Отражения

– Нет.
– Вот. Ты сама ответила на свой вопрос.
– У тебя, как я понимаю, активный дар есть.
– Да. Я отобьюсь не только от кирпича, но и от всего остального.
– Знаешь, я не такая беззащитная, как ты думаешь. Ты прав, в прямой схватке с нечистью мне не устоять, однако я способна удерживать ее на расстоянии. Так, чтобы она не смогла ко мне приблизиться. А для того, чтобы ее поймать или уничтожить, существует оружие, зелья и артефакты.
Андрей бросил на меня скептический взгляд, но промолчал. Остаток пути мы проехали в тишине.
Дом номер восемь по Липовой улице оказался одноэтажной избушкой с узким крыльцом, крошечным палисадником и невысоким зеленым забором.
Кутузов открыл калитку, и мы ступили во двор. Навстречу нам никто не вышел.
– Хозяйка временно переехала к родственникам, – объяснил Андрей. – Вернется, когда в доме будет наведен порядок.
Он щелкнул пальцами, и замок на входной двери тут же открылся. Кутузов вынул из кармана очки-уловители с прозрачными зелеными стеклами, надел их на нос, а затем уверенно шагнул в маленькую темную прихожую. Я последовала за ним.
Встав у стены, Андрей вынул из-под ворота футболки-поло цепочку с прозрачным камнем.
– Что это? – спросила я.
– Будильник, – ответил маг. – Сейчас утро, и нечисть впала в анабиоз. Проснется она только вечером, а у нас нет времени ждать, пока она выспится. Поэтому мы разбудим ее сейчас. При свете солнца полтергейст будет не так активен, как ночью, и справиться с ним окажется легче.
Я понятливо кивнула. Андрей нажал на камень, и тот засветился голубоватым светом. Сразу после этого в нос ударил резкий запах грязного мусорного ведра.
– Чувствуешь? – тихо спросил Кутузов. – Нечисть проснулась. Держись за моей спиной и не высовывайся, поняла?
Я снова кивнула и подумала, что вонь, которая теперь разнеслась по всему дому, кажется мне странной. В ней не было сладких ноток гнили, которые обычно сопровождают пришельцев из иного мира.
Кутузов открыл дверь в одну из комнат. Это оказалась гостиная – узкая и длинная, с громоздким диваном, сервантом, полном хрустальной и керамической посуды, потертым ковром, двумя креслами и столом-книжкой, на котором стоял старенький телевизор. На одной из стен висела картина, изображавшая зимний пейзаж, на другой – большое овальное зеркало.
Андрей медленно двинулся вперед, внимательно осматриваясь по сторонам. Я же подошла к зеркалу и вгляделась в отражение комнаты. В углах тут же обнаружились обрывки черной «паутины» – следы нечисти, не успевшие растаять под лучами солнца. Андрей аккуратно обходил их стороной – через его очки «паутина» тоже была отлично видна.
Полтергейста не наблюдалось.
Внезапно краем глаза я уловила какое-то движение. Присмотревшись внимательнее, я увидела длинный серый нос, показавшийся из-за телевизора. Он был так мал и тонок, что в первый момент я решила, будто за телевизором сидит Буратино – старая пластмассовая кукла.
Нос слабо дернулся – его обладатель явно к чему-то принюхивался.
У меня внутри что-то екнуло.
– Андрей, – негромко позвала я. – Здесь нет полтергейста. В этом доме завелась другая нечисть.
– Думаешь? – недоверчиво откликнулся мужчина, продолжая сканировать комнату. – И какая же?
– Кикимора. Она сидит за телевизором и смотрит прямо на тебя.
Андрей повернул голову в сторону стола-книжки. В тот же миг распахнулись дверцы серванта, и в лицо Кутузову полетело тяжелое белое блюдо. Маг поймал его на лету.
Из серванта, как разъяренный пчелиный рой, стали вылетать рюмки, чашки и тарелки. Андрей метнулся ко мне, щелкнул пальцами, и нас укрыл прозрачный светящийся купол. Посуда врезалась в него на полном ходу, после чего упала на пол и разлетелась в стороны россыпью звенящих осколков.
Я вскрикнула, шарахнулась назад и больно ударилась затылком о стену.
Кутузов, разглядевший сквозь очки кикимору, выскользнул из-под щита и бросил в нечисть короткую сверкающую молнию. Кикимора выскочила из укрытия и стремительным кошачьим прыжком переместилась на люстру.
  
В Кутузова же вдруг полетели вещи. Диванные подушки, горшок с мясистым алоэ, две забытые у кресла газеты, прозрачная коробка с нитками – все это неслось на него с такой прицельной точностью, будто кто-то нарочно старался попасть ему в лоб.
Лавируя, как заяц, Андрей выбежал на середину комнаты и послал в люстру еще одну молнию. Люстра рухнула вниз. Ее стеклянные плафоны раскололись на части, а воздухе зависло крошечное длиннорукое длинноносое создание с клочком серых спутанных волос.
Окружавший меня защитный купол растаял в воздухе. Я судорожно вздохнула.
– Испугалась? – спросил Кутузов.
– Немного, – хриплым голосом ответила я, не сводя глаз с кикиморы.
Я видела такое существо всего один раз – на втором курсе, когда нашу группу водили на практическое занятие в заброшенный дом на окраине города.
– Представляешь, что было бы, приди мы сюда вечером или ночью? – продолжал Андрей. – Эта красавица кинула бы на борьбу с нами весь дом. Сейчас она сонная, поэтому мы поймали ее без труда.
Я обвела взглядом гостиную. Создавалось впечатление, будто по ней прошел ураган. Мебель была сдвинута, вещи валялись на полу вместе с осколками посуды, одна из дверок серванта висела на одной петле.
– Какой ужасный беспорядок! – пробормотала я. – Кто же будет все это убирать?
– Вызовем чистильщиков, – маг пожал плечами. – Они восстановят люстру и посуду. Но это потом. Сначала нужно избавиться от кикиморы и проверить, нет ли в доме еще какой-нибудь нечисти.
Нечисти в доме больше не было. Чтобы в этом убедиться, мы обошли все комнаты, спустились в подвал и даже поднялись на чердак. Я разглядывала помещения через зеркала, Кутузов – через волшебные очки. Кикимора все это время висела в воздухе, злобно сверкая бусинками глаз.
Вернувшись в гостиную, Андрей сказал:
– Теперь надо развеять носатую. Давай так: я осматриваю эти углы, а ты – те.
– Зачем? – не поняла я.
– Будем искать куклу.
– Какую куклу?
Кутузов закатил глаза.
– Саша, как кикиморы попадают в человеческий дом?
– Ну… – я почесала подбородок. – Ею может стать дух покойного родственника. Некрещенного младенца, например, или самоубийцы.
– Верно, – кивнул Андрей. – Но у нашей потерпевшей все родственники живы и здоровы. Кроме супруга, который умер пятнадцать лет назад, а значит, стать нечистью точно не мог. Есть ли другой способ заиметь такого вредителя?
– Есть, – кивнула я, припоминая лекцию о домашних духах, которую слушала на первом курсе колледжа. – Кикимору могут подсадить соседи.
– Верно, – снова кивнул Кутузов. – Судя по всему, где-то поблизости живет ведьма или колдун, с которым у хозяйки этой избы не заладились отношения. Настолько не заладились, что этот человек сделал куклу, наложил на нее проклятье и спрятал где-то в доме. Пока кукла здесь, кикимора будет жить. Уничтожим проклятый предмет, уничтожим и нечисть.
– Все понятно, – кивнула я. – Ты ищешь там, я ищу тут.
На поиски мы потратили около десяти минут. Рассудив, что носатая должна была держаться рядом с подарком обиженного соседа, мы обшарили гостиную от пола до потолка, и обнаружили за картиной уродливого тряпичного человечка. Едва Кутузов взял его в руки, раздался тихий вздох, и висящее посреди комнаты создание исчезло.
– Отвезем куклу в управление, – решил Андрей. – Покажем поисковикам. Нужно найти ее создателя.
На губах мага появилась улыбка.
– А ты молодец, – уважительно сказал он мне. – Нечисть нашла, на рожон не полезла, убегать не бросилась. Даже кричать не стала. Почти. Возможно, Юсупова права, и работать в твоей компании действительно будет легче.
– Кто такая Юсупова?
– Маргарита Денисовна. Порой она бывает очень прозорливой.
Я еще раз обвела взглядом разгромленную комнату. И улыбнулась.
 
Глава 2
 
Мужчины сидели на скамейке и тихо о чем-то беседовали. Один, высокий, с короткими темными волосами, одетый в стильные джинсы и модную дорогую рубашку, лениво задавал вопросы второму – полноватому старику в мешковатых брюках и смешной старенькой кепке. Тот отвечал взволнованно и сбивчиво, будто оправдывался за какую-то неудачу.