь, а знать о плане они будут.
— Пошли?
И они пошли. В Баре 100 Рентген завывал неистребимый Файрлейк, Призрак скривился. Было очень даже многолюдно, в середине сдвинув столы, готовился то ли поздний обед, то ли ранний ужин. Появление напарников встретили овацией, сразу взяли в оборот. Пилот поднял первый стакан за сталкера Призрака и капитана Резанова. И тут же был радостно прерван несколькими Долговцами, наперебой сообщавшим что таки майор! Вольный сталкер не стушевался, поблагодарил за поправку и закончил тост. Выпили по первой, закусили мелочью в ожидании горячего. Сегодня повар Панаса Фёдоровича радовал пловом.
— А что, можно поздравить? — задал вопрос появившийся из-за спины Механик, он притащил и поставил на стол пару сосудов со спиртом. Такие Резанов уже видел, это из султановских схронов!
— Да, мы тут вынесли с Трубы Монолит. С армейцами вместе. Так что путь открыт для добрых бродяг! — чуть повысив голос заявил Резанов. Надо уже потихоньку входить в образ, — И договорились военными о том, что нашего брата пропускать всегда станут и драть лишних денег не будут, как было раньше!
Бродяги, которых в Баре было полно, радостно загалдели, хоть эта новость уже и была известна, но выступление офицера Долга — это важный официальный момент. Снова разлили, но Резанов не частил, чуть отпил водки, спирта сейчас принимать не стоило, и поискал глазами своих. Все были на месте, включая героев последней операции. Поманил Долговцев к столу, пояснив Пилоту и Механику, что сегодня обязан проставиться за новое звание. Те же заявили, что вот и хорошо — банкет за их счёт, потому что за схроны обязаны. Ну так кто же спорит.
Офицеры пока не подошли, а вот Иванцов пробрался к Резанову со своим стаканом. Выглядел вполне здоровым:
— Я тебе ведь должен. Ты свои арты мне дал, это стоит денег.