Тюрьма (СИ)

Сюз ритмично стреляла каждые три секунды. Повезло, что Маша заложила дугу и вывела преследователей прямо на неё. Но, чёрт возьми, их было слишком много. От быстрого бега руки тряслись, и она никак не могла успокоить дыхание, плюс, сначала дистанция была большой. В итоге цели достигала, хорошо, если треть выстрелов. И то, не все были смертельными, иногда она видела, как тот, в кого она целилась, дергался, но продолжал бежать.
Сюз катастрофически не успевала. По мере приближения точность выстрелов росла, но было уже поздно. Она просто физически не успеет отстрелить достаточно, чтобы у них был хоть какой-то шанс. В ногах она ощущала зуд. Инстинкт самосохранения пытался заставить её убежать, пока есть хоть какой-то шанс. Но как она могла это сделать? Бросить Машку на растерзание? Пожертвовать ей? Нет, на такое она пойти не могла.
По её расчётам, если Маша не споткнётся и не сбавит темп, то добежать до неё успеет, а вот что они будут делать потом, оставалось непонятным. Главное, стрелять, не теряя ни одной секунды.
Когда Машка добежала, она практически рухнула на Сюз, как ей показалось, но это было не так. Маша просто рванула пистолет у неё из кобуры, после чего, зажав его двумя руками, направила в сторону преследователей, широко расставив для устойчивости ноги. Она тяжело дышала, руки от быстрого бега ходили ходуном, лицо было красным, но в глазах горела решимость.
Преследователи были уже метрах в пятнадцати. Они вдруг тоже остановились, понимая, что добыча уже никуда не денется, хотя и будет сопротивляться. Они тоже тяжело дышали, замученные долгой погоней, но все без исключения широко улыбались. Их добежало больше тридцати человек. На такой короткой дистанции у девчонок не было шансов.
– Прости Сюз, – шепнула Маша, – это всё из-за меня.
– Нет, ты здесь ни при чём. Ты ничего плохого не делала. Это просто цепочка событий, которая привела нас сюда. Что будет, то будет, но без боя мы не сдадимся.
– Спасибо, – сказала Маша и по левой щеке сбежала одинокая слеза.
Пауза немного затянулась, видно никто не хотел получать пулю первым, а добычу они считали уже пойманной. Хотя эта пауза и длилась считанные секунды.
Закончилось всё неожиданно.
– Фуууух! Неужели успел! – раздался неожиданно весёлый голос.
На поляну стремительно, по-деловому, но в то же время очень легко вышел человек. Они его не сразу узнали, потому что выглядел он довольно потрёпанным. Спутанные волосы висели клочьями до плеч. Из одежды на нём были только изляпанные штаны до колен, ниже они были видно просто грубо обрезаны. Он был босиком. Весь худой, жилистый и очень загорелый торс был чем-то перепачкан. Возможно, засохшей кровью.
На шее у него висел привязанный простой верёвкой за рукоятку нож. В каждой руке было по металлическому топорику, которыми он по очереди вращал. Одним, другим, одним, другим – легко и непринуждённо.
– Мария, – он слегка склонил голову, – Сюз, если не ошибаюсь, – ещё один поклон, – девочки, я советую вам покинуть это место, потому что то, что здесь будет происходить дальше, не окажет положительного воздействия на вашу психику.
Девчонки не шевельнулись, частично остолбенели от удивления, но и так они бы никуда не ушли.
– Ну, как знаете, – сказал Руди, а это был он.
– Ты кто, чёрт возьми, такой? – наконец пришёл в себя один из преследователей.
Руди ничего не ответил, только переложил топорик из правой руки в левую, а освободившейся рванул с шеи нож, верёвка лопнула, и он метнул его в говорившего. Нож попал тому точно в глаз и вошёл по самую рукоять.
– Разве я разрешил кому-то открывать рот? – спросил Руди.
Но в этот момент бандиты сбросили замешательство, вызванное непредвиденным развитием ситуации, и бросились на него.
Как он убивал первых, девчонки увидеть успели, но дальше всё происходило как в ускоренной съёмке, и разглядеть подробности было сложно.
Когда бандиты приблизились, Руди вдруг побежал в сторону, потом резко сменил направление, и, упав на колени, рубанул между ног двух оказавшихся поблизости, после чего откатился куда-то в сторону и скрылся из вида, исчезнув между нападавшими.
 
Маша стрелять побоялась, чтобы не попасть в Руди, но Сюз, поскольку была более опытной, стала отстреливать тех, кто оказывался с краю, и в кого она могла прицелиться безошибочно. Но это было не просто, потому что происходил какой-то хаос. Руди мелькал то тут, то там, постоянно исчезал из вида, и уследить за ним было трудно.
Маша опустила пистолет, и как видно зря. Она пропустила момент, когда в её сторону побежал один из нападавших. Сюз в это время тоже смотрела и целилась в другую сторону. Маша начала поднимать оружие, но бандит вдруг споткнулся и упал. У него из затылка торчал всё тот же нож Руди, с оборванной верёвкой.
Понятно было только одно, что стоящих на ногах людей становилось всё меньше и меньше с каждой секундой. Когда нападавших осталось всего несколько, они поняли что проигрывают и бросились наутёк. Руди спокойно пошёл за ними следом. Он бросал топор, тот вонзался в спину убегающему, Руди подходил к нему, вытаскивал топор и бросал в следующего. Топора было два, но дистанция с убегающими постоянно увеличивалась, несмотря на это, даже завершающий бросок по последнему, оставшемуся в живых, и находящемуся уже довольно далеко, всё равно достиг цели. Только вот за топором Руди пришлось идти далеко.
Пока Руди ходил, Сюз села на землю и привалилась к дереву.
– Ты в курсе что происходит? Этот человек не очень похож на туриста, – сказала она.
– Примерно, – сказала Маша и плюхнулась рядом, – но говорить без него не буду, сама спроси, думаю, он и так всё расскажет.
– Что за секреты в нашем коллективе? Маш, учитывая, что я рисковала жизнью, то имею право знать правду, – сказал Сюз, – хотя он нас и спас, но такие тайны мне не нравятся.
– Ты всё узнаешь, давай только его дождёмся, ну пару минут потерпишь ведь? Ладно? – Машка повернулась к Сюз и крепко обняла её за шею, – спасибо! Ты меня не бросила, а ведь шансов у нас не было. Мы же не знали, что Руди появится. Я этого не забуду!
– Да ладно, – смутилась Сюз, – у нас так, вроде, принято, своих мы не бросаем. А у тебя тайны с опасным человеком, – тут же добавила она, – мы держали на лодке бомбу, а ты, получается, знала и молчала!
– Сюз, ну пожалуйста, не мучай меня, не заставляй чувствовать себя виноватой! Я и так себе места не нахожу! Эти грёбанные фертисоны!
– Мария, что это за выражения! – сказал подходящий к ним Руди, – не ожидал от тебя такое услышать… хотя, учитывая всё, что тебе пришлось пережить…
– Руди, – сказала Маша, – у меня только один вопрос…
– Не продолжай! – тут же сказал Руди, – всё в порядке, меня отпустили, никому из ваших друзей я вреда не причинял. Я попросился и меня выпустили. Думаю, что остальные тоже идут где-то сзади по следу. Но у меня не было времени их ждать, нужно было действовать.
– Что вообще происходит? – спросила Сюз.
– Ну, дело в том, что я рассказал о себе не всю правду, – сказал Руди и скромно потупил глаза, причём выглядело это довольно искренне. Но учитывая гору трупов, которую он навалил и то, что он весь с головы до ног был в чужой крови, это было довольно странно. Эдакий скромняга.
– Это понятно! Хотелось бы поподробней, – сказал Сюз.
– Ну, во-первых, Маша, я возвращаю тебе твоё слово, и ты можешь рассказывать обо мне все, что знаешь своим друзьям.
Маша кивнула.
– Во-вторых, – продолжил Руди, – я очнулся в неизвестном месте среди незнакомых мне людей, не мог же я выложить им сразу всю правду? Тем более, что она довольно неприглядная. Пришлось оставить туза в рукаве. Но я нашёл доверенное лицо, и открылся ему, – Руди кивнул на Машку.
– Так значит, я просто доверенное лицо? – спросила Маша, и в голосе послышалась скрываемая обида.
– Конечно, нет, – поспешил сказать Руди, – дело в том, что я сразу понял, что вы нормальные люди, – продолжил он рассказывать Сюз, – я не собирался причинять вам вреда, даже наоборот, я был вашим козырем. Я мог оказаться полезен. Ну, собственно, и оказался.