Вызов принят (ЛП)

— На арахис.
— Запомнил, — улыбается он. — Да ладно, Элли, оглянись вокруг. Ты выросла в Нью-Йорке, ходила в модные школы. Все, что у нас было, — это мы сами.
— Ты был богаче меня, Джуниор.
— Это неправда.
— Да, это так.
Я делаю шаг назад, надеясь, что это скроет поток слез, которые так и норовят хлынуть из моих глаз. Годы подавляемых мыслей и чувств скапливаются в моей груди, но я борюсь с гормонами. Сейчас не время и не место для этого, и меньше всего я хочу проявлять эмоции перед Джуниором.
— Я стала актрисой только для того, чтобы сбежать от своей жизни. Стать кем-то другим — хотя бы ненадолго. Дело было не в том, чтобы быть замеченной, а в том, чтобы исчезнуть.
Джуниор замолкает и смотрит на меня сверху вниз добрыми глазами, в которых нет ни осуждения, ни раздражения.
— Я стал спортсменом, чтобы люди обращали на меня внимание.
Я останавливаю слезу, прежде чем она скатится. И снова мы обнаруживаем, что стоим на противоположных концах длинного спектра друг от друга, но я никогда не была в другом месте, которое имело бы столько смысла.
— Какая глубокая мысль, Джуниор Морган.
Он коротко улыбается.
— Как и твоя, Элиза Пирс.
— Извини… — Я отворачиваюсь. — Я не хотела поднимать эту тему… Мне просто захотелось поговорить, а ты стоял там…
— Эй. — Он кладет руки мне на плечи, чтобы притянуть к себе. — Тебе не нужно извиняться. Ты можешь поговорить со мной в любое время и о чем угодно. Вот почему я здесь.
На секунду я ему верю. Я верю, что все будет хорошо и что действительно могу рассказать ему все.
Второй момент проходит.
— Не позволяй им видеть твои слабости, — цитирую я. — Разве не это всегда говорит Кэри Пирс?
Он пожимает плечами.
— Ну что ж… Мне неприятно это говорить, но… Кэри Пирс — тот еще придурок.
Я смеюсь, и Джуниор притягивает меня ближе, заключая в крепкие объятия своими большими руками.
— А вот и она… — говорит он, реагируя на мою улыбку.
Я прижимаюсь к нему крепче, вплетая пальцы ему за спину, чтобы остаться там навсегда.
Его губы касаются моей макушки, и он вдыхает запах моих волос. Его руки слегка сгибаются, сжимая меня еще крепче, и я снова чуть не плачу.
— Нам нужно вернуться вниз…
— Что? — спрашиваю я, отстраняясь.
— Пока они не начали интересоваться, что мы здесь делаем…
Джуниор кивает, но его глаза говорят совсем другое.
— Подожди…
— Что?
— Ты сейчас действительно прекрасно выглядишь, и я не хочу упускать это время.
Он притягивает меня ближе и целует. Во мне растет счастье, и я цепляюсь за его страстные губы. Этот вкус, этот запах. Все в нем сводит меня с ума, как и всегда.
— Ты идеальна, Элиза Пирс, — говорит он.
Я хихикаю.
— Обещаешь?
Джуниор отступает на шаг и рисует крест на груди.
***
— ЭЛИЗА! ЭТО ТЫ?
Я засовываю бумажный пакет в свою сумку и прячу его подальше, закрывая за собой входную дверь.
— Да!
— Подойди на минутку.
Я стряхиваю с себя напряжение и натягиваю улыбку, прежде чем пройти на кухню.
— Привет, пап.
Он сидит за стойкой с чашкой кофе в одной руке и спортивным журналом в другой. Я кладу свою сумку на край стойки вместе со стопкой блокнотов.
— Где ты была? — спрашивает он. — Ты не пришла домой прошлой ночью.
— Да… Я, э-э… — Я подхожу к холодильнику и открываю его. — Я провела ночь на полу у Гранта, — вру я. — Я немного задержалась, делая домашнее задание, и сегодня мы ходили по магазинам.
Папа смотрит на тетради.
— Какое домашнее задание?
— Просто учу сцену для этой недели.
Он вынимает свободную страницу из блокнота, лежащего сверху, и я внутренне съеживаюсь.
— Почему у тебя домашнее задание Джуниора Моргана по математике?
Дерьмо.
— О… — Я продолжаю улыбаться и машу рукой. — У него возникли некоторые проблемы, и он попросил посмотреть, нет ли в нем ошибок.
Он поднимает бровь.
— Я и не знал, что вы друзья.
— Мы не друзья, — пожимаю я плечами. — Я имею в виду… мы не общаемся или что-то в этом роде. Должно быть, кто-то сказал ему, что я разбираюсь в математике, и он попросил меня помочь. — Я изучаю его холодные, строгие глаза. — Это нормально?
  
Он откладывает тетрадь.
— Конечно. Все в порядке.
Я прочищаю горло и хватаю свои вещи, стремясь избавиться от подозрительности в его тоне.
— Я буду наверху.
— Хорошо.
Я мчусь на третий этаж, крепко сжимая бумажный пакет, спрятанный в моей сумке, и жалуюсь на отсутствие замка на двери моей спальни.
***
ЕСЛИ ЗНАНИЕ — СИЛА, то этот момент не должен заставлять меня чувствовать себя такой слабой.
Все не совсем так, как я себе это представляла. Не уверена, что когда-либо представляла, но сейчас это довольно ярко. Этот неловкий взгляд в аптечном ряду, потому что ты чувствуешь, что кто-то наблюдает за тобой, но поблизости никого нет. Столько вариантов выбора. Как, черт возьми, может быть столько цветов и вариаций палочек, на которые ты писаешь?
А потом происходит это: самые долгие девяносто секунд в моей жизни, каждая секунда длится по меньшей мере в три раза дольше, чем должна была бы.
Мое сердце колотится о ребра так сильно, что становится больно. У меня звенит в ушах из-за того, что я напрягла слух, чтобы убедиться, что мой отец случайно не войдет.
Я никак не могу объяснить это ему прямо сейчас. Я с трудом могу объяснить это даже самой себе.
Мы были осторожны. Не так ли? Я уже и не помню, сколько раз мы это делали, сколько использованных презервативов осталось на дне мусорного ведра. Достаточно, чтобы один из них оказался дефектным; достаточно одной крошечной дырочки размером с булавочную головку, и сотни тысяч маленьких сперматозоидов доберутся до меня. Джуниор случайно не забыл надеть один раз? Нет, я определенно заметила бы это, и я не могу себе представить, что он сделал бы это тайком.
В любом случае, все это не имеет значения. Сейчас важно только то, что это произошло. Я стою здесь, прямо сейчас, в своей ванной, и держу в руках тест, который показывает, что я беременна. Две маленькие пересекающиеся линии, и моя жизнь полностью изменилась.
Я не могу иметь этого ребенка. Это факт. Я слишком молода для таких вещей. Я все еще учусь в колледже и очень хотела бы его закончить. А Джуниору это не нужно. Ребенок будет мешать ему осуществить свою мечту. Я не могу так с ним поступить.
Итак, я думаю, что есть только одна вещь, которую можно сделать.
Я замираю, ощущая призрачное прикосновение рук Джуниора к своим и то, какие чувства он вызывает у меня каждый раз, когда смотрит на меня.
По моему лицу расползается улыбка.
Я ношу ребенка Джуниора Моргана.
В моей голове вспыхивает образ, призрачная искра надежды. Джуниор стоит передо мной, не сводя глаз с комочка у себя на руках, и просто не может перестать улыбаться.
На секунду это самая теплая мысль, которую я когда-либо могла себе представить.
Через секунду я влюбляюсь в это.
Я должна защитить его. Даже если шансы так малы, как то, что этот ребенок сейчас внутри меня, я должна сохранить эту возможность.
Я сажусь на пол в ванной, смотрю на тест в своей руке и представляю идеальный нерушимый мир.
Глава 25
Джуниор
— ЭЛЛИ?
Она моргает и с удовольствием выдыхает.
— Что? Почему ты остановился?
Я смотрю на ее покрытое испариной лицо, ощущая пульсацию так глубоко внутри нее, что больше ничего не чувствую, но все же… я останавливаюсь. Если и есть что-то, что я узнал об Элизе Пирс, так это то, что ее мозг отключается во время секса. Она увлекается этим и полностью погружается в то, что испытывает. Очень редко ее отвлекают мысли, но прямо сейчас…
Ее здесь даже нет.
— Я спросил, ты в порядке? — Я спрашиваю снова.
— Да, — быстро отвечает она, кивая головой и напрягая внутренние мышцы, чтобы подтолкнуть меня к продолжению. — Не останавливайся.