ШТОРМ. За бурей не всегда приходит рассвет (СИ)

Гигант шевельнулся. Его лапища вытянулась из-под тела и, словно аутригеры крана, уперлась в лед. Затем вторая и парень медленно отжался, поднимаясь. Взгляд здоровяка был безумным. Лицо в крови, белки глаз залиты кровью, а сами глаза… Стали ярко-фиолетовыми.
- Я… Нормально, - рычащим басом проговорил Николай, поднимаясь.
Петров опустил автомат. Он сам не заметил, как руки направили оружие на друга. Было в нем теперь что-то чужое, потустороннее. Кожа стала, казалось, еще плотнее. Черный узор под ней стал контрастнее, превратившись во что-то, похожее на татуировки.
- Уверен? – нахмурившись, переспросил Данил, не расслабляясь.
- Да.
Гигант утер лицо тыльной стороной руки и, повернувшись к друзьям спиной, скинув накидку, поправил на плечах сбившиеся стропы.
Могучие плечи вздулись. Спина напряглась. Ноги вдавили снег. Гигант хекнул и дернул. Стропы заскрипели, натянувшись. Вертолет вздрогнул. Иней осыпался с острых винтов, покатых боков и выпуклого фонаря стекла… и все. «Ми-8» не сдвинулся ни на сантиметр.
Николай зарычал, снова напрягаясь, наклоняясь вперед, пытаясь сдвинуть махину с места, но проклятый вертолет опять не сдвинулся ни на сантиметр.
Петров опустил голову. Вот и все. Все было зря. Такой вес не по силам даже ему… Глупо было надеяться, что этот безумный план осуществится. Совсем уж фантастика какая-то.
Гигант снова заурчал, напрягая тело, выгибаясь в струну. Жилы на ногах и руках вспухли до неимоверных размеров. Зубы, казалось, вот-вот раскрошатся от давления челюстей, но Николай продолжал давить.
- Колян, - донесся далекий голос Данила. – Коля-ан…
Гигант рыкнул, наливаясь злобой и в этот момент «Ми-8» загудел всем корпусом и, резко дернувшись вперед, проехал почти метр. Гигант от неожиданности повалился в снег.
- Еще раз! – раздался крик из-за спины и лишь сейчас Данил обернулся…
***
Вертолет вздрогнул, скидывая изморозь, но не шевельнулся. Люди, воодушевленные моментом ахнули. Второй рывок. Третий. И ничего. Все напрасно… Мечты о спасении рухнули. Обида захлестнула выживших. Радость была так близка… Еще бы чуть-чуть… Чуть-чуть волшебства и все бы получилось… Но нет! Слишком уж они приземленные и черствые! Слишком злые и уставшие, чтобы верить в чудо. Чудес не бывает. По рядам огорченных людей прошелся недовольный ропот. Один за одним они вздыхали, опускали головы, тупили взгляд… И тогда появился он…
Неприметный мужичек с уставшим обвисшим лицом, в грязной, забрызганной кровью робе сантехника вышел из толпы. Он медленно приблизился к борту вертолета, ткнул носком ботинка полозья.
- Надо ж, - цокнул он языком, обернувшись к толпе с усмешкой. – ИнциНдент случился… Примерз… А ну-к! навалимся… Сорвем и он сам дальше покатится!
Старичок уперся плечом в железо, навалился, но, конечно, один не смог бы сдвинуть махину с места, сколько бы не пытался… но он был не один. Рядом пристроился, выбирая позицию поудобнее молодой парнишка, с которым Алексей Альбертович дежурил на лестничной площадке. А рядом с тем второй. Затем еще чьи-то руки уперлись в неподдающееся железо. Две, четыре, десять... сотня…
- Три-че-тыре. На-ва-ли-сь! – скомандовал бывший школьный директор, упираясь скользящими ногами в снег, что есть мочи и тут «Ми-8» вздрогнул, пробудившись ото сна.
***
  
Глава 11. «Пришла пора спешить..»
 
Женские руки скользили по его телу как никогда. Виртуозные пальчики нежно царапали кожу, продвигаясь все ниже и ниже. Шея. Грудь. Живот… Валентин не смог сдержать стона наслаждения, когда они двинулись дальше.
- Али-и-иса… - вырвалось само собой.
Бывшая учительница замерла, чуть приподняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Вопросительный взгляд сменился похотливым и… Валентин зарычал от удовольствия. Мог ли он представить, что с ним будут делать такое? Представить - да. Ощущать – не ощущал еще никогда. До всего этого лютого звездеца он, конечно, бывал с женщинами, но не так. Ему было некогда. Цель. Работа. Карьера! Он строил свою карьеру… Строил, строил и не заметил как прошла почти вся жизнь… ах… да что же она с ним творит!?
 
Ах… да… Карьера! Думать о ней… чтобы не… чтобы не так бы-ы-ы-ы-ы-ыстро… Нет, он не сдержался. Его тело напряглось, выгнулось, и девушка, уловив его напряжение, стала двигаться еще активнее… Ее коготки… Ее зубы… и губы… Ее тело…
Валентин вздрогнул, проснувшись.
- Твою мать! – выругался помощник командира базы, и добавил пару разъяренных фраз.
Он пребывал в крайне сильном возбуждении от сна. Чувства смешались. Злость, ненависть, обида, досада и надежда… Мужчина хищно оскалился, хмыкнул, с силой потер лицо ладонями, отмечая небывалое мужское возбуждение, которое он, наверное, уже с юношества не испытывал.
- Ничего, ничего, - подумал он, облизывая пересохшие губы, скидывая одеяло и садясь на краю кровати.
Скоро все его сны и фантазии воплотятся в жизнь! Скоро ничего не сможет помешать исполниться тому, что ему снится уже которую ночь подряд! Уже вот-вот он женится на Алисе Евгеньевне, заполучив ее в свое пользование безраздельно. И тогда… Тогда он выплеснет на нее все накопленное внутри напряжение, в прямом и переносном смысле…
- Подожди, подожди, Алиса Евгеньевна! – прошептал мужчина, поднимаясь с кровати. – Скоро ты будешь моей…
***
День приготовлений для Валентина прошел в делах. Казалось, сегодня их было столько, сколько он не делал и за весь прошлый год. И все ему бедному одному… Одна подготовка зала чего стоила: проследить чтобы меню составили; чтобы столы правильно расставили; чтобы было все чисто и красиво, чтобы наконец-то уже починили и подключили пятитонную люстру из хрусталя и сусального золота!
- Убрать, помыть, починить! – успевал раздавать приказы Валентин, наблюдая за тем, как стрелки часов неумолимо клонятся к обеду. – Там палантин натяните, тут смотрите, чтобы не шаталось! И люстру, наконец-то, доделайте! Где электрик? Как нету? Найти! – Щелк. – Почему лампочки не горят? А мне плевать! Починить! Кто этот столик сервировал? Ты что безрукая?! Овца тупая! Почему ложки в салате?! Мне плевать что мать тебя так учила! Гости что, должны этой ложкой как у вас с деревне накладывать его себе?!
После подготовки зала, заместитель командира базы занялся подготовкой речи и Закона. Именно так, с большой буквы. Новые времена требовали новых правил и ему, Валентину, выпала великая честь прописать первый Закон Нового Времени. И он постарался. Выложился на все двести процентов. Новая должность главного Законотворца и верховного судьи обязывала!
Выдохнуть ему удалось лишь к поздней ночи. Устало усевшись на кровать, мужчина еще раз прокрутил в голове план. Зал готов. Кухня уже кашеварит. Приглашения разосланы. Люди предупреждены. Музыканты репетируют… Что еще… Ах, да! Его китель! Китель слезно обещали приготовить к назначенному времени. Он решил отказаться от классического черного цвета и с позволения Правителя, как теперь стоило именовать полковника Резникова, выбрал себе в наряд белоснежный офицерский морской китель с брюками, украшенный лентами, золотыми погонами и настоящей, офицерской саблей. Его нашли на складе костюмов, принадлежавших театральной труппе, которая развлекала гостей во время долгого мореплавания каждый вечер, давая разнообразные концерты…
Праздник обещал быть пышным и ярким. Таким, как он его представлял. На это Валентин не пожалел ни своих, ни чьих бы то других сил, вложил все ресурсы… Даже… он опустил взгляд на свои руки, потер пальцем пятно засохшей, до конца не вымывшейся крови… Даже пришлось применить силу! Но теперь, он был уверен! Праздник точно будет достоин его величия!
Стянув туфли, пиджак, галстук и рубашку, Валентин блаженно завалился в теплую ванну, и мечтательно закрыв глаза, улыбнулся.
- Чуть-чуть! Еще совсем чуть-чуть… - прошептал он.
Скоро его мечта исполнится! Женщина, которую он уже давно хотел, вот-вот станет его женой, и он будет владеть ей всецело!