Вызов принят (ЛП)

Он поправляет мои колени, притягивая меня ближе, чтобы выровнять нас.
— Если это правильно… тогда почему кажется таким неправильным?
Я стону, когда он входит в меня, растягивая каждым своим толстым дюймом.
— Это кажется неправильным… — Он входит в меня быстрыми, уверенными толчками, и я извиваюсь от удовольствия. — Это… о, черт, Джуниор, так приятно.
Он смеется.
— Это не твоя строчка.
— Мне все равно. — Я поднимаю колени, и он кладет их себе на плечи, как мне нравится. Его кончик прижимается к моему самому чувствительному месту, и я выгибаю спину на матрасе, извиваясь на нем.
Джуниор улыбается, глядя на меня сверху вниз.
— Нора, — продолжает он, продолжая делать резкие, последовательные движения, — мне наплевать, что думает твоя голова. Все, что меня волнует, — это то, что чувствует твое прекрасное сердце. — Он наклоняется, сверкая на меня своими лучшими мелодраматическими глазами. — Я чувствую то же самое, что и ты. Я тебя люблю. Я всегда любил тебя, с момента нашей первой встречи и отказываюсь отпускать тебя.
Я смеюсь от души.
— Ты гребаный выпендрежник!
Он смеется, выходя из образа.
— Я думаю, что, возможно, упустил свое призвание в актерском искусстве.
— Думаешь?
— Да.
— Не думаю, что ты, достаточно красив, чтобы быть актером, — поддразниваю я.
Он прекращает свои движения.
— О, это оскорбление, Элиза Пирс.
— Что ты собираешься с этим делать?
Его глаза сужаются, и он бросает на меня яростный, игривый мстительный взгляд.
— Ладно, тогда…
Я громко смеюсь, когда он хватает меня и переворачивает на живот.
Через несколько секунд он снова оказывается внутри меня, входит в меня сзади и прижимает к кровати. Я дрожу, ощущая тяжесть его тела на своей спине. Он сжимает мои волосы в кулаке и поднимает мою голову, подставляя шею для своих укусов, одновременно сильно и быстро входя меня.
Я обхватываю подушку под головой, постанывая в нее при каждом вдохе. Его губы касаются моего уха, а теплое дыхание щекочет позвоночник.
— Ты собираешься взять свои слова обратно? — дразнит он, входя в меня чуть сильнее.
Внутри горит огонь, готовый вот-вот взорваться. Я открываю рот, чтобы заговорить, но с моего языка не срывается ничего, кроме удовольствия.
— Элли… — он усмехается.
Он прекращает двигаться, и я стону под ним.
— Нет, продолжай.
— Возьми свои слова обратно, и я позволю тебе кончить…
Я недовольно стискиваю зубы.
— Сукин ты сын.
Он обвивает мою шею руками, поворачивая мое лицо к себе, чтобы поцеловать. — Возьми свои слова обратно, и я заставлю тебя кончить на мой член.
Я всхлипываю.
— Беру свои слова обратно.
— Какие именно?
— Ты красивый, — смеюсь я. — Рожден для сцены.
Он шлепает меня по заднице.
— Хорошая девочка.
Приятная боль пронзает мою поясницу, и я стону, когда он возобновляет свое господство надо мной. Через несколько минут я снова оказываюсь так близко, и он стонет вместе со мной, подводя меня к краю.
— Элли… Я хочу обладать этим упругим, маленьким телом. — Он крепче сжимает мои волосы в кулаке, и я загораюсь от глубокого рычания в его голосе. — Позволь мне владеть тобой…
Я стону, подпитываемая его идеальным, грязным ртом. Он берет меня за бедра и заставляет приподнять попку, вводя свой член глубже, и я задыхаюсь от дополнительного удовольствия.
— Прямо здесь… не останавливайся.
Он кусает меня за шею, оставляя на коже след от своих зубов.
— Я не остановлюсь, пока ты не кончишь на мой член, — дразнит он меня на ухо, — а потом я кончу тебе на задницу.
— Да! — Я стону.
Он обхватывает мой клитор двумя пальцами, потирая и трахая меня, пока я не начинаю мурлыкать, как чертов котенок во время течки.
— Ты моя, Элли, — стонет он. Я содрогаюсь от вожделения. — Скажи мне, что никто другой не вызывает у тебя таких чувств.
— Никто! — Я задыхаюсь, едва в состоянии говорить.
Оргазм овладевает мной, обрушиваясь на меня, как яростная океанская волна, и мне ничего не остается, как лежать и тонуть в нем.
Джуниор целует меня в шею, когда я кончаю, и тихо смеется мне на ухо, как он делает каждый раз, когда я подчиняюсь ему.
  
Я откидываюсь на подушку, и он отталкивается от меня, чтобы сорвать презерватив. Я чувствую, как его обнаженная головка касается моей задницы, с нее капает и она дрожит, когда он сжимает себя в кулаке.
Я вытягиваю шею, чтобы увидеть выражение муки на его лице, когда он кончает, наслаждаясь выражением, которое появляется на его лице. Струи его крови скользят по моей коже, и он оставляет теплые следы на моих обнаженных щеках.
Он издает последний стон и опускает свой член, позволяя ему подергиваться у бедра.
— Черт возьми, я люблю эту красивую задницу… — говорит он, снова шлепая меня открытой ладонью.
Я хихикаю.
— Она не так уж впечатляет.
— Никогда не преуменьшай свои сильные стороны. — Он наставляет на меня палец. — Даже если тебе придется притворяться.
Я съеживаюсь.
— Цитировать моего отца, наверное, не лучшее, что можно сделать после того, как ты кончил мне на задницу, Джуниор.
— Черт, ты права. Прости. — Он еще раз шлепает меня по попке, прежде чем встать с кровати и удалиться в ванную за полотенцем, чтобы вытереть меня.
Я лежу неподвижно, наблюдая, как блестит пот на его коже, когда он пересекает комнату.
— Ты действительно имел в виду то, что сказал?
Он берет теплое влажное полотенце и проводит им по моим ягодицам.
— О чем?
— О том, чтобы обладать мной?
— Я говорю это, потому что тебе нравится это слышать, — говорит он. — Не знаю, замечала ли ты, но каждый раз, когда я это говорю, ты кончаешь в считанные секунды. Я заметил.
— Но ты это имел в виду?
Он убирает полотенце и бросает его через всю комнату, легко попадая в корзину для белья в углу. Его взгляд скользит по моему телу, но он быстро отводит его.
— Я не знаю, что на это ответить.
Я переворачиваюсь на бок.
— Почему нет?
— Элли… — он колеблется.
— Ответь на вопрос, Джуниор.
— Да, конечно. Я это имел в виду, — выплевывает он. — Но никто никогда не сможет владеть тобой, Элли. Вот почему я этого хочу.
Я перевариваю услышанное и хмурю брови.
Последние несколько недель незаметно забираться в постель Джуниора Моргана и вылезать из нее, наверное, было не самой лучшей идеей. Я немного привязалась к нему, но никогда не ожидала, что он почувствует такую же привязанность ко мне.
— Послушай, — говорит он, не давая мне возможности отреагировать. — Не придавай этому значения. Того, что у нас сейчас происходит, для меня более чем достаточно.
Я отодвигаю разочарование в сторону.
— Правда?
— Да. Мне нравится веселиться с тобой. Нет причин, по которым это должно измениться.
Я киваю, играя свою роль.
— Согласна.
Он переводит взгляд на часы у кровати и вздыхает.
— Мне пора на тренировку.
— Надеюсь, я не слишком тебя утомила… — Я ухмыляюсь.
— Эх… — Он пожимает плечами. — Эта задница всегда того стоит.
— Что ты собираешься делать позже?
— Позже… — говорит он, доставая из ящика стола чистую пару нижнего белья. — Мне нужно подготовиться к завтрашнему тесту по математике.
— Тебе помочь?
Он смеется.
— Никакого реального обучения не будет, если я соглашусь на это.
— Достойное замечание.
Джуниор натягивает штаны и подходит к кровати, чтобы склониться надо мной.
— Но я уверен, что ты можешь заставить меня передумать, если у тебя будет подходящий стимул… — Он чмокает меня в плечо и движется вверх, касаясь губами моей кожи, пока не достигает моего рта.
Я касаюсь пальцем его подбородка, не давая ему поцеловать меня.
— Нет, ты прав. Нам нужно сделать небольшой перерыв. У тебя впереди тяжелые выходные, и тебе нужно сосредоточиться.
Его щеки становятся бледно-белыми.