Лидия. Головная боль академии (СИ)

Эх, вот, нельзя невинные просьбы высказывать. Некоторые в них тут же видят намёк на нечто большее.
– Я тебя немного чувствую, – попыталась объяснить свою осведомлённость.
– Знаешь, я тебя, кажется, тоже. И даже сейчас, несмотря на сон, мне кажется, что ты совсем рядом, хотя это и невозможно, – он зарылся носом мне в волосы и глубоко вдохнул. – О, Лорена, я теряю голову... – его губы словно магнитом притянулись к моим и всё: моё здравомыслие велело не поминать его лихом.
И вот я вроде бы понимаю, что завтра буду дико жалеть, что вроде как Лессар мой парень, что мне нужно всеми силами избегать привязки к Наиру... Но, чёрт возьми, я испытываю оргазм от одних только его поцелуев. У нас какая-то сумасшедшая совместимость и непреодолимая тяга друг к другу.
Я не заметила, как осталась без одежды и буквально слилась с телом моего незнакомого, но такого родного мужчины.
Привязка... Похоже, зря я грешила на зелье равнодушия. Если бы не оно, меня снесло бы ураганом чувств. Или я и вовсе умерла бы от любовной боли.
Но пока мы жадно и задыхаясь любили друг друга, нам было хорошо, хотя мы оба понимали, что это временное облегчение, после которого станет только хуже.
Кажется, пришла пора усилить зелье равнодушия. Проблема лишь в том, что в лаборатории Лессара нет подопытных мышей. Значит, мой голубоглазый друг варит только по известным, утверждённым Министерством науки, рецептам.
Да уж, Лессар не обрадуется, если узнает, кого впустил в свою жизнь. Мало того, что я экспериментатор по части зелий, так я ещё непревзойдённый гений и опасный конкурент. И я, получается, только что изменила Лессару с тем, кто зажёг алым мою ауру, с тем, кого я невольно люблю. Пусть это только сон, но мы-то с Наиром настоящие.
Проблема в том, что и к Лессару у меня родились чувства. Я априори считаю его своим. Но... мы всё же останемся просто друзьями. Или конкурентами. Я не настолько малодушна, чтобы любить на два фронта.
С другой стороны, выбрать Наира – это значит обречь себя на пожизненное одиночество. Какого хрена, спрашивается, любовь-судьба подкинула мне проблемного мужика? Чтобы я превзошла себя, изобретя эликсир-убийцу тьмы? Хм-м... А это мысль. Я бы даже сказала, вызов.
Обо всём этом я раздумывала, лёжа голышом на груди своего таинственного мужчины и слушая его бешено ухающее сердце.
– Прости, – в очередной раз с горечью произнёс он. – Постарайся больше не приходить в мои сны и держаться от меня подальше.
– А как же ты? – я приподняла голову и посмотрела ему в глаза. И пусть лица друг друга мы видели размытыми, я точно знала, что наши взгляды встретились. – Неужели ты думаешь, что любовь-судьба подкинула мне совсем уж безнадёжный вариант? Со стороны богини это было бы совсем жестоко, не находишь?
– Мне хочется верить, что окончательная привязка ещё не произошла, и у тебя будет полноценная жизнь с другим мужчиной, – ответили мне.
– Ты просто не видел мою ауру. Мои дела плохи, Наир, и я выживаю только за счёт зелья равнодушия.
– Маленькая моя... – меня погладили по голове. – Знаю, что это безнадёжно, но я изо всех сил буду искать способ избавиться от своей... болезни.
– Ищи, – одобрительно кивнула я, усмехнувшись про себя, что варить-то эликсир предстоит мне.
– Я безумно всем своим существом люблю тебя.
– А я... – не успела я договорить, как из сна меня вышвырнуло гудком побудки.
Батюшки! Ещё ведь не первое сентября! Какого хрена?! От такого звона барабанные перепонки лопнут!
  
Глава 32. Сладких снов, гадёныш!
 
Лидия 
Из-за чего весь сыр-бор, я узнала от Катарины. Оказывается, с сегодняшнего дня начинается так называемая предучебная подготовка. Якобы, чтобы адепты скорее влились в учебный процесс и к учёбе приступили полностью собранные.
Мы с Кэт спешно оделись в новые костюмы, разрешённые для занятий в академии, и потрусили на полигон, где уже толпились адепты всех курсов и факультетов.
На построении за каждой группой закрепили куратора, затем мы с Кэт разделились и прибились каждая к своей тренировочной команде.
 
В моей группе, помимо бедолаги Гарри, я не увидела знакомых лиц. Ни эльфов, ни полукровок, кроме меня, не наблюдалось. Все люди. А вот две девицы смотрели на меня с ревностью. Им, что, двадцати парней на двоих мало?
Впрочем, по взглядам парней я поняла, что ревность девиц вполне оправдана. Моя женственность прямо-таки бросалась в глаза. А ещё все обратили внимание на мой ультралёгкий, усиленный магией костюм, в котором я чудо как хороша.
Девицы, обе примерно с меня ростом, мускулатурой могли посоперничать с парнями, и это, на мой взгляд, их не красило. И ещё больше не красили их недовольные гримасы на лицах. Всё же со мной лучше дружить. Я бы не советовала им так явно показывать своё «фи».
От размышлений меня оторвал почти лысый, ну, очень коротко стриженный молодой мужчина, которого выбрали вести нас.
– Меня зовут лейтенант Альфред Грейтон, я офицер Северного гарнизона и ваш куратор с сегодняшнего дня и до окончания вами академии. Со второго курса поток адептов поделен на факультеты в соответствии с вашими способностями. Однако здесь, в Северной академии, как вы уже поняли, жёсткая физическая подготовка, поэтому очень скоро вы возненавидите меня, но я это переживу, – он улыбнулся своей полушутке. – Итак, знакомиться будем после утренней тренировки, а теперь десять кругов вокруг территории академии. Начали!
И вся группа сорвалась на бег по сугробам.
Я подбежала к группе Кэт, которая ещё выслушивала речь своего куратора, левитировала ей на шею пастилку эликсира силы и выносливости и побежала дальше.
Даже для меня десять громадных кругов по сугробам – это серьёзная нагрузка, и что-то подсказывает, что бег – лишь разминка.
В попытках догнать вырвавшуюся вперёд группу я припустила быстрее и даже не остановилась, выхватив взглядом из толпы Лессара. Наоборот, я лишь коротко кивнула ему, несмотря на то что он стоял и неотрывно смотрел на меня.
Что сказать ему при встрече? Сейчас я откровенно чувствовала себя изменщицей, ведь ещё пару часов назад я была с другим мужчиной, и даром, что во сне. Я-то знаю, что и там всё было по-настоящему.
Поверить не могу, что я – изменила парню. Да, физически я спала в своей постели, в одной комнате с Кэт, и ко мне никто не прикасался. Да, Лессар не предлагал мне официально стать его девушкой и ничего не обещал, как и я ему. Нас просто притянуло друг к другу.
Но! Я никогда и помыслить не могла, что уподоблюсь Ромери! Чувствую себя грязной. Нет мне оправдания.
Впрочем, бег по глубокому снегу – это достойное наказание за мою ночную слабость. Ноги с непривычки устали от постоянного поднимания коленей.
Группу я нагнала быстро и с удивлением заметила, что кое-кто уже устало охает и кряхтит. Видимо, расслабились за лето.
Куратор Альфред Грейтон участливо бежал вместе с нами и подбадривал дельными советами по технике бега, что возвысило его в моих глазах.
Первые три круга дались мне относительно легко, следующие четыре я преодолела исключительно на силе воли, а последние круги мои ноги отпахали лишь благодаря допингу.
Если половину кругов наша группа бежала плотной стайкой, протаптывая дорожку, то к финишу мы рассредоточились по всему периметру академической территории.
И я бежала не в хвосте, а примерно посередине нашей вереницы. Дался мне мой средний результат адски тяжело, но когда мимо меня пробежал тот самый хрен, которого я встретила в день прибытия в академию, во мне проснулись скрытые силы!
Моя барсетка на поясе податливо открылась, и в хама полетела тройная порция пастилок зелья эротического сна.
«На-ка! Мне не жалко! У-у-у! Мстя моя будет сладка!» – коварно улыбалась я.
Пастилки благополучно нырнули бегущему бугаю под белую рубашку, в которой он тренировался, и прилипли к его спине.
Всё. Готово. Зелье уже проникло в его кровь. Е-е-е!