Боярышня Евдокия 4 (СИ)

— Ты при матери такое не скажи! И вообще держи язык за зубами.
— Да мне обидно за князя! Узнаю, кто ему так мерзко гадит, изведу!
— Не распаляйся, — осадил её дед. — Пойдём, Милослава уже вернулась к саням,и Ванюшка бежит. Я смотрю, вы с ним тут не успели замерзнуть.
— Ой, деда, нам жарко.
— Тем более поехали, а то сейчас жарко, а потом сопли.
Как назло из носа потекла водичка и Евдокии пришлось пошмыгать носом, прежде чем она достала платочек.
  
— Заедем на рынок за пряниками и в харчевню, — предложила она.
— А в харчевню зачем?
— Оплатить застолье Гаврилиной команде.
— Зачем?
— Ну, деда… хочется, чтобы у воёв был праздник. Они же на чужой территории победили.
— Как знаешь, но твои деньги не бесконечны. Твой Фьораванти заказ у Кошкина-Ноги сделал, тот посыльного прислал, уточнял оплатишь ли ты всё.
— Оплачу. Я ему уже говорила! Зачем он тебя беспокоит?
Еремей Профыч укоризненно посмотрел на внучку, но увидев Ванюшку, улыбнулся.
— Вот кто у нас лишней чешуйки не потратит! Рачительный хозяин растёт.
Дуня тяжко вздохнула, вспомнив, как она торговалась с братом за его помощь по координации болельщиков. Он требовал за руководство над ними два кулька пряников, но она напомнила ему, что скоро ей стоять за его команду и сошлись на одном прянике, но большом. Ей захотелось проучить Ванюшку, но ничего путевого в голову не приходило.
  
Глава 28. 
 
Евдокия проводила взглядом Петьку, гордо вышагивающего с тяжеленным ведром. Ей казалось, что его фигурка сейчас переломится, не выдержав ноши, но мальчишка шустро скрылся на мужской половине. Вскоре она вновь увидела его, спешащего к колодцу.
— Тебя опять наказали? — удивилась боярышня. — Неужто велели воду таскать?
— Не! То есть да, но не таскать, — просиял Петька.
— Это как же? — засмеялась она.
— Мне сказали помыть полы в княжьей горнице вместо Митрошки. Он ленится под кровать залезать и в углах грязь оставляет.
— Ого! Значит, твою работу при входе оценили и больше не гонят с княжьего двора?
— Ага! — кивнул Петька и, спешно поклонившись, побежал дальше.
Евдокия готова была сама взяться за уборку в княжьих покоях, лишь бы посмотреть, что там да как. Её расследование зашло в тупик. Она узнала массу интересного, но это нисколько не приблизило её к разгадке. Может, не хватало каких-то пазлов, чтобы картинка сложилась, а может,не хватало логического мышления.
Во дворе начали собираться мальчишки из команды брата, а вскоре появился дед, Ванюшка и Олежка.
— Орлы! Садись в сани! — скомандовал Еремей Профыч ребятне и те ринулись занимать места. На трёх санях до реки доехали с комфортом. Чуть позже подъехала боярыня Милослава, взяв с собой жёнок из княжьего двора. В руках у них были корзины с угощениями. Битва «Орлов» с другой детской командой «Лисами» вышла азартная. По мановению ручки боярыни Милославы женщины раздали ребятам пироги и памятные подарки в виде плетёных шнурков.
Когда чуть охрипшая от речевок Евдокия вернулась в княжий дом, то ей на глаза вновь попался Петька, но теперь у него на скуле разливался синяк.
— Митрошка? — с сочувствием спросила она его. Мальчишка сжал губы и отвернулся. — А уборка княжьих покоев за кем осталась?
— Убирается там Тихон, а меня только пол вымыть позвали.
— Так ты работу не потерял?
Петька вскинулся и сжав кулаки, воскликнул:
— Митрошке ни за что так не вымыть, как я старался! Я везде поскреб и начисто вымыл!
— Молодец. Когда в горнице чисто, то дышится легче, — похвалила она его, понимая, что мальчишка с гораздо большим удовольствием сбегал бы на речку, чтобы посмотреть турнир, но мужественно игнорирует эту тему.
Петька робко улыбнулся и согласно кивнул. Евдокия уже сделала шаг, чтобы идти дальше, но тут её осенило.
— Пётр, — торжественно и сурово обратилась она к нему, — мне нужна небольшая услуга от тебя.
— Коли по силам, то исполню, — с достоинством ответил он, вызывая у боярышни умиление.
— Давай-ка отойдем в сторонку, — предложила она. Мальчишка удивлённо взглянул на неё и напрягся.
Евдокии оказалось затруднительно изложить свою просьбу, и она начала издалека:
— Я,как и ты, люблю исполнять порученные мне дела со тщанием. Однажды, я познакомилась с удивительной лекаркой и решила, что перениму её знания. Прошли годы…
— И? — поторопил её мальчишка.
— Я не лечу людей, но умею это делать, — со вздохом произнесла боярышня, вспомнив, как складывала ноги Афанасию и поняла, что эта профессия не для неё. — А ещё я теперь вижу, когда человека опаивают.
Петька насторожился ещё больше и начал нервно переминаться.
— Я тебе это объясняю для того, чтобы ты понял, что в моей просьбе нет злого умысла. Наоборот, я хочу понять каким образом в княжьи покои попадает отрава.
— Что? — раскрыл глаза Петька. — Нашего князя травят?
— Тише ты!
— Но он жив-здоров…
Евдокия строго посмотрела на Петьку и шепотом пояснила:
— Его по чуть-чуть сводят с ума. Все подметили, что князь изменился, но никто не придаёт этому значения. А кому-то даже нравится, что с утра у князя можно просить чего угодно, потому как он необычайно добр.
— А днём ни с того ни с сего зол, — холодея от осознания происходящего, произнёс Петька.
О том, что днём к князю лучше не подходить, знала вся дворня, но никому в голову не приходило подумать, с чего вдруг такие перемены. На князя косились, затаивали обиду, кто-то подумывал о том, чтобы уехать, а кому некуда было деваться, приспосабливался и учитывал перемены в княжеском настроении.
— Ты всё верно понял.
— Мне тётка рассказывает про травы и грибы, — со вздохом пояснил мальчишка и тут же испугался: — Она ни при чём! Тётя Стеша ведает травами. Она приносит кипяток с кухни, заваривает ромашку и крапиву для ополаскивания волос, может медовую лепешку скатать, чтобы по телу ею пройтись…
— Тише, тише, чего ты так разволновался.
— А про грибы совсем ничего не знает! Чем хошь поклянусь! Тетка рассказывала про древних воинов, что те перед битвой грибы ели, чтобы бесстрашными быть, а сама она ничего не делает. Да и где бы она с ними возилась?
— Успокойся, — осадила мальчишка Евдокия. — Это хорошо, что ты про грибы слышал. А теперь вот подумай, рано или поздно отравитель добьётся своего, и все догадаются, что князя травили. Начнут искать виноватого  —  и на кого первого укажут? 
— На ведьму?
— Хм, пожалуй, что ты прав и ведьме достанется, но потом зададутся вопросом, а кто же в доме подносил отраву князю. Начнут всех подозревать и все примутся смотреть друг на друга с подозрением, а потом из страха обвинят твою тётку. Скажут, что ей травы ведомы.
— Но ведь это не она!
— А кто?
— Я не знаю, но это не она!
— Т-ш-ш, Петенька, не плачь! Я тоже думаю, что Степанида ни при чём, но за неё некому заступиться, а отраву князю подаёт кто-то очень хитрый. Поэтому я хочу, чтобы ты в княжьих покоях всё посмотрел и запомнил.
— Но как… там же Тихон за мной смотрит.
— Каким-то образом князь получает отраву рано утром.
— Но я прихожу позже и…
— Подожди, не перебивай. Князь уходит на заутреню, потом трапезничает, занимается своими делами. Ты приходишь, когда его горница опустеет. Я правильно понимаю, что Тихон уносит использованную воду, взбивает перину, складывает вещи…
— Да.
— Ты в это время моешь полы.
— Да.
— Я не могу попасть в княжьи покои и посмотреть, что там подозрительного, но ты можешь мне всё в подробностях описать.
  
— Как это? Я не понимаю.
— Придёшь ко мне и скажешь, что горница князя пять шагов в длину…
— Десять.
— Что десять?
— Горница князя продолговатая. В длину десять шагов, а в ширь шесть.
— Та-а-ак, попробуй прямо сейчас описать мне всё, что видел. Где стоит кровать, что рядом с нею. Какие предметы под рукой у князя.