Все, что мне нужно (ЛП)

Я не продумал это, и это большая ошибка, потому что чувствую, как у меня напрягается при виде того, как она оседлала меня.
Лола резко вздыхает.
— Ты все испортишь.
Мои ладони лежат позади меня, удерживая вес.
— Обещаю, что нет.
Я говорю себе встать, но не могу заставить себя это сделать. Не тогда, когда она смотрит на меня горящими глазами, и я чувствую, как ее бедра сжимаются вокруг меня.
Ее глаза скользят по моим губам, и она медленно наклоняется, как и я. Я закрываю глаза, готовый почувствовать ее губы на своих, но они тут же открываются, когда чувствую прикосновение к своей щеке.
Надменная ухмылка появляется на ее губах, когда проводит кистью по моей щеке к шее и груди.
— Я сказала тебе перестать двигаться.
Ее глаза озорно мерцают, и Лола быстро встает, роняя кисть прямо рядом со мной и убегая.
— Почему ты бежишь, а?
Я встаю и медленно иду к ней. С каждым моим шагом она делает два назад.
Такое ощущение, будто мы играем в кошки-мышки. Лола стоит на противоположной стороне дивана, держась от меня как можно дальше. Все это время она изо всех сил старается не смеяться, потому что, как бы нам ни было весело, мы оба прекрасно понимаем, что, если будем слишком громкими, то разбудим Никса.
— Сначала вымой руки, и я перестану, — ее взгляд падает на мои пальцы, покрытые краской.
— Иди сюда.
Она качает головой.
— Нет.
— Лола, иди сюда. Сейчас же, — серьезно требую я.
В ее глазах загорается искра вызова, а на губах появляется застенчивая улыбка.
— Нет. Пока не вымоешь руки.
— Хорошо.
Я поворачиваюсь и направляюсь на кухню. Боковым зрением я вижу, как она медленно приближается ко мне, тогда пользуюсь шансом и, разворачиваясь, бегу к ней.
Приглушенный визг срывается с ее губ, когда она пытается убежать, но мне удается схватить ее за талию.
— ТиДжей, остановись.
Она смеется, пытаясь вырваться, но это бессмысленно. Я сжимаю ее талию и прижимаю к своему телу.
— Нет, не надо. Не делай…
Ее челюсть отвисает, когда я хватаю ее за щеку покрытыми краской пальцами.
— Извини, что это было? Я тебя не услышал, — целую ее в лоб, провожу ладонью от ее щеки к шее, обхватывая горло.
Я позволил своим импульсивным мыслям взять верх, потому что сжимал ее горло. Мои пальцы слегка впиваются в ее кожу, чувствуя, как учащается пульс. Мне следует опустить руку и отогнать свои грязные мысли, потому что Никс всего в нескольких футах от меня. Единственное, что нас разделяет, это закрытая дверь.
Лола уже смотрит на меня снизу вверх, когда я смотрю на нее сверху вниз. Игривость ушла, превратившись во что-то более мрачное и… нерешительное?
Я не могу задаться вопросом, о чем она могла думать, прежде чем опустилась на колени передо мной.
Воздух застревает в моих легких. Я представлял себе Лолу, стоящую передо мной на коленях. Но эти фантазии далеко не соответствуют реальности.
— Тебе не обязательно этого делать, — тяжело сглатываю, хотя это невозможно, потому что в горле пересохло. — Тебе действительно не обязательно…
— Ты действительно хочешь, чтобы я остановилась?
Ее пальцы цепляются за мои спортивные штаны и боксеры, но она не стягивает их.
Однажды я сказал, что перед ней я слабый человек, и имел именно это в виду. Я слабый человек перед Лолой.
Прочистив горло, я качаю головой.
— Нет, я не хочу, чтобы ты останавливалась.
Мой твердый член пульсирует от предвкушения. Я с нетерпением наблюдаю, как она одним быстрым движением стягивает с меня спортивные штаны и боксеры, пока они не скатываются к лодыжкам.
Мы двигались так быстро, что я не сосредоточился на выражении ее лица в Майами, но теперь, когда действительно осознаю это, я ухмыляюсь. Ее улыбка кроткая, а широко раскрытые глаза скользят вверх и вниз по моему телу, как будто она не уверена, стоит ли смотреть на мой член или нет.
У меня, наверное, самый сильный стояк за всю жизнь, и предэякуляция не только покрывает кончик, но и стекает по боковой части моего члена.
— Я… вау.
— Ты питаешь мое эго.
Она закатывает глаза.
  
— Я задушу тебя своим членом, если ты сделаешь это еще раз.
Она смотрит на меня, смотрит мне прямо в глаза, и делает это снова.
— Я серьезно.
— Я тоже, — голос у нее мягкий, почти низкий, так что, если бы я не прислушивался внимательно, то не услышал бы.
Лола судорожно выдыхает, обхватывая основание рукой, и наклоняется вперед. Ее язык высовывается, щелкает кончиком, размазывая предэякулят по всему языку, как будто пробует его на вкус.
Мои глаза закрываются, голова откидывается назад, но воздух в легких почти перехватывает, когда ее рот захватывает головку полностью. Я стону, сжимая челюсти, чувствуя, как ее горячий, влажный язык кружит вокруг меня, но мои глаза закатываются, когда она сосет его.
— Черт, — бормочу я, глядя на нее сверху вниз.
Волосы упали ей на лицо, как занавеска, и я сжимаю их в кулак, потому что последнее, что хочу пропустить, — это выражение ее лица, когда она давится мной.
— Плюнь на него, — хриплю я, вдыхая воздух, когда она скользит ладонью вниз.
Она оттягивает рот и дважды плюет на меня. К ее нижней губе прилипла струйка слюны, стекающая по подбородку. Лола не слизывает ее, взгляд сосредоточен на руке, медленно перемещающейся вверх и вниз по моему члену.
— Открой рот и соси.
Наклонившись вперед, приоткрыв губы, она обхватывает головку и втягивает меня так глубоко, как только может, прежде чем захлебнуться и отстраниться.
— Не останавливайся.
Я подталкиваю ее голову обратно, заставляя задохнуться.
Я не должен наслаждаться этим звуком, и как ее глаза слезятся, а ногти впиваются в мои бедра. Боже, я не должен, черт возьми, наслаждаться этим так сильно, как сейчас, но, черт возьми, делаю это.
Я так и делаю. Снова толкаю ее голову, удерживая так, пока не чувствую, как из ее рта вытекает слюна.
— Я говорил тебе, что заставлю тебя подавиться им, — хмыкаю я, ослабляя хватку на ее голове, но не на волосах.
Она тяжело дышит, грудь быстро поднимается и опускается. Несмотря на слезы, текущие по ее щекам и слюну, стекающую по подбородку, она застенчиво улыбается и облизывает губы.
— Я это заслужила. Теперь позволь мне поздравить тебя так, как ты того заслуживаешь.
Лола берет меня в рот, пока я не касаюсь ее горла. Она отстраняется и делает это снова, но быстрее. Я тяжело дышу, закрываю глаза, наслаждаясь ее влажным ртом, сосущим мой член.
— Черт, Лола.
Она вытаскивает меня изо рта и проводит языком по шву кончика. Затем проводит им по моей длине, пока ее рот не достигает яиц, а когда она тянет их в рот и сосет, я стону.
— Черт побери, вот так.
Я подбадриваю ее, когда она скользит кулаком по моему члену вперед и назад, слюна вокруг нее помогает ее руке качать меня, пока Лола продолжает сосать мои яйца.
Когда открываю глаза, я вижу, что ее глаза уже смотрят на меня, наполненные удовлетворенным блеском.
— Черт, не останавливайся, — хрипло шепчу я, когда ее язык скользит вверх и вводит мой член ей в рот.
Вибрации от ее стонов посылают горячие электрические импульсы в основание моего позвоночника. Мое дыхание становится прерывистым, и я тихо бормочу «блять», когда ее щеки впадают каждый раз, когда она втягивает внутрь.
У меня отвисает челюсть, и приходится сдерживать любой шум, пытающийся вырваться из моего рта, поскольку вся моя душа перестает существовать. Я с силой кончаю ей в рот, удерживая ее голову на месте.
Мне требуется несколько секунд, чтобы собраться с силами, и как только это удается, я поднимаю ее на ноги. Рассматриваю ее опухшие губы, сперму и слюну, стекающую по ее подбородку, и глубокий цвет ее глаз.
— Я… — губы приоткрываются, но я ничего не говорю, потому что искренне чувствую потерю дара речи, как тогда, когда мы были в Майами. — Оставайся здесь. Не двигайся.
Я хватаю свои боксеры и надеваю их. Я тихонько пробираюсь в ее спальню, бросаю быстрый взгляд на Никса, чтобы убедиться, что он все еще спит, и хватаю то, что мне нужно, прежде чем выскользнуть.