Конец света для одной души (СИ)
Вот так!
Наконец-то своевременный прагматик принялся испаряться из романтика, выделил важность сложившейся обстановки и начал существовать самостоятельно, сделав упор на реализм происходящего.
Дак что же предпочесть?
Мои свободная туника и удобные сандалии с высокой шнуровкой-любо. Быть сему. Мы, все вместе, пируем на полу. Кто стоит, кто сидит, кто полеживает на сервировочном шведском столе с разными яствами. Отведывай и уплетай то, что на тебя смотрит. Чашничает один Федор, шустро перебегая от одной плошки к другой. Вау! Сколько здесь всего гастрономического! Крысенку все съестно и если бы не я, сдерживающий фактор переедания и булимии, он бы так и не успокоился. Трескай, но не переусердствуй!
Животный, маленький народец своебытной расы-единственная группа поддержки, моя постоянная мотивация, которая задает нужное направление и побуждает к действиям. Такие интернационально-разные и плохо уживчивые. Они, мой буек посреди безлюдного океана, запасной кислородный баллон для задыхающегося аквалангиста, живой четырёхглавый тотем, которые до сих пор удерживают меня на плаву, не дают отклониться от курса, разбиться о скалы и погрузиться в пучину.
Искренне признательна разношерстным друзьям без остатка!
Живу в бордовом мире почти год и кто знает, возможно следующий юбилейный тридцатник мне не доведётся увековечивать. Занимаюсь на тренажерах уже в полную силу. Колочу каждый день тяжёлую грушу и согласного на всё, непрекословного Веньку. Готовлюсь к выходу в "свет". Для меня сейчас в приоритете физическая подготовка. Не предполагаю, что ждет меня в районах с многоэтажками, кого там увижу. Учусь стрелять из ружья, другого оружия в двух домах не обнаружила. И, вообще, не уверена, смогу ли когда-нибудь воспользоваться данной практикой. Таких навыков мастерства и сноровки, как точность, мощность, скорость, я не набралась. Мой произвольный и бесконтрольный стиль упражнений желает быть лучше. В тире стоит большой сейф, только он закрыт, кодовый замок не поддается. Комнату Ляли осмотрела, перебрала все её папки с бумагами, комбинацию цифр подобрать не получается. Женя-Ляля основательно бдит и стережет своё уничтожающее всесокрушение.
Дорога совсем очистилась от снега и отмыта талыми водами. Я подготовилась к поездке, беру с собой только собаку. Остальных решила оставить дома. Выехали, Том невозмутим, а я слегка нервничаю. Всё-таки первое, после зимы, посещение заброшенной цивилизации. Двигалась медленно, соблюдая все предосторожности, ещё мокро и скользко. Смотрю внимательно, но ничего подозрительного. На дороге я одна. Перед въездом в город остановилась, вышла из машины, вывела Тома. Он всегда на страже, по его поведению можно определить какие-либо изменения. У пса отличный слух, зрение и обостренный инстинкт. Мой высокочувствительный сенсор обнаруживает и распознает все отклонения на большом расстоянии. Иногда кажется, что он видит через стены. Круче: он целиком вникает в мир, расслаивая и соизмеряя пространство.
Сейчас четвероногий эхолокатор спокоен и нам можно продолжать путь.
Город пуст, не разрушен, такой же, каким оставила его осенью. Уличные застройки некому засаривать и загаживать. Собак мало и трупов животных нет. Алчущие пищи давно ими позавтракали и докушали на ужин, утолив неуемный голод. Посторонних и необычных звуков не слышно. Зашла домой к маме, там без изменений. Поездка для меня нерадостная.
А чего нового надеялась здесь увидеть?
Одно успокоило, отсутствует опасность.
Я обитаю на левом берегу. Район правого знаю плохо и обследован он мною пока не тщательно. Реку с прилегающий территорией тоже особо не осматривала. Времени было в обрез. В целом, что левый берег, что правый визуально идиллически одинаковы. Только вода прилично поднялась и подтопила некоторые участки суши. Мне кажется, она и сейчас прибывает. Если так будет продолжаться дальше, не избежать крупного наводнения. Всегда прозрачная жидкость сегодня с цветными примесями, бензиновыми разводами, плавают ветки, доски разной длины, бревна и древесные отходы. Где-то основательно разворотило и полностью снесло лесозаготовительное хозяйство или строительную базу. В любом случае, до моего дворца паводку не доплыть при любой крейсерской скорости.
Здесь, на правом, за городом, тоже много дачных поселков. Есть на что обратить своё жилищное внимание. Осмотрела пока вскользь и решила вернуться сюда завтра, пошнырять в поисках полезного. Направляясь к машине, Том остановился, молча скалит зубы, шерсть поднялась. Что-то учуял. Он не тянет меня вглубь леса, но развернулся именно в высокоствольное направление. Вот так всегда, тормознется, зависнет и вещает всем своим видом:
— Пойдем? Нет? Не слепое ведь следование. Буквально подсказал и носом ткнул. Решение принимай. Поди любопытно.
Не пристало отказываться от предложения. Конечно попрусь и выясню, что могло его так заинтересовать.
Твою ж…!!!
Всего в десяти шагах от дороги лежит мужчина без движения. Ближе приближаться не стала. Кровь отлила от головы, в ушах зазвенело, перед глазами замельтешили светящиеся точки с чёрточками. Я присела на поваленное дерево, начала щипать себя за похолодевшие руки и растирать щёки, чтобы в обморок не свалиться. Вырубон обошел необстрелянный организм стороной, только аритмия выстукивала барабанную дробь. Привыкай, штабист! Тома за поводок притянула, так и просидели молча несколько минут. Немного пришла в себя и уже могу выдержано прикинуть, чем обернется и закончится для меня жуткое обнаружение.
Труп?
Подошла к нему. Мертвее не бывает.
На жилистой шее затянута джутовая веревка, лицо спокойное, расслабленное, с довольной, сияющей улыбкой на полных губах, глаза со смешливыми морщинками закрыты. Руки лежат вдоль тела, чистые ладони разжаты. Он совсем не сопротивлялся.
Вы нормальный, дядя? Послушно и согласительно дали себя убить. При этом еще оптимистично и ослепительно радовались. Чему, секретный весельчак?
Огляделась вокруг. Тихо и Том не ветреничает. Он отличник своего вбираемого обоняния и бдительности. Редкий умелец, на него можно положиться. Мужчине на вид около пятидесяти лет, может чуть больше, выше среднего роста, тяжеловесный, гладко выбрит, волосы длинные и собраны в жидкую косичку. От него пахнет табаком и одеколоном с нотками грейпфрута. Одет по сезону: куртка с капюшоном и тремя карманами, теплые брюки, ботинки. Одежда и обувь новые, не изношенные. Если бы они были истрепанные и затрапезные, вот где было бы моё нескончаемое удивление.
Труп неразложившийся, свежего года выпуска, если можно так назвать. Сколько часов, дней или недель прошло со времени смерти незнакомца и как долго могут храниться в данном мире убойно-мрачные находки? Догадок не имею. Здесь многое иначе. Осмотр тела я произвела подобно квалифицированному судмедэксперту на месте преступления, который участвует в следственных действиях, только без помощи выездной группы. Состояние мое улучшилось. Обозревала уже выдержано и ровно с неуместно-вахлацкими мыслями: чего-то не хватает, чего-то не хватает.
Ну конечно! Оградительной, сигнальной ленты в бело-красную полосочку!
Насмотрелась фильмов!
Я себя совсем не узнаю. Во всём! Совершенно! Ни в какой мере!
Меня не покоробило, даже когда я ощупывала и выворачивала его карманы. В одном были, старинная, коллекционная зажигалка, вероятно латунная, маленькая отвертка в чехле и небольшой фонарик. В остальных, сухие хлебные крошки. Жидковато!
Каких-то явных признаков присутствия других, рядом не нашла, только след волочения умершего по направлению к дороге. Тянули вероятно за веревку. Да я, особо и не искала. Асфальт мокрый, очищенный, если что-то и было, то до таяния снега.
Всё, что могла для новопреставленного сделать-снять плотную удавку, перекатить его в небольшую впадину, набросать сверху ветки, листву и придавить все камнями, которые насобирала около дороги. Когда перемещала тело, куртка с рубашкой задрались. Его грудь, это один сплошной, жуткий, багровый кровоподтек. Постарались на славу. У мужчины была веская причина щедро поулыбаться и благодарно поликовать своей затейной участи.