Все, что мне нужно (ЛП)

— Спасибо, тренер, за все.
— Пока ты не делаешь ничего противозаконного, я всегда буду поддерживать тебя и остальных ребят.
Он встает, обходит стол и открывает дверь.
— Теперь иди туда. Мне нужно, чтобы ты сосредоточился. До «Мартовского безумия» осталось всего несколько недель, и ты нужен мне в лучшей форме.
— Да, сэр.
Я улыбаюсь, встаю со стула и выхожу из его кабинета.
Джаггер: Клянусь, вы никогда не увидите меня под каблуком.
Джейден: Мы знаем.
Никто больше ничего к этому не добавляет, потому что мы все полностью согласны с Джеем.
Джаггер: К черту вас всех. Я способен быть хорошим парнем.
Сейнт: Какого черта, ты заявляешь, что никогда не будешь под каблуком, а потом говоришь, что способен быть хорошим парнем?
Джейден: Сделайте так, чтобы это имело смысл.
Джаггер: Я хочу сказать, что никогда не буду под каблуком, но, если бы я был парнем, то был бы чертовски хорошим парнем.
Никто не отвечает на это сообщение, потому что мы все знаем, что из него ничего хорошего не выйдет. Не потому, что он ужасный парень или что-то в этом роде, но его не волнует моногамия или привязанность. По крайней мере, он так сказал.
И идея Джаггера с девушкой кажется… нелогичной.
Джаггер: Вау! Действительно? Лэндон, ты не собираешься меня поддержать?
Лэндон: Не впутывай меня в это.
Лэндон покинул группу.
Сейнт добавил Лэндона.
Джаггер: Могу поспорить, что никто из вас не считал ТиДжея хорошим парнем, но вот мы здесь.
Сейнт: Ты прав, мы этого не сделали, но, как ты и сказал, мы здесь. ТиДжей не собирается выступать, потому что хочет остаться со своим Персиком.
Помимо родителей, брата, сестры и тренера, я также рассказал об этом своим друзьям. Они были рядом и поддерживали с первого дня и продолжают это делать до сих пор. Они были в шоке, но поняли, почему я это делаю. Кроме Джаггера. Он по-прежнему поддерживает меня, но говорит, что я лучше него, потому что он бы никогда так не смог.
Я: Я же говорил НЕ называть ее так.
Лэндон: Персик… вполне подходит.
Если бы он был здесь, я бы ударил его, но он черт знает где, а я в музее, жду Лолу. Она не знает, что я здесь. У нее были проблемы с машиной, поэтому Кара высадила ее. Я сказал Каре не беспокоиться о том, чтобы забрать Лолу, и не говорить ей об этом, потому что я также заказал одну из ее экскурсий по музею.
Мне пришлось импровизировать, потому что я почти не вижу ее. Так что, если это означает, что я запишусь к ней, я так и сделаю.
Я: Сейнт, хватит добавлять его обратно в чат.
Лэндон: Думаю, я останусь еще немного.
Я: *смайлик со средним пальцем*
Джаггер: В любом случае, ПОШЛИ ВЫ ВСЕ за то, что думаете, что я не подхожу для роли парня. Вы все увидите, что в тот день, когда я им стану, для вас, сучек, все закончится!
Сейнт: *смайлик с черепом*
Джейден: Конечно, Джаг.
Я: Верно…
Лэндон: К.
Джаггер: ТиДжей. Я не могу дождаться того дня, когда Лола придет в себя, поймет, что ты этого не стоишь, и бросит твою задницу. Когда она это сделает, папочка будет здесь, чтобы утешить ее.
Я: Пожалуйста, никогда больше не называй себя так.
Когда телефон вибрирует в моей руке, сообщая, что я получил еще одно сообщение, голос Лолы отвлекает мое внимание от экрана.
Нервы, возникшие раньше, снова возвращаются, когда обдумываю то, что хочу сказать. Я уже знаю, что нужно сказать, но продолжаю повторять это, чтобы убедиться, что они звучат нормально.
Она стоит ко мне спиной, когда разговаривает с секретарем, поэтому не заметила, что я здесь. И для меня это более чем нормально, потому что я позволяю своим глазам скользить по ее телу.
Ее наряд простой и профессиональный. На ней белый атласный топ с длинными рукавами, которые закатаны прямо под локтями, и коричневая атласная юбка, доходящая до середины икры, и узел на талии, который удерживает юбку. Каблуки, которые она носит, не слишком высокие, но добавляют ей немного роста. Ее обычные волнистые волосы на этот раз прямые и ниспадают по спине.
Прежде чем мой разум погрузится в извращенные мысли, я отбрасываю их на более поздний момент и встаю, направляясь к ней, прежде чем она обернется. Я стою в нескольких футах от нее, и когда Лола поворачивается, мне приходится изо всех сил сдерживаться, чтобы не обнять и не зацеловать ее до чертиков.
  
Маленькая профессиональная улыбка на ее лице трескается, и на смену ей приходит милая, очаровательная улыбка. Глаза Лолы увеличиваются в размерах, когда она делает шаг ближе, но не сокращает пространство между нами. Я вижу, как она поднимает руку, но быстро опускает ее и крутит коричневый кожаный браслет на запястье. Я знаю, о чем она думает, потому что думаю то же самое, но никто из нас не действует в соответствии с этим, так как она все еще работает и ей нужно быть профессионалом.
— Ты здесь.
— Я здесь.
— Подожди, ты у меня на восьмичасовой встрече?
— Я.
Я делаю еще один шаг, как и она, и наклоняюсь, чтобы шепнуть ей на ухо:
— Я бы хотел назначить еще одну встречу. Вы работаете в нерабочее время?
Она смотрит на меня, слегка откинув голову назад. На ее лице снова вернулась привычная, профессиональная улыбка, но я вижу игривый блеск в ее глазах.
— Мне нужно проверить свое расписание. Я очень занятая женщина.
— Конечно, вы сможете меня вписать. Обещаю, я не отниму у вас много времени.
Я смотрю на пуговицу, туго застегнутую на ее груди, готовый вот-вот отстегнуть.
Она хмыкает.
— В таком случае, думаю, я смогу вам помочь.
— Я знаю, что ты можешь.
Мой взгляд скользит по ее рту, а ее взгляд скользит ниже моей талии.
Я знаю, что она очень старается, но эти великолепные губы, которые мне хотелось бы трахнуть, улыбаются и широко раздвигаются.
Она обходит меня стороной и смотрит через плечо.
— Давай, нам пора начинать.
Бок о бок мы начинаем с передней части музея и медленно идем вокруг. Она рассказывает мне о произведении искусства и художнике. Только на нашей четвертой остановке, статуе ангела с луком в руке, но со стрелой, пронзившей сердце, она ничего не говорит.
— Ло…
— Мне жаль.
Лола смотрит на меня. Те же глаза, которые приветствовали меня с теплотой, теперь стали меланхоличными, а уголки губ опущены вниз.
— Мне жаль, что я принижала твои чувства и вела себя так, будто ты ничего не понимаешь, хотя никто лучше тебя не понимает, насколько дерьмовыми являются социальные сети.
Мои руки сгибаются по бокам, мне не хочется ничего, кроме как обнять ее, но вместо того, чтобы делать то, что я хочу, засовываю руки в карманы. Ей нужно быть профессионалом, и последнее, чего хочу, — это навлечь на нее неприятности.
— Тебе не обязательно извиняться. Возможно, ты не была неправа.
— Я была, я…
Я не могу обнять ее так, как хочу, но будь я проклят, если не смогу прикоснуться к ней. Высунув одну руку из кармана, переплетаю наши средние пальцы.
— Мне легко говорить то, что я сказал, потому что мне приходилось иметь с этим дело почти три года. Не говоря уже о том, что я лечился от этого, а потом пришли вы с Никсом, и я нашел свое счастливое место.
Я улыбаюсь, сжимая ее палец, заслужив от нее легкую улыбку.
— Но ты, ты втянута в это, и мне бы очень хотелось, чтобы этого не происходило. Мне бы хотелось, чтобы все это исчезло. Мне чертовски жаль, что я не могу, Лола. Но даже если не могу, просто знай, что я всегда буду здесь. Если мне нужно будет кого-то обругать в сети, я это сделаю. Если понадобится, я даже узнаю, где они живут.
С ее губ сорвался слабый смешок, и улыбка, которую я видел раньше, вернулась.
— Пожалуйста, не делай этого. Меньше всего мне нужно, чтобы тебя арестовали.
— Ради тебя я бы это сделал.
Я ухмыляюсь, обхватывая ее еще одним пальцем.
— Мне жаль, что я сказал о твоих родителях. Мне не следовало поднимать эту тему и говорить такое.