Тюрьма (СИ)

– Так что же, не стрелять нужно было? – удивился Папаша.
– Да нет, это я так, – сказала Лиана, и они увидели, что стреляет она уже в противоположную сторону, там тоже показалась группа преследователей, – в течении пары минут узнаем, мудрое ли ты принял решение, Папаша.
– Ты о чём? – дернулся Папаша.
– Скоро узнаем… или не узнаем, – ответила Лиана продолжая стрелять каждые три секунды.
Они поняли, что ничего больше от Лианы не добьются и сосредоточились на стрельбе. Бандиты и правда пёрли с двух сторон сплошным потоком, но не бездумно, а поняв что в них стреляют, старались укрываться за камнями и переползать по ложбинкам. Далеко не каждый выстрел достигал цели. А враги были всё ближе и ближе.
– Когда они приблизятся, укроемся в этой расщелине, – Лиана кивнула, – там тупик, но вход узкий, сможем продержаться какое-то время.
Когда ближайшие бандиты были уже в двадцати метрах, Лиана крикнула:
– Отходим, а то сомнут!
Они побежали в расщелину, у входа в которую Игорь остановился и пока Лиана с Папашей занимали позиции для стрельбы, разрядил обоймы своих пистолетов в ближайших преследователей. За это время Папаша и Лиана расположились за валунами в расщелине и приготовили для стрельбы луки. Когда в узком проходе показались преследователи, Папаша кинул туда гранату. Несмотря на небольшую мощность, в ограниченном пространстве жахнуло знатно, так что уши заложило.
– Не похорони нас здесь своими гранатами, – крикнул ему Игорь.
– Поздравляю, ты принял правильное решение, – крикнула Лиана Папаше, – теперь пятьдесят на пятьдесят!
Папаша удивлённо на неё посмотрел, он по-прежнему ничего не понимал. Но в следующую секунду ситуация резко изменилась.
  
Глава 32
 
Когда она углубилась в лес достаточно далеко, то решила, что можно немного отдохнуть. Ресурсы организма были на пределе. За последние дни она очень ослабла и обессилела. Одежда тёрлась об спину, доставляя нестерпимую боль при каждом шаге.
Уже рассвело и птицы проснувшись, начали наполнять лес своим щебетанием. Мина удивилась, что их так много, неужели их ещё всех не съели? Рядом располагается огромный лагерь. Наверное, варвары плохие охотники, поймать или подстрелить птицу не так-то легко.
Мина уловила сквозь щебетанье птиц журчание воды. Где-то рядом был ручей. Она пошла на звук и вскоре его обнаружила. Прислушавшись к окружающему и не уловив ничего подозрительного, она раздалась по пояс и сев на берег облокотилась на руки, повиснув над водой. Осторожно опустилась на локти, и вода стала доставать до израненной спины.
Это было блаженство. Ощущение было слегка болезненным, но всё равно приятным. Мина закрыла глаза. Боль уходила всё дальше и дальше. Она начала впадать в прострацию и подумала, что сейчас заснёт.
К чёрту осторожность, решила Мина, выбралась на берег и полностью раздевшись легла в ледяной ручей целиком, головой вверх по течению на живот. Опустила голову, слегка притопив подбородок, и открыла рот. Стремительный поток стал перехлёстывать через нижнюю губу и затекать внутрь. Напившись, она опустила лицо в воду.
Струи воды огибали её плечи, а некоторые перехлёстывали через них, и казалось, что гладили настрадавшуюся спину. Через несколько минут Мина заметила, что её потряхивает. Она замерзла, и лежание в ледяном ручье уже не доставляло удовольствия. Она села и, как следует, вымылась. Про гигиену последних дней было даже страшно вспоминать. В идеале все, кто видел её в таком состоянии, должны были бы умереть. И она обязательно постарается это им устроить. Но для начала нужно найти надёжное место и немного отлежаться.
Она неохотно оделась, и спина недовольно отреагировала на прикосновение ткани. Но было всё равно немного легче, купание пошло ей на пользу. Нужно было уйти ещё дальше. Если её кинутся искать, то лес могут наводнить полчища варваров, тогда бежать будет поздно. Нужно использовать свою фору, пока она есть.
Выбирая путь, она всё время старалась идти туда, где лес был гуще, и вскоре забралась в непроходимую чащу. Вскоре, двигаться вперёд она могла только на четвереньках, и то, как можно ближе к земле, чтобы ветки не карябали спину.
 
Мина, за всю жизнь впервые оказалась за пределами своей долины, если не считать вылазок на ближние расстояния и такого леса никогда не видела. У них вся территория была изведана и ухожена. Все леса были истоптаны тропами, и они знали чуть ли не все деревья в «лицо». Здесь же была дикая чаща.
Она доползла до заросшей мхом ложбинки между деревьями. Здесь было сухо и мягко. Радом росла семейка грибов. Она их знала. Это были съедобные грибы. Лучше всего их было приготовить, но можно было есть и сырыми. В детстве, бегая по лесам, когда хотелось есть, а домой было идти лень, они часто их жевали.
Мина сорвала самый большой гриб и откусила. Да, тот самый вкус, как в детстве. Она съела почти всю семейку, оставив только малышей, надеясь, что когда она проснётся, они успеют вырасти. Продукты, которые были у неё в сумке, она решила пока сэкономить.
Место казалось недоступным, безопасным и в чём-то сказочным. Перекусив, Мина положила сумку себе под голову и почти сразу отключилась.
***
Схватить Машку сразу, у преследователей не получилось. На какое-то время они даже потеряли её из виду. Она почти от них оторвалась, но опять сказался недостаток опыта. Не умела она достаточно хорошо прятаться и заметать следы. Стараясь убежать, плохо выбирала дорогу и выскочила на открытое место, где её вновь заметили. На этот раз расстояние до преследователей было больше, ей всё же удалось немного увеличить дистанцию.
Раздался свист, потом с другой стороны, потом с противоположной, и она поняла, что её пытаются окружить и загнать, как зверя. После столь сильного рывка, Маша довольно сильно задохнулась, было бы неплохо восстановить немного дыхание, но на это совсем не было времени. Она бросилась к ближайшим деревьям.
Лесок оказался небольшим, и через несколько минут она выскочила на довольно большое поле. На противоположной стороне лес казался уже более густым, но бежать туда было далеко. Впрочем, выбора не было. Что есть сил, Маша бросилась к деревьям, которые сейчас казались просто недостижимыми.
Через некоторое время из леса стали выбегать её преследователи. Она глянула через плечо, и лучше бы она этого не делала. Внутри у неё всё упало. Как же их было много. Она умудрилась нарваться на очень большую банду, которая теперь её видела и ни за что не оставит в покое, даже если она и добежит до вожделенного леса на другой стороне поля. Но лучших вариантов она не видела и бежала, что есть мочи.
Бегущая перед ними девчонка придавала бандитам невероятных сил. Они неслись за ней через поле огромными скачками, и расстояние до Маши стремительно сокращалось. Они успевали ещё свистеть, улюлюкать и кричать что-то, смысл чего Маша старалась не понимать, потому что это не сулило ничего хорошего. Она опять с тоской вспомнила, как её везли в повозке. Насколько же всё в жизни относительно.
В крики преследователей время от времени стали примешиваться удивлённые и возмущённые возгласы. Маша не очень понимала что происходит, но думать об этом времени не было. Пробежав две трети поля, она увидела впереди стоящую между деревьев фигуру. Сначала она решила, что ей показалось, но по мере приближения, она уже видела точно, что там стоит человек и стреляет ей навстречу, и, судя по всему, не в неё.
Ещё немного погодя она узнала Сюз. В это было трудно поверить, но это была действительно она. Значит, всё это время она шла по её следу, и теперь старается помочь. У Машки на глаза навернулись слёзы и сбежали по щекам. Она считала, что это она виновата в произошедшем, и всё из-за этих проклятых фертисонов.
В груди поселилась надежда на спасение, но сможет ли Сюз убить достаточно, пока они не добегут до неё? Иначе им обеим будет несдобровать. А больше никого видно не было. Сюз была одна.