Конец света для одной души (СИ)
Композиторского и стихотворного самопризнания мне показалось слишком мало. Кутить, так кутить. В два железных, мусорных бака с ненужной всячиной прыснула парафиновый розжиг и чиркнув спичкой запалила хламье с отходами. Огонь взметнувшись ввысь, сорганизовал дизайнерские факелы.
Супер!
Я красуня!
Что ещё?
Придумала себе аккомпанемент: разрисованные маракасы, позаимствованные у Екатерины. Десятиминутное ча-ча-ча и сальса под незвучные трещотки-шибко скучненькое латинос. Нет, надо не вегетарианское, требуется что-то плотоядное, что-то пещерно-языческое. Лучше потамбуринить чем-нибудь. Сначала колотила железякой в крышку пластмассового ведра, как в бубен, потом добралась до оцинкованной и сопровождала увеселительное скоморошество дикими плясками и нечленораздельным гиканьем. Ну вот, другое дело.
То, что требовалось!
Грохот стоял неимоверный. Так я изображала неандертальского шамана. Чего только не делала. Вовсю бушевала и хулиганила, сотрясала воздух, нарушая общественный порядок.
Том сначала зычно подвывал за дверью, потом замолчал и переместился в эркер, к окну. Я забрасывала его снежками, только он не обращал на меня никакого внимания. Его не интересовали мои забавы и дурачество. Он смотрел поверх моей головы, чуть в сторону. Я оглянулась, осмотрелась, ничего не заметила и не предав значение псовой чуйки, продолжала сумасбродство. Затем упала в сугроб и глядя ввысь возобновила с новой силой молотильный хит-парад. Чарт самых-самых ещё в стадии личинки, жизнерадостная стрекозка появится не скоро.
Мой сольный, безостановочный галоп популярных дискотечных шлягеров и полуоперных ариозо перешел на трусцу, а затем на медленную поступь, когда услышала посторонние шумы, напоминающие шелест и шуршание.
Ш-ш-ш-ш-ш…
Это ещё что?
Ш-ш-ш-ш-ш…
Я, наконец, окончательно заткнула кляпом из варежки свой поющий раструб патефона. Вслед за шипением, сначала последовало объёмное стрекотание большого сверчка, после чего механический скрежет, потом горловой клёкот неведомой птицы. Я по-прежнему лежала, слушая со всех сторон прерывистые крики и постепенно покрывалась от головы до ног холодным потом и студеными мурашами.
Нотный хаос и какофония сместились октавой ниже, и уже раскатистый рык, плавно переходящий в протяжный низкочастотный, утробный рёв, сковали меня в большую сосульку и начали выпиливали из неё ледяное изваяние, впавшее в столбняк. Впечатляющее, ошеломляющее акустическое сочетание и нагромождение. Парализующая полифония, адская фуга с главной её темой-запугать. Я приподнялась и сидела в самом эпицентре жуткого ультра долби. Мне казалось, что небеса резонировали и фонили. Они продолжали подхватывать отзвуки, подыгрывать и разносить зловещее эхо сатанинской капеллы. Аффекта нагнали удачно, хмель враз выветрился.
Моментально вскочила, забыв про буйное попурри и забежала в дом. Вмиг присмирела, сердце ухнуло вниз, у меня даже губы перекосило от страха. Такой мешанины аккордов еще не слышала, и это было что-то невообразимо демоническое. Том соскочил с подоконника. Алиска куда-то убежала, спряталась и не высовывается. Ворона в клетке горизонтально вытянула шею и расправив крылья во всю длину, срезалась в непонятной, запутанно-изломленной конфигурации.
Ты где подсмотрела позицию Суптра Курмасана? До сложной йоги у меня тело пока не дошло, освоила исключительно лишь позу "Шавасана".
Только Федор спокойно зевал и потягивался от пробуждения. Чего кипишуем? Вставать пора? Непробиваемый любимчик!
Я выключила везде свет, долго бегала от окна к окну. Ничего подозрительного не рассмотрела и в дальнейшем всё было тихо-мирно. Старалась не думать об источнике панического звука и о природе его происхождения, натурально-естественного или рукотворного, иначе вообще из дома больше не выйду.
Наше жилище-наш оберег. До меня никогда не доносились скрип внезапно и самопроизвольно-открываемых дверей с обрывками чьего-то бормотания и шушуканья. Не докатывались хихиканье, кряхтение, бряцание и перестукивание полтергейста в пустых помещениях. Никогда я не озиралась, не всматривалась в зеркала в поисках присутствия неуловимых невидимок, сквозистых призраков и другого киношно-мультяшного. Не вопрошала в беспредметность:
— Кто тут? Здесь есть кто-нибудь?
Сторонних людских и звериных следов в своем уезде и за околицей не подмечала, под лазерным прицелом не стояла. Ко мне никто не заглядывал в окна, никакие гоблинские рожи и гарпии с йети. Никакая хэллоуинская страхолюдина и невидальщина не нарушала уединенность.
В нашем доме всегда был спокой, который не давал мне повода подскакивать посреди ночи от шороха, жаться по стеночкам и бросаться стремглав наутёк.
Наш дом для нас-сосредоточение плодородных земель для бедуинов, спасательная шлюпка после девятого вала.
Наш дом, это наш апотропейный ковчег.
Том, опустив голову, остаток ночи простоял около входной двери. Неутомимый и выносливый гвардеец! Чего не скажешь обо мне. Я пристроилась рядом с ним, умостившись на маленькой, неудобной банкетке и оттаивала в толстом стёганном пледе с бахромой от арктического окоченения. Голос у меня долго гундосил, надорвала связки, но до гланд ангина не добациллила.
Вот тебе и ночное, мажорное тру-ля-ля.
Допелась, допрыгалась, повеселилась на славу, позволила себе расслабиться.
Конечно, полезно всё дурное выплеснуть из себя, мощный выход негатива. Но делать разгромный выброс лучше на трезвую голову, в другом месте и, вообще, в другой жизни. Здешняя флора и фауна не выносит пронзительной дисгармонии, не выносит грубого вторжения в своё молчаливое общество. Я опять пренебрегла сетевым этикетом и правилами поведения, установленными до меня. А ведь уже уведомляли. Это второе предупреждение. Учту на будущее до тонкостей и мелочей.
Вероятно, ничего страшного не произошло. Возможно меня хотели просто поддержать и влиться в веселье, примазаться своей коалицией и тамадой с громогласным мегафоном к новогодней вакханалии.
В это можно поверить?
Пожалуй.
Верю!
После третьей попытки захода на посадку.
Глава 16: Весенний покос
Сезонное расписание не изменилось. Вот и весна. Правда, пришла она намного раньше, чем обычно. Всё давно стремительно растаяло и сейчас проворные ручейки заканчивают водное существование. Нынче у меня день рождения. Не круглая дата, но всё же празднество. Никогда не любила именитые торжества. И во время банкетных гулянок и после них, совершенно никакой радости, только одна усталость и растрепанность чувств от ежегодного наращивания возраста. Однако сегодня, с большим удовольствием отмечаю церемонию моего чествования своей небольшой, разнокалиберной компанией.
Гульнем, зверята? Смешаем девичник с мальчишником? Угощаю!
Что выбрать из вечернего наряда для парадного раута?
У Катюши и Жени модный гардероб. Здесь гламурные мини и макси.
Может длинное платье на бретелях с принтом и оборками?
Либо вот, два, очень интересных: облегающее со шлейфом и открытой спиной и короткое с пайетками?
Или абрикосовое, из органзы, с декольте? Глубокий вырез, в котором должно быть что-то вызывающе-пышное. Представила на себе. Не айс! Неикуруто! Мечта поэтического художника слоняется без соблазнительной Музы и питается одними подачками, исключая прибыльную доходность.
Да ну их! Фасонисто и неудобно для нашего домашнего общепита.
В основном, я шопинговала и отоваривалась в бутиках с названием "военторг", "охотник-рыболов", "спорт", "товары для кемпинга" и "турист-натуралист". Такая у меня сейчас перепрофилировка. Улично-походный унисекс. Ридикюль тоже претерпел конфигурацию. В сумочке теперь находятся шило, кусачки, пассатижи и прочий слесарный инструмент. Да и в косметичке больше нет туши для ресниц, помад с румянами и контурной подводки. Хранительница чародейных средств для бьюти-оформления обрела новую деловую весомость: связку замечательных отмычек, которые я усмотрела на письменном столе в одной из проинспектированных квартир. Открыв ими шесть простых замков, считаю криминально-воровскую находку самой удачной.