Ты доиграешься, босс! (СИ)

— Просто кто-то вместо учебы кутил, когда кто-то умудрялся совмещать все и сразу. 
— Чёрт, ты прав. Если бы не ты, я бы наверное сторчался. Но, как бы то ни было, я всё равно жду от тебя отчёт о той лже-девственнице. 
— Замётано, Тео. До связи. 
Я и без напутствий друга уже планировал спуститься в её номер, но его подтрунивания только больше подогрели интерес. 
Стоя у прикроватной тумбы, я намереваюсь достать из пачки парочку презервативов, как вдруг раздается стук в дверь. 
Так и держа в руках упаковку с резинками, я распахиваю дверь незваному гостю. 
Дьявол стоит на пороге моего номера уже с высушенными волосами, но всё ещё в моём халате. 
— Ты? — в удивлении не знаю, что и сказать. 
— К марафону готовишься? — кивает она на контрацептивы. 
— Нет... Да я это... просто... подсчёт вёл! — говорю первое, что приходит в голову, параллельно понимая, как глупо это могло прозвучать. 
Мне приходится сделать над собой огромное усилие, чтобы выкинуть презервативы в сторону и прочистить горло от образовавшегося кома. 
— Что привело тебя? Ты что-то забыла? 
Она едва заметно кивает. 
— И что же? 
Дьявол резким движением пихает меня в грудь и столь же резко закрывает за собой дверь. 
Находясь в некотором недоумении, я открываю и закрываю рот. У меня будто бы иссяк весь словарный запас. 
Между тем она подходит ко мне вплотную, проводит своей прохладной ладонью по моему торсу вниз и весьма сексуально прикусывает нижнюю губу. 
В моих штанах тотчас образовывается колоссальное напряжение. Тесно становится. 
— Я пришла вернуть тебе это, — шепчет она и медленно скидывает халат на пол, оставаясь абсолютно голой. 
Проклятье! 
Ничего совершеннее я никогда ещё не видел. 
Дыхание моё перехватывает. Адреналин разжижает кровь. Все животные инстинкты вмиг просыпаются. Первобытные. 
Кажется, если я не воспользуюсь этим счастливым случаем, то в будущем горько пожалею. 
Боюсь, я и вовсе стану импотентом, если не возьму её прямо здесь и сейчас. 
Что-то мне подсказывает, больше никогда мне не посчастливится отыскать тело совершенней, чем то, что я наблюдаю перед собой. 
Эти изящные изгибы, аккуратная грудь, вздымающаяся всё чаще и чаще от моего изучающего взгляда. 
На теле её нет ни единого волоска, даже на самом сладком месте. Всё удалено подчистую. 
— Тебе нравится? — волнительно ей. 
Глаза её заволакивает густая темнота. 
— Да. Мне нравится. Безумно нравится. 
Пальцами прикасаюсь к груди, отчего ее тело покрывается гусиной кожей. Дьявол запрокидывает назад голову и смыкает свои веки, налившиеся тяжестью. 
Член уже готов. Он буквально умоляет меня освободить его. Чем дольше я смотрю на девушку... Чем дольше прикасаюсь к нежной коже, тем сильнее я борюсь со своими собственными мыслями. С примитивными желаниями. 
— Я хочу, чтобы это был ты, — застенчиво просит. Она склоняет голову набок, когда я в нетерпении касаюсь губами пульсирующей венки на ее шее. — Ты не знаешь меня, я не знаю тебя. По-моему, это отличный вариант. 
— Отличный вариант для чего? — обхватывая её лицо ладонью, рвано произношу на ухо. 
Нежная кожа. Сладкий привкус. Ее сбивчивое дыхание. И ускоренный пульс. 
Я не хочу спешить. Мне нужно хотя бы пару минут, чтобы всласть насладиться её одуряющим ароматом. Неповторимым вкусом. 
— Отличный вариант для секса на одну ночь, — выдыхает порывисто. 
Ее плоский животик содрогается, сердце за ребрами колотится, заставляя грудь буквально вибрировать. 
— Ты хочешь, чтобы я стал у тебя первым? Ты же была против этого каких-то полчаса назад. Что заставило тебя передумать? 
— Я подумала, что ты подходишь для такой роли. 
— Вот так, значит? Я прошел кастинг? Что ж я польщён. И как ты хочешь, чтобы это произошло? — шепчу, находясь в сантиметре от её губ. 
Она открывает свои заволоченные туманом глаза, дико смотрит на мои губы и облизывает свои. 
— Я не знаю. Придумай сам. 
— Ты правда невинна? 
— Тебя это останавливает? — наблюдаю в ее глазах еще и страх. 
 
Именно тот страх, которого я так не хотел видеть в них. 
— Нет, почему же? Просто дай мне односложный ответ. 
— Да, у меня еще никогда не было мужчины, — её щеки вмиг покрываются румянцем. 
Просто песня, мать вашу! 
— Но ты же когда-нибудь удовлетворяла себя? 
Мой вопрос застаёт девушку врасплох. Её и без того огромные глаза округляются еще больше, а кожа на лице вспыхивает неконтролируемым огнем и покрывается испариной. 
— Да, — признается она, пряча робкую улыбку. 
— Не стыдись этого. Не нужно. 
С этими словами я подобно дикому зверю вгрызаюсь в ее губы. Столь сладкие и... неумелые... 
Ч-е-е-ерт... 
Планку срывает! 
Всё, о чём я могу думать, так это о том, что просто не имею права пасовать. 
Я должен оказаться в ней. И чем скорее, тем лучше. 
Я не могу упустить такого шанса и не стать первооткрывателем. Гордиться особо нечем, но для меня это, своего рода, галочка напротив пункта: «двадцатитрехлетняя самая сексуальная в мире девственница», которого не было ещё вчера. 
Дурею. Лютую внутри и безумствую. 
Мои жадные губы на ее шее. На изящных ключицах. На упругой груди. 
Поцелуи дикие. Голодные. Требовательные и молящие, и она с таким же желанием отвечает на каждый из них. 
Сатана! 
Тем не менее руки ее безвольно болтаются вдоль тела. Она боится дотронуться ими до меня, как будто я шарахну ее разрядом тока, если она прикоснется ко мне хотя бы раз. 
Я беру на себя смелость, и прикладываю ее правую руку к своему паху, к ширинке. Девушка одергивает ладонь, словно дотронулась до языков пламени, а не до эрекции. 
Похоже, мне еще придётся повозиться с ней. 
Вот поэтому! 
Поэтому я не желал иметь ничего общего с неопытными. 
Потому что не смогу в полной мере сосредоточиться на сексе. Вместо того, чтобы наслаждаться самим процессом, мне придётся деликатничать. 
Смирившись со своей участью, я подхватываю девушку на руки. Не сводя с неё глаз, аккуратно кладу на постель. Точно бомбу тикающую. 
— Мы не будем заниматься тем сексом, о котором ты просишь, — поясняю я, устраиваясь рядом с ней, и в качестве доказательств устремляю ладонь вдоль ее содрогающегося живота. Все ниже и ниже. 
— Что же мы тогда будем делать? — тревожно наблюдает за траекторией движений руки. 
Я прокладываю путь к неискушённому местечку, в то время как она уже всё поняла сама. 
Дьявол прикрывает глаза, поджимает пальцы на ногах и крепко цепляется руками за простыни. 
— Я не могу быть первым. Я этого недостоин, — с сожалением произношу горькую правду, мысленно осуждая себя за свое ебучее благородство. — Но я также не могу оставить тебя неудовлетворённой. 
Дьявола не устраивает подобный сценарий. Она вдруг хватает меня за волосы у корней и с остервенением набрасывается на мои губы. Кусает их. Рвет зубами. Умоляет о большем, пробуждая во мне безрассудного зверя. 
Мне нужно, чтобы это быстрее закончилось... Иначе я сорвусь. Не выдержу. Разорву! 
Едва сдерживая себя, я нащупываю нежный клитор, заставив Дьявола сбавить пыл и застыть. Подушечкой пальца кружу по нему. Достаточно осторожно, словно снимая пробу. Ртом я ловлю ее стон, слетевший с пересохших губ. Как призыв. И я предпринимаю попытку аккуратно вставить в неё большой палец. Слишком глубоко не продвигаюсь. Боюсь. Себя боюсь! 
Лёгкими движениями я массирую её изнутри, растягиваю стеночки упругие. Дьяволу это нравится. Она извивается. Бедра раскрывает. Бархатная кожа испариной покрывается. Капельки пота с шеи скатываются прямиком к манящей ложбинке. 
Тянусь к ней. Вбираю в рот все ее соки. Слизываю с нее следы неискушенности. Выпиваю до последней капли сладость ее тела, а она находит мои губы и целует с ещё большей необузданностью. Не дает поставить точку. Совращает. Мучает. Убивает.