Вик Разрушитель 9 (СИ)

— А почему нет пилотов ППД? — заволновался я, поняв, что меня тревожило с самого начала.
— В Усть-Луге присоединятся, — спокойно ответил цесаревич и по-дружески потрепал меня по плечу. — Не переживай. Я тебя в мясорубку не пущу. Надеюсь, парни и без тебя справятся.
Ага, справятся. Чую, таится в этой истории какая-то закавыка, а то и очень неприятный сюрприз, иначе бы Мстиславские не нуждались в Антимаге. Мои подозрения подтвердил дядя Сергей. Он немного придержал меня, пока цесаревич с офицерами сопровождения заходил в нутро самолёта, и тихо сказал:
  
— Не лезь очертя голову в эту историю. Это работа спецов, а не мальчишек. Мутная ситуация. Надеюсь, викинги нам всё раскроют. Информации пока мало.
— Понял, — кивнул я. — А если ситуация повернётся таким образом, что понадобятся мои умения?
— Я прослежу, чтобы тебя одного в мясорубку не кинули, — откликнулся дядюшка, обстукивая ботинки о железную аппарель, сбивая с подошв налипший снег. Аккуратист.
А я вдруг вспомнил одну вещь и вернулся к топчущимся возле машин Владу и новенькому водителю:
— Езжайте домой. Пока никому ни слова, куда мы направились. Будут надоедать с вопросами, говорите, в полевом лагере находимся, проводим важный эксперимент.
Парни кивнули и полезли в кабины своих машин. А я побежал к самолёту, пока без меня не улетел.
Погрузка закончилась. Вся верхушка силовиков во главе с цесаревичем закрылась в небольшом салоне, примыкающем к кабине пилотов, а все остальные, и я в том числе, расселись на жёстких лавках. Многие сразу же занялись своими делами, чтобы скоротать время в полёте. Кто-то вытащил колоду карт, и там сразу образовалась группа любителей игры в «двадцать одно». У меня с собой были наушники, и я уже предвкушал, что послушаю музыку — в телефоне несколько сотен любимых композиций, в том числе и новенькие хиты от Анжелики. Но прежде подсел к Зосе, которая недвусмысленно прижималась к майору Лещёву (ухмыльнулся про себя, вот оно что!) и спросил, делая удивлённое лицо:
— А где господин воевода? Он, как бы, заинтересован «Корсарам» глаз на жопу натянуть.
Девушка фыркнула и дала мне лёгкий подзатыльник.
— Фу так говорить, а ещё княжич!
— Так княжичу и подзатыльники давать может только батька или император, — тут же нашёлся я, поправляя кепи.
— Воевода уже там, — стрельнув глазами в сторону, прошептала мне на ухо Зося. — Ещё два часа назад улетел вместе с группой сопровождения. К нашему приезду соберёт всю оперативную информацию и доложит Его Высочеству.
— Понял, вопросов больше не имею, — я перешёл на своё место и воткнул наушники.
Самолёт загудел, задрожал и начал разбег. В животе появилось лёгкая пустота — транспортник оторвался от земли и, тяжело молотя воздух лопастями движков устремился в ночное небо.
3
Через час двадцать, потратив некоторое время на облёт снежного фронта, мы сели в Усть-Луге. Сразу же подъехал заправщик, и нам пришлось перейти в здание аэровокзала, сейчас пустующего и оцепленного вооружённой охраной. Цесаревич со своими сопровождающими, в число которых вошли господин Брюс и дядя Сергей, сразу же ушли в другое крыло здания, где их ждал воевода Иртеньев с оперативным докладом. А мы свободно разместились в креслах, дожидаясь отлёта.
— Часа два придётся подождать, — предположил майор Лещёв, так и не отпуская от себя Зосю. Правда, на некоторое время ему пришлось расстаться с ней — сопровождать своего симпатичного подчинённого в дамскую комнату он счёл излишеством.
А меня привлекли трое крепких мужчин в кожаных меховых куртках, направлявшихся к нашему табору.
— Здорово, служивые! — весело проговорил один из них, красуясь щегольской щёточкой усов.
— Здорово, сами кто будете? — откликнулись разом несколько голосов.
— Будем ваши задницы прикрывать, — сказал второй, с греческим профилем.
Самое интересное, они все были красавцами, даже Зося заинтересованно переводила взгляд с одного на другого, словно выбирала достойного. А я уже догадался, кто это такие.
— Пилоты, что ли? — хмыкнул майор Лещёв, которому не понравилось, что его девушка переключилась на этих лощёных аристократов.
— Они самые! — показал ровный ряд зубов первый. — А кто тут Волхв? Нам сказали, что в вашей группе есть наш коллега, пилот экстракласса.
В ответ раздалось сочное мужское ржание. Пилоты слегка смутились.
— Я что-то не то сказал? — вздёрнул бровь говоривший.
— Не обращайте внимания, господин пилот, — я поднялся с кресла и подошёл к троице. — Скучно людям, вот и веселятся. Разрешите представиться: вольный кадет группы «Арбалет», пилот УПД Волховский, позывной — Волхв.
— Ну и шуточки у наших командиров, — хмыкнул третий, с загорелым лицом, как будто только что вернулся с жарких пляжей Средиземноморья. Сам таким был по приезду из Венеции. — Господа, а как согласуется пилот экстракласса со студентом, освоившим УПД?
— Совершенно не согласуется, — кивнул первый. — Наставничество не предусмотрено в контракте. Может, этого мальчика хотят в качестве наживки использовать? Тогда всё понятно: свежее мяско акулы любят.
В зале наступила нехорошая тишина. Пилотов, конечно, в Империи любили, и прощали им некоторый снобизм, который они периодически проявляли. Это же элита, гвардия, современные гусары! Но сейчас, когда меня только что публично попытались макнуть в грязь, вся группа встопорщилась. Просто так детишек в группу по нейтрализации террористов не берут, это надо было понять пилотам. Мои спутники обиделись за такую «подставу».
— За плечами этого мальчика несколько боевых операций, господа гвардейцы, — прозвучал звонкий голос Зоси. — Вы даже не представляете его потенциал. Как бы не пришлось Волхву ваши задницы спасать. А вот я бы на его месте этого не сделала после таких слов.
— Господа, мы вовсе не хотели обидеть юного коллегу, — сбавил обороты щегольский усач. — Разрешите представиться. Майор Веретенников, позывной «Арбуз», старший группы пилотов ППД, приданных вашей спецкоманде для усиления.
— Капитан Вышегородский, позывной «Гусь», — энергично кивнул тот, что с греческим профилем.
— Капитан Охримчук, позывной «Вареник», — сказал смуглолицый.
Никто не засмеялся. Странных, а то и забавных позывных в армии хватало. Их обладатели, скорее, гордились ими, даже козыряли в каждом удобном случае. Зато подобная практика была полезна при общении в радиоэфире.
— Кадет, вы не против? — майор показал на дальний ряд пустовавших сидений, и мы отошли туда вчетвером. — Я бы хотел выяснить степень вашего участия в операции.
— Я сам ничего ещё толком не знаю, — пожимаю плечами. — Возможно, буду прикрывать вас при атаке, но это в крайнем случае.
— Так понимаю, ППД вам неизвестен? — вежливо спросил Охримчук.
— Нет. Но мой «скелет» может нести два пулемёта «Браунинг». Мои инженеры придумали, как их крепить на руки, — похвалился я.
— Чья модель? — поинтересовался майор.
— Собственной разработки, — я достал телефон из кармана, нашёл снимок «Бастиона» и продемонстрировал его будущим напарникам.
— А откуда у тебя «Арморекс»? — проявил знания иностранной техники Охримчук.
— Это не «Арморекс», а мой личный бронекостюм, построенный раньше американского, кстати. Линейные двигатели, которые мне удалось заполучить, позволили получить именно такой экстерьер, — пояснил я.
— Линейные движки? — капитан Охримчук переглянулся с товарищами. — А как они оказались у тебя?
— Вопрос неправильный, дружище, — усмехнулся Веретенников. — Нужно было спрашивать, кем является на самом деле наш кадет. Просто так, на коленке, создал бронекостюм с линейными движками, которые в России днём с огнём не отыщешь… Кто вы, юноша?
  
— Не имею права разглашать военную тайну, — улыбнулся я.
— Волховских я не знаю, — покачал головой Вышегородский.
— Отставить, господа офицеры, — решительно проговорил майор, покручивая кончик уса. — У нас не дружеская попойка, чтобы узнавать друг о друге самое сокровенное. Нам предстоит опасное предприятие.