Я тебе не достанусь
– Она станет королевой Шеллара! – мягко увещевал меня отец. – Да, ее будущего супруга нельзя назвать идеалом любящего мужчины, но хотя бы в присутствии своих подданых он будет вынужден относиться к ней с уважением – а ведь многие женщины в браке лишены даже этого. К тому же, возможно, этот брак послужит началом для дружеских отношений между нашими странами, и когда ты тоже станешь королевой, – мне показалось, он мурлыкнул при этих словах, – вы сможете видеться с Ребеккой или, по крайней мере, вести переписку.
Я всхлипнула, и он погладил меня по голове.
– Надеюсь, вы обе поймете, что, когда я принимал это решение, я думал отнюдь не о своих, а о ваших интересах, и когда-нибудь скажете мне «спасибо». Ну, а пока нам придется многое переменить. В самое ближайшее время нам следует отправиться в столицу, где вы с Бекки будете играть чужие роли. Вы должны будете привыкнуть к новым именам и новому положению. Понимаю, тебе будет непросто принять это, но ты должна постараться.
Я пожала плечами – это-то как раз я не считала проблемой. Впрочем, как оказалось, напрасно.
Отъезд в столицу
– Ваше высочество, прошу вас, уговорите его высочество позволить мне ехать в столицу вместе с вами! – на глазах у моей горничной Шарлотты были слёзы. – Кто лучше меня знает ваши привычки и желания? Какое платье подать, как уложить волосы, какой чай принести с утра.
Решение отца отправиться в столицу без слуг привело в растерянность всех – от дворецкого до поваренка.
– Да и зачем же вам искать там новых людей, когда здесь есть те, к кому вы уже привыкли, и кому можете доверять? – продолжала излагать свои аргументы Шарлотта. – А в городе-то, поди, и жулики могут попасться, и неумехи. А мы уже свои, проверенные.
Я бы и сама предпочла, чтобы в городе с нами были те, к кому я привыкла с детства – старая няня, горничные, лакеи, дворецкий, но понимала, что это невозможно. Слишком важна была та тайна, что мы пытались сохранить. Слишком велика была цена ошибки.
– Не понимаю, как я смогу обойтись без моей Сьюзен, – жаловалась мне и матушка. – Нет-нет, я знаю, что мы не можем взять ее с собой, но найти в Тьерсене таких вышколенных слуг будет трудно.
По официальной версии мы отправлялись в столицу только на бальный сезон – всего на три месяца. И только члены семьи знали, что возвращаться в Агалар мы были не намерены вовсе. То есть, разумеется, отец мог позволить себе приезжать сюда хотя бы изредка, а вот мы с Бекки расставались с родным домом надолго.
Отец именно так и заявил – что оставляет слуг потому, что долгое пребывание в столице ему претит, и он намерен вернуться в замок, как только нанесет визиты вежливости своим знакомым и засвидетельствует почтение королю. А кататься с нами по балам и приемам он предоставит матушке – благо, она уже соскучилась по этим развлечениям.
Агалар находился слишком далеко от столицы, поэтому мы могли не опасаться, что кто-то из нашего герцогства вдруг случайно узнает нас в столице под чужими именами. Здесь, в родных местах, мы с Бекки почти не бывали на светских мероприятиях – отец полагал, что мы еще слишком юны для этого, и сейчас это играло в нашу пользу.
Поскольку папенька всегда надеялся на отличную партию для меня, он не позволял мне общаться с провинциальными кавалерами, так что в лицо принцессу Элану знали разве что наши слуги да еще парочка давних приятелей отца, что приезжали в замок на охоту или для карточных игр, – но эти приятели были слишком стары, чтобы иметь желание ехать в столицу.
Мы отправились в Тьерсен в нашей карете, на ней же кучер должен был сразу же вернуться обратно – отец сказал, что ездить в такой немодной карете по столице – моветон. Мы с Бекки никогда не выезжали за пределы Агалара, и для нас обеих это путешествие уже было праздником. Незнакомые пейзажи за окном, казавшаяся нам странной одежда на жителях других провинций, шум больших городов, через которые мы проезжали – всё было новым и интересным.
Родители наших восторгов не разделяли – они беспокоились о том, будет ли готов к нашему приезду наш столичный дворец, хорошие ли слуги там подобраны, и не сорвется ли наша задумка из-за какой-нибудь неучтенной мелочи.
Во время последней перед Тьерсеном остановки на ночлег на постоялом дворе отец еще раз напомнил нам о том, что мы с Бекки с этого дня поменялись местами, и мне надлежит носить более скромную одежду и вести себя соответственно. Я пообещала быть паинькой – пока всё это казалось мне скорее забавным, нежели пугающим. А вот Ребекка уже чувствовала себя не в своей тарелке – дорогое платье сковало ее движения, а к драгоценностям она отнеслась как к кандалам.
– Ну, же, Бекки, – ободряюще улыбнулась ей матушка, – ты теперь – принцесса Элана, потомок славных королей Алькании. Подними голову и расправь плечи. И научись не краснеть, когда тебе говорят комплименты. Принимай похвалы как должное. Столица должна восхититься той, которая станет королевой Шеллара!
Но эти слова еще больше взволновали Ребекку. Мне показалось, что прежде она не вполне понимала всю ту ответственность, что взвалила на свои плечи.
– Думаю, король Венсан предпочел бы видеть в своей невесте не только ум и красоту, но и подобающее королеве достоинство, а также приятный нрав и хорошие манеры, – продолжала матушка. – Не так ли, дорогой?
Отец кивнул, подтверждая, и посмотрел на Ребекку с большим сомнением. Большей частью перечисленного моя кузина обладала, но вот королевское достоинство было ей совершенно несвойственно. Она всегда полагала, что девушку ее положения должна украшать скромность, и бывала прилежна (иногда даже чересчур!) и послушна. Она не привыкла спорить и отстаивать свое мнение. Более того – своего мнения она предпочитала не иметь.
– С вами будут заниматься лучшие учителя Тьерсена, – попыталась успокоить нас матушка. – Они куда быстрее, чем наши провинциальные воспитатели, научат вас придворному этикету и привьют хорошие манеры. Вам будут сшиты новые наряды по последней столичной моде, – тут она с легкой улыбкой посмотрела на меня, – тебе, Лана, придется довольствоваться более скромными платьями. Прости, но мы не можем позволить хоть кому-то усомниться в том, что Бекки – суженая короля Венсана. Если вы будете появляться где-то вдвоем, любой должен будет безошибочно определить, кто из вас – принцесса Элана.
– Я всё понимаю, матушка, – я тоже ответила ей улыбкой, – меня это совсем не беспокоит. Вы же знаете – мы не привычны к балам.
Бекки согласно кивнула, а папенька хмыкнул:
– Тебе, Ребекка, как раз придется к ним привыкать. Уверен, как только станет известно, что мы прибыли в столицу, приглашения на приемы будут поступать каждый день. А вот Лана в этих развлечениях участвовать не станет.
Если я и взгрустнула от этого, то ненадолго – до моего совершеннолетия оставалось два года. Стоило немного потерпеть. Куда хуже было бы, если бы именно я, а не Ребекка отправилась в Шеллар – там мне пришлось бы обходиться без балов и светских раутов всю оставшуюся жизнь.
Стоило мне подумать об этом, как я едва не расплакалась от жалости к кузине. Я стиснула ее ладошку с такой силой, что Бекки вздрогнула и посмотрела на меня с удивлением. Впрочем, она тут же всё поняла и улыбнулась мне ободряюще. Она держалась с потрясающей стойкостью. Не знаю, что было у нее в душе, но внешне она ничем не выдавала своего беспокойства или страха. Казалось, далекий и мрачный Шеллар совсем ее не пугал.
Тьерсен
Столица оправдала наши самые смелые ожидания – она была великолепна! Широкие, вымощенные булыжником улицы не шли ни в какое сравнение с тем, к чему мы привыкли в Агаларе. Здесь уже не нужно было шарахаться в сторону от каждого всадника или экипажа, боясь, что тебя забрызжет летящая из-под копыт грязь.
Зато заблудиться здесь было легко и просто. Тьерсен показался мне просто огромным. Я решительно не понимала, как местные жители сумели запомнить названия бесчисленных улиц и мостов и всегда могли точно подсказать провинциалам, в какой стороне находится нужное тем место.