Ты доиграешься, босс! (СИ)

— Ты как вернулся из Европы сам на себя не похож. 
— Всё дело в Дьяволе, друг, — отвечаю обреченно и делаю большой глоток виски. 
Кажется, полегчало. 
— А поточнее? Ты поклоняешься какому-то культу? Или в Ницце ты вступил в сатанинскую секту? 
Я бросаю брезгливый взгляд на кожаный диван. Почти что каждая стриптизёрша оставила на нем свой след, совокупляясь с моим лучшим другом, тем не менее я стараюсь об этом не думать. За неимением внутри сил, плашмя валюсь на него. 
— Можно и так сказать, — устало выдыхаю, глядя в потолок. — Тео, ответь, почему ты так противился тому, чтобы Дьяв…, — осекаюсь, едва не проговорившись, — чтобы Макария открыла все виды услуг? Она тебе нравится? Что-то я не припомню, чтобы ты запрещал это близняшкам или Сандре. 
Он вдруг теряется. Глаза его мечутся из стороны в сторону, а рот кривится. 
— А кому она может не понравиться? — жмет плечами. — Но тут дело в другом. Просто мне кажется, она не из тех, кто добровольно пойдёт на то, к чему привыкли наши девчонки. Она другая, что ли. Понятия не имею, как она здесь оказалась и по какой причине, но всё то время, что она работает у нас, я наблюдаю за ней. И знаешь, что? Похоже, ей не особо-то и нравится у нас. Как будто это вынужденная мера. 
— Ты, в какой-то степени, прав. 
— То есть? 
— Я просил Трисс втереться к ней в доверие. А та как будто нарочно отгородилась от неё барьером. Ничего ей не рассказывает о себе. Я решил самостоятельно вывести её на чистую воду, применив кардинальные меры. Ну и в итоге она рассказала мне о брате. Оказывается, он смертельно болен и это последний шанс собрать ему деньги на пересадку лёгких. 
Тео шумно вздыхает. 
— Охренеть! Так значит на кастинге она говорила правду, — чешет затылок, округлив глаза. — И... ты спросил, сколько ей нужно? 
— Нет. Я был немного в ахуе, знаешь ли. Язык не поворачивался. Я только видел ее огромные стеклянные глазища, когда она упоминала брата. Полагаю, ей было больно говорить о нем вслух. 
— Ты подумал о том же, о чём и я? — взволнованно спрашивает. 
— Смотря, о чём ты подумал. 
— Нам надо помочь ей и её брату! — воодушевленно произносит Тео. 
— Ты сейчас серьёзно? — вынужден принять сидячее положение, чтобы посмотреть на него. — Ты хочешь дать какой-то девке крупную сумму, не удостоверившись в том, что она говорит правду? 
— Чёрт, ты прав. 
— Я займусь этим. Изучу социальные сети. Кто знает, может там и в помине никакого брата нет? — задумываюсь на время. — Но в одном я всё же с тобой соглашусь. Я хочу, чтобы она больше ни на шаг не приближалась к приваткам. 
Я велел Палмер вызвать Макарии такси и проследить за тем, чтобы та отправилась домой. Я бы и сам мог, но после нашего последнего разговора спокойно смотреть ей в глаза у меня не получилось бы. 
Я облажался, и за это мне ужасно стыдно. 
Макария может продолжить работать в клубе, но требовать от неё я больше ничего не осмелюсь. А пока постараюсь разузнать всю правду о ней и ее брате. Если ее слова подтвердятся, я помогу ей. Помогу, а после распрощаюсь с ней. 
Вернувшись домой, я долгое время не могу заставить себя уснуть. Вместо того, чтобы лечь в постель, ищу в интернете всевозможные упоминания о Макарии. Любые. По её фотографии из досье я пытаюсь отыскать схожие снимки, но ничего. Ни единой зацепки, словно этой девчонки вовсе не существует. 
Это ведь невозможно. 
В конечном счете я прихожу к выводу, что меня обули. 
— Уильям, извини за столь поздний звонок, мне нужна твоя помощь, — звоню нашему главному агенту безопасности, бывшему полковнику, в арсенале которого куча военных прибамбасов, способных разоблачить любого. 
— Нет, ничего, Даймонд. Готов тебя выслушать, — сурово произносит мужик. 
— Помнится, ты как-то рассказывал о программе, которая с помощью фотографии может найти некоторые сведения о конкретном человеке. 
— Ты имеешь в виду система по распознаванию лиц? Да, есть такая, но «Третьим глазом» могут пользоваться только правоохранительные органы. Программа строго засекречена и не может использоваться гражданскими. А я, увы, уже в отставке, если ты не забыл. 
 
Я хмыкаю, понимая, к чему он клонит. 
— Но мы-то с тобой знаем, что это нас не остановит. 
— Честно говоря, мне и самому любопытно, что ты задумал. 
— У меня есть основания не доверять одной женщине. Хотелось бы понять, что скрывается за ее именем. 
— Дай угадать, — мычит он в трубку. — Макария Ванхавербек? 
Хорошо, что Уильям не видит моей рожи. В эту самую минуту она точь-в-точь такая же, когда, будучи еще сопливым мальцом, я впервые увидел Дэвида Копперфильда, проходящего сквозь Великую китайскую стену. 
Я крайне удивлён, что мы думаем об одном и том же человеке. Однако мне совсем не хочется, чтобы он понял, как шокировал меня. У Уильяма глаз, в определённой степени, намётан. Тут и дураку понятно, что неспроста он подумал о Макарии. 
— Почему ты так решил? — спрашиваю настороженно. 
— Не стал вам сразу говорить. Предполагал, что ошибаюсь, но у меня сложилось впечатление, что эта девушка прошла армейскую подготовку или что-то вроде того. Её осанка, чёткие, осторожные движения, умеренный пульс в стрессовой ситуации, отменная реакция на посторонние звуки, даже мускулатура. Ты видел её мышцы спины? Не каждый мужчина может похвастаться таким рельефом. И ещё… Макария знала, как обмануть полиграф. 
— Не понял? Хочешь сказать, она нас обманула? — повышаю голос, понимая, что в очередной раз остался в дураках. — Почему ты раньше не сказал? Какого чёрта, Уильям!? 
— Даймонд, полиграф показал, что она была во всех вопросах предельно честна, — недовольно хмыкает в трубку. — Тем более я сразу предупреждал, что он не даёт стопроцентной гарантии. 
— Тогда тем более мне нужно, чтобы ты нашёл о ней хоть какие-нибудь сведения. У меня ведь на неё абсолютно ничего нет. Пусто! Для сравнения, я могу найти страницу каждой, кто работает у нас, но только не её. Не нравится мне это. Я не хочу держать у себя в штате хрен пойми кого! — закипаю на ровном месте. 
— Может, девушка просто не любит выставлять свою жизнь напоказ. Не все нынче предпочитают публичность. 
— Не аргумент, знаешь ли. Ты поможешь мне или нет? 
Он некоторое время молча дышит в трубку. Откажется — уволю к чертям! 
— Хорошо. Скинь мне её снимок анфас, я постараюсь что-нибудь придумать. 
Не теряя ни секунды, я отправляю Уильяму фотографию с ее водительского удостоверения. Следом выпиваю два бокала чистого виски. Для успокоения. И только после проваливаюсь в сон. 
* * *
Следующие два дня я стараюсь не попадаться Макарии на глаза. Замуровавшись в своем кабинете, выжидаю новости от Уильяма. Тем не менее я частенько делаю передышки, во время которых украдкой наблюдаю за ней с балкона. 
Ни с одной из танцовщиц Макария так и не нашла общий язык, между тем она довольно часто общалась с Палмер. 
Через неё же я предоставляю Макарии три выходных дня. Ей и ещё нескольким стриптизёршам, лишь бы с моей стороны это не выглядело так подозрительно. На самом же деле мне элементарно не хочется лишний раз натыкаться на неё в стенах клуба. 
Нет, это не она мозолит мне глаза своей персоной. Я сам, как заведённый, подрываюсь со своего рабочего места и ищу её глазами всякий раз, когда вспоминаю о ней. Она же, напротив, обо мне и не вспоминает. Девчонка усердно работает, разучивая новую программу. За все время она ни разу не глянула в мою сторону. 
Гадство. 
  
Глава 15. Даймонд
 
Под вечер среды я уже не знаю куда себя девать. Чтобы поторопить Уильяма, я решаю напомнить ему о себе. 
— Уиль.., — только успеваю сказать я, как он меня перебивает: 
— Даймонд, тебе следовало потерпеть ещё каких-то пару минут. Я как раз собирался звонить, — его голос слегка напряжён. 
— Замечательно! Слушаю тебя! — готовлю себя к худшему.