Ты доиграешься, босс! (СИ)

— И ещё… Тебе нужно втереться к ним в доверие. Постарайся разузнать о них как можно больше фактов из личной жизни. 
— Зачем? — ведет бровью. 
— Так нужно, Трисс. Просто сделай, что прошу. 
Блондинка некоторое время сомневается, но в конечном счете подчиняется: 
— Помни, Даймонд, с тебя должок! 
Подмигиваю ей и, как только та скрывается за дверью, я стираю с лица идиотскую улыбку, а затем и вовсе проваливаю из клуба. 
  
Глава 8. Даймонд
 
Следующие несколько дней проходят в пьяном угаре. 
Не помню где и с кем был. Не помню, что делал и сколько за это время выжрал, но, судя по моей опухшей роже, во мне побывало всё, что горит. Причём в больших количествах. 
Как ни странно, беспробудная пьянка пошла мне на пользу. 
По итогу я смирился с тем, что Макария будет работать на меня. Сам лично готов буду провести ей инструктаж по мерам безопасности. Рядом со мной ей теперь нужно быть крайне осторожной. С этих самых пор она — моя главная цель. 
Прежде чем отправиться в клуб, я решаю позвонить Тео. 
— Да неужели? Три дня! В какой жопе мира ты застрял, что все эти дни я ни разу не смог до тебя дозвониться?! — вопит он в трубку, точно оглашенный. 
Запахло жареным. 
— Не ори ты! Голова и так раскалывается. 
— Ах, у него голова раскалывается! У нас тут бизнес чуть ли не раскололся на части, а у него голова, видите ли, раскалывается! 
— Что ты опять натворил? — на изжоге я. 
— Я тебе уже миллион раз говорил, что не разбираюсь в этом грёбаном маркетинге! Хорошо хоть Макария мне помогла, иначе остались бы без рекламы перед самым открытием! 
— Что-то я не врубаюсь… Так она менеджером по рекламе у нас работает или стриптизёршей? 
— Макария — стриптизёрша, которая неплохо разбирается в бизнесе! И что самое важное — в отличие от тебя она приходит на работу! 
— Ого! Какие нынче разносторонние личности эти стриптизерши, — иронизирую я. — Ладно, раз у вас теперь все идет как по маслу, я пошел бухать дальше! 
Из-за того, что вновь услышал это имя... Вновь услышал, как друг расхваливает ее, я вдруг начинаю закипать подобно чайнику на раскаленной плите. 
— Валяй, но через полчаса тащи свою задницу в офис! Нам надо выстроить новую программу к вечеру! — рявкает он. 
Останавливаюсь у зеркала и вновь ужасаюсь своему отражению. 
— Тут тяжелый случай. Жди меня не раньше, чем через час! — предупреждаю и сбрасываю вызов. 
Прибываю в клуб ровно за час до открытия. Все бы ничего, вот только меня смущает тот факт, что я должен буду проводить общее собрание. А мне бы не хотелось раньше времени попадаться Дьяволу на глаза. У меня созрел некий план нашей предстоящей встречи, потому я вынужден вызвать Тео к себе в кабинет. 
— Братишка, я тебя не узнаю. Собрание потому и называется собранием, чтобы обсудить поставленные задачи всем собравшимся! — расположившись в кресле, он негодующе взирает на меня. 
Стоя у окна, я рассматриваю бомжа у уличной помойки, лишь бы друг не заметил во мне нервозность, переходящую все границы. 
— Мы обсудим с тобой всё с глазу на глаз, а ты дословно передашь девочкам. По-моему, хороший план. 
— Да чёрт с тобой, у нас нет времени на твои бабские отмазки. Давай ты хотя бы присядешь и взглянешь на лист-программу. 
В итоге сдаюсь и присаживаюсь за стол. 
— Так... групповые выходы оставим без изменений. Новенькие же ещё не выучили эти постановки? — спрашиваю я, пробегаясь взглядом по программе. Друг отрицательно качает головой. — Хорошо, тогда «Эйфория» тоже остаётся неизменным. Включим соло Трисс на пилоне и дуэт близняшек, а новеньким дадим шанс на самовыражение. Пусть импровизируют, пока не выучат номера. 
— Я правильно понимаю, ты предлагаешь нам доверить новеньким сольники? — спрашивает с некой претензией. 
— А что в этом такого? Будем считать это итоговым экзаменом, — спокойно пожимаю плечами. — Справятся — закрепим их в основном составе, оплошают — чемодан-вокзал-к маме. 
Даже не знаю, что из этого будет лучше… 
 
— Тогда стоит внести Макарию и Анабель в прайс услуг. После соло у них могут появиться поклонники. 
— Как хочешь. Мне плевать. Уверен, они знают, что нужно делать с мужчиной наедине. 
— Да, Трисс их всему обучила. Об этом можно не переживать. 
Переживаю ли я? Чёрт! Мне кажется, здесь что-то совсем другое… 
Готов ли я к тому, что она будет уединяться с другими мужчинами в приватках? 
Готов, но только в том случае, если это будет безобидный приват. 
Если же она соизволит уйти в жёлтую или, не приведи господь, зелёную комнату, то я сам лично выволоку её оттуда за волосы! 
В нашем клубе всё организовано до мелочей. 
Ну а как иначе? Дизайн прорабатывался дотошным до мозга костей перфекционистом, то есть мной. 
Всё дело в том, что на втором этаже у нас расположились приват-помещения, поделенные на три категории. И это неспроста. Каждая комната имеет своё предназначение. Этакий «светофор удовольствий». 
В красных комнатах наших клиентов ждёт привычный приват-танец, где им не разрешается трогать наших танцовщиц. Если это происходит (за происходящим на мониторах наблюдают наши агенты безопасности) , в таком случае мы вынуждены вычеркнуть нарушителя из членства нашего клуба. Без права на апелляцию. 
В этом плане у нас строго, ведь есть неукоснительное правило: каждый приходящий в наш клуб обязан своевременно разобраться в своих желаниях. 
На очереди у нас идут желтые комнаты, где нашим клиентам уже разрешается доступ к телу. Но опять же, есть определённые рамки. Сюда могут относиться: массаж, поцелуи в губы, петтинг, мастурбация, но не более. 
Ну и напоследок — самые востребованные в нашем заведении комнаты — зеленые. В них нет правил. Разрешается все, в том числе непосредственный контакт. Любой вид секса по желанию танцовщицы. За ними всегда остается последнее слово. 
Ближе к восьми часам вечера народ начинает потихоньку подтягиваться. 
И, судя по зарезервированным столам, сегодня нас ожидает полная посадка. 
— Палмер, впиши меня анонимно в красную, — прошу нашего администратора, симпатичную девушку, которую однажды Тео спас от грабителей, а потом... Нет, не трахнул, а предложил работать у нас. Удивительно, но он даже не подкатывал к ней ни разу. 
— Вас, мистер Неттинг? — изумлённо смотрит на меня и краснеет. Еще бы. Раньше подобного за мной не наблюдалось. 
— Да, меня. Что тебя так удивляет? Я должен лично убедиться, что наши новенькие не ударят в грязь лицом. 
— Как скажете, — открывает она свои заметки в планшете, — с кого начнёте? 
— С Макарии. Позвонишь, как она будет готова! — собираюсь уже уходить. — Ах да, не забывай, что это анонимно. Ни Макария, ни Тео не должны знать, что с ней буду я. И приглушите свет на максимум! 
— Будет сделано, мистер Неттинг. Я позвоню вам, как только всё будет готово, — суетится она, клацая по экрану ногтями. 
Я безумно загорелся идеей приват-танца. Она кажется мне настолько гениальной, что всё последующее время я не могу усидеть на одном месте. Подрываюсь из кресла, словно на вулкане, стоит только представить себе её, извивающейся у меня на коленях. 
Я ношусь из угла в угол своего кабинета, и так и не притрагиваюсь к ужину. 
Какой тут ужин, когда внутри меня всё свербит?! 
— Даймонд, сейчас выход Макарии, а следом за ней будет выступать Анабель. Ты же не пропустишь их дебют? — спрашивает Тео, просунув головешку в дверной проем. 
— Пропущу! Некогда пока что! — отмахиваюсь я. 
Я и так, словно тикающий механизм бомбы, отсчитывающий секунды до встречи с ней. Того и глядишь, взорвусь к чертям собачьим раньше положенного. 
— Ну смотри! Не говори потом, что я тебя не предупреждал! — Он как и я находится в предвкушении. — А я, пожалуй, не откажусь от представления! 
— Тео, постой, дело к тебе есть! 
Он неохотно возвращает в кабинет и раздраженно бросает: