Вик Разрушитель 9 (СИ)

— У Арабеллы тоже есть тайник, и там лежит накопитель, — успокоил его Трэйси. — Но у меня плохое предчувствие.
— Думаешь, в её доме уже побывали люди Меллонов? — догадался Лёха, заталкивая пистолет под ремень за спиной.
— Вероятно, так и есть. Но нам всё равно нужно ехать туда.
— У тебя есть ключ?
— Да. Мисс Стингрей отдала его мне, — Дик похлопал по карману пиджака. — Ну что, едем?
  
— Подождём ещё немного, — Макс подошёл к окну, закрытому плотными однотонными шторами, аккуратно — одним пальцем — отодвинул на сантиметр и посмотрел на улицу. — Людей ещё навалом на улице.
— До Арабеллы ехать минут двадцать, — напомнил Дик. — Она живёт на другом конце города. Можно подождать в машине. Что-то меня потряхивает… Как бы не опоздать.
— Едем, — решительно поднялся на ноги Лёха. — Чего рассусоливать?
* * *
Как объяснил зевающим от долгого сидения в машине русским парням Дик, в этом городском районе, где они сейчас находились, очень много подобных домов. Они так и называются: «здание на подиуме», или «пять плюс один». Пятиэтажка, напротив которой Трэйси припарковал тачку, состояла из пяти обшитых сайдингом деревянных каркасных этажей над бетонным подиумом, в котором находились бытовые помещения вроде прачечной и мелких магазинчиков. Все они уже были закрыты металлическими рольставнями, а вот в окнах прачечной то и дело мелькали фигуры людей.
— Я считал, что госпожа Стингрей живёт в каком-то фешенебельном районе в стеклянно-бетонной высотке из ста этажей, — первое, что сказал Лёха, когда они подъехали к этому дому.
— Арабелла — очень скромная девушка, — даже обиделся на такое замечание Дик. — Все свои средства она вкладывает в развитие «Мехтроникса», на особняки и дворцы у неё нет желания даже смотреть, не то что жить в них. Она могла бы и в автотрейлере поселиться, главное, чтобы душ присутствовал.
Трэйси сразу вспомнил, какое лицо было у Арабеллы, смотревшей на огромную квартиру в высотном доме — подарок Мамоновых и Мстиславских её шокировал и потряс до такой степени, что она после экскурсии целый вечер молчала, погрузившись в себя. А потом вскочила и лихорадочно записала в блокнот, что нужно купить в своё «уютное гнёздышко». Кажется, она всё для себя решила. А Дик слишком любил Арабеллу, чтобы оставить её одну в далёкой и непонятной России.
— Какой подъезд и этаж? — спросил Макс, нетерпеливо пошевелившись.
— Второй, и этаж третий, — американец показал пальцем на ряд тёмных окон.
— Мне вон та чёрная тачка не нравится, — кивнул Лёха на «Понтиак», стоявший в нескольких метрах от них. — Когда мы подъехали, она уже здесь была. И до сих пор стоит. В ней трое. Рожи мне их сразу не понравились.
— Из неё никто не выходил, — подтвердил напарник.
Дик нервно простучал пальцами по рулю. Если за квартирой Арабеллы следят, то это могут быть агенты полиции. Им особо технологические тайны «Мехтроникса» не нужны, а вот поймать тех, кто за ними придёт в дом руководителя — самое милое дело. Но если это люди Меллонов или тех же Фицджеральдов, а то и Морганов — тогда очень хреново. Не дадут они вывезти документы. Этими сомнениями мужчина поделился с русскими спутниками.
— Да, проблема огромная, — согласился Макс, слегка сползший с кресла, чтобы его фигура оказалась «смазанной» для тех, кто в «Понтиаке». — Тогда действовать будем по плану «Б».
— И в чём он состоит? — с язвинкой спросил Дик.
— Если местные аристократические кланы или власть перекроют границы, чтобы поймать нас и изъять вывозимую документацию, то надо ехать в Сан-Франциско, — пояснил Макс. — Там есть русское консульство. Нужно спросить князя Ружинского Игоря Васильевича и назвать кодовое слово «Енисей». Запомните все.
Дик повторил про себя имя и фамилию несколько раз подряд, как и кодовое слово. Всё это напоминало дешёвый шпионский фильм, но, к сожалению, было действительностью.
— Опаньки! — весело воскликнул Лёха, прижав нос к стеклу. — А кто это ещё пожаловал?
К нужному для них дому лихо подкатил минивэн, из которого тут же выскочили четверо крепких мужчин в куртках и уверенно направились к подъезду, на который указывал Дик.
— Дайте угадаю: в гости к мисс Стингрей, — усмехнулся Макс. — Ничего себе, движуха пошла.
— Всё пропало, — тихо запаниковал Трэйси.
— Не ссы, Америка, — хохотнул Лёха. — Смотрите, а эти, из «Понтиака», тоже возбудились!
В самом деле, из знакомой им тачки вышел низкорослый крепыш с лысой головой, внимательно посмотрел на нежданных гостей, вытащил из пачки сигарету, прикурил. Привалившись к дверце, он позвонил по мобильному телефону, после чего ещё две-три минуты внимательно глядел на окна дома, как будто хотел что-то выяснить для себя, а потом нырнул в салон.
— Едем отсюда, — приказал Макс. — Только спокойно, не рви с места. Сейчас будет очень жарко. Это из ФБР или Нацбезопасности ребята, точно. Пасут всех, кто проявляет интерес к квартире госпожи Стингрей.
Дик взял себя в руки, завёл двигатель и медленно отъехал от тротуара. Когда он уже был на перекрёстке, навстречу попались два внедорожника и микроавтобус. Небольшой кортеж мчался сюда явно по вызову тех парней из «Понтиака». К облегчению инженера, их не остановили. Свернув направо, он прибавил скорость. Дом Арабеллы остался по правую сторону.
— Дик, а где лежит накопитель? Не с документами?
— Нет. В тайничке.
— Придётся с бумагами расстаться, — Макс задумался. — Надеюсь, вы все карты распределили так, чтобы нельзя было воссоздать технологическую цепочку, попади часть их в чужие руки?
— Верно, — кивнул Трэйси, стараясь уехать подальше. — Но я бы не обольщался. Умных людей в Америке хватает. Сообразят как восстановить весь процесс. Да, он займёт какое-то время, но в итоге конкуренты поймут, как создавать синто-волокна. Только я не знаю, кто первым доберётся до карт.
— Уже неважно, — Макс принял нормальное положение, и теперь едва не упирался головой в потолок. Он был высоким мужчиной и чувствовал себя в арендованной машине не очень уютно. — Нам нужно найти накопитель и передать его князю Ружинскому, а в Россию лететь с пустыми руками. Видите, какая суета пошла.
— Это из-за статьи какого-то Адамчика, — вдруг признался Дик. — Мне несколько дней назад позвонил приятель и рассказал, что несколько газет и журналов перепечатали из русской прессы расследование одного журналиста, в котором всплыла фамилия мисс Стингрей. То, что она находится в России, вызвало шок. Но ещё большая волна возмущения пошла от её желания подписать договор с императорским кланом. Арабеллу сразу сочли предательницей интересов САСШ.
— Ясно, почему все вдруг возбудились, — обронил Лёха, внимательно слушавший сбивчивую речь Дика. — Приедем домой, я этого козла Адамчика найду и лично ему скормлю весь тираж газеты, в которой напечатали его статью.
— А что будешь делать с электронной версией? — хохотнул Макс.
— Придумаю что-нибудь, — ухмыльнулся в ответ Лёха. — Забью пару накопителей в задницу. — Америка, останови тачку возле вон той кафешки. Посидим, пару гамбургеров заточим, а потом вернёмся.
— Что? — Дик едва не выпустил руль из рук. — Вернёмся?
— Ты думал, мы сдрейфили? Нет, у нас чёткий приказ: доставить документацию в Россию. Вот мы и будем его выполнять. А ты нам поможешь.
— Сумасшедшие русские, — пробормотал Трэйси, а в ответ раздался задорный смех.
2
Последние три дня в Сокольниках было шумно. Следователи из разных ведомство приезжали то к Рябковым, то ко мне. Со мной постоянно находился Илюша Брагин, как законный представитель несовершеннолетнего княжича. Дядя Сергей тоже прислал своего адвоката — унылого, лысеющего пятидесятилетнего мужчину, но такого зубастого, что Илья с восторгом смотрел ему в рот. Все атаки Лучок Родионович (да-да, вот такое забавное у матёрого юриста имечко было) отбивал с лёгкостью опытного фехтовальщика.
  
Наконец, всё закончилось. Купец Рябков послушался моего совета и приставил к дочерям и жене нанятых охранников. Его договор Голицыны перекупили и сразу же составили новый, с щадящими условиями, но одно из них выставили как обязательное. В общем, Арина Голицына стала совладельцем фабрики. Девушку подобный финт не сильно обрадовал, однако я её успокоил и высказал мнение, что князь Василий Ефимович таким образом хочет увеличить «общественный» вес дочери.