Абсолем

— Несколько месяцев назад на лабораторию напали. Время было выбрано очень удачно, происходила пересменка охранников, и некоторое время в лаборатории находился только исследовательский состав: профессора, доктора и лаборанты. Никто не выжил. Все до единого были убиты с особой жестокостью, все файлы касательно исследований были уничтожены, все образцы исчезли…
Макс молча смотрел на Борджи, который рассказывал о гибели целой группы людей с неимоверным спокойствием, как о нечто обыденном.
— В тот момент группа работала над веществом, которое производили на основе сыворотки крови Дариуса. Натан Ор сумел синтезировать материал, который лишал демона его защитных качеств. Он назвал его веществом лимба. В течение минуты после введения вещества Дариус был уязвим для любого вида оружия. Как вас, как меня, его легко можно было уничтожить не только вайпером, но и хорошим ударом ножа. Однако мы не могли добиться стабильности вещества: через минуту, иногда на пару секунд дольше, Дариус вновь обретал свои защитные свойства.
Борджи внимательно смотрел на Макса, словно пытался понять, какое впечатления производят его слова. Он опять сделал паузу, прежде чем продолжить:
— За несколько дней до нападения Натан Ор сказал мне, что они близки к решению задачи. По его словам, стабилизация вещества была вопросом одной-двух недель.
Макс легко состыковал в голове все факты.
— Но каким-то образом вам удалось спасти несколько образцов, — полувопросительно проговорил он.
Глава Верховной Лиги кивнул:
— Их спас помощник Натана Ора, доктор Дерек Борджи. Он проглотил три ампулы с веществом лимба и застрелился, чтобы демоны не разорвали его тело и не повредили образцы.
— Борджи? — переспросил Макс.
— Мой сын. — Ни один мускул не дрогнул на лице Иеронима Борджи.
Он был совершенно спокоен. Макс пораженно молчал. Глава Верховной Лиги на сей раз не стал делать пауз и тут же продолжил:
— Я лично провел вскрытие и извлек ампулы с образцами, но они были совершенно бесполезны. Дариус исчез, ни одной формулы не сохранилось, лаборатория была полностью разрушена. Тогда был собран экстренный совет, на котором было решено передать три сохранившихся образца трём сильнейшим исследовательским лабораториям, чтобы они попытались восстановить формулу. В вашем колледже находится одна из них.
— И мы потеряли образец, — закончил за него Макс.
Иероним Борджи кивнул.
— Кому вы еще передали образцы?
— Один я отвез в Большую Московскую лабораторию, другой достался Лондонскому полицейскому колледжу.
Макс подался вперёд:
— Нужно предупредить их о возможной попытке похищения ампул.
— Уже, — проговорил Борджи.
— Уже предупредили?
— Уже поздно. Они также потеряли вещество. И в этом отчасти есть наша вина. Пытаясь сохранить тайну, мы не распространялись о степени важности образцов. Никакой дополнительной охраны не было. Мы были уверены, что, не создавая ажиотажа, мы тем самым защищаем вещество лимба.
В голове Макса рождались сотни мыслей, одна опережала другую. Он пытался свести их воедино и собрать общую картинку происходящего.
— Вы считаете, что среди демонов, которые проникли в колледж во время Бала Победителей, был этот Дино?
 
— Дино? — Иероним Борджи пристально посмотрел на Макса.
— Дариус, — исправился Макс.
Глава Верховной Лиги покачал головой:
— Не думаю. Безусловно, я верю в то, что среди тех красных рядовых был демон нового уровня, но, скорее всего, это был не Дариус. За последнее время мы получили ещё два сообщения о том, что люди видели красного рядового с оформившейся ротовой полостью. Один был замечен на севере Африки, другого зафиксировали камеры на острове Пасхи.
— Значит, они эволюционируют, — констатировал Макс, — и когда вы собирались объявить об этом людям?
Борджи легко выдержал его взгляд и спокойно ответил:
— Когда поставим производство вещества лимба на поток. Таков был план. В противном случае, возникла бы паника. Без вещества люди не готовы к встрече с врагом.
— Но теперь ваш план неисполним. Нужно предупредить людей, ведь ничего не подозревающие полицейские будут идти на врага с обычными вайперами.
— Нет, — твёрдо проговорил Борджи, — мы не можем вывалить на человечество знание про нового врага, не сказав, как от него защищаться. Паника и хаос лишь затруднят нашу задачу.
— Но ведь будут гибнуть люди.
— Это естественный процесс. — Голос Иеронима Борджи был совершенно спокоен и монотонен. — Во всех войнах есть неизбежные жертвы. Нужно смириться с этим.
Макс почувствовал, как кровь отхлынула от его лица. В ушах, словно набат, забила горячая пульсация. С трудом взяв себя в руки, он заговорил тихо, но внушительно, чеканя каждый звук:
— На протяжении всего своего существования Лига заставляла верить, что главная ее задача — безопасность людей. Вы насаждали эту мысль десятки лет, на это были направлены все ваши усилия. Вы сумели внушить человечеству уверенность в том, что во имя жизни одного вы готовы пожертвовать безграничными ресурсами.
Борджи продолжал смотреть на Макса сквозь пирамиду из ладоней. В его глазах появился интерес.
— Правильно, и это единственно верный вектор развития общественного мнения касательного Лиги. Другого быть не может. И мы успешно справляемся со своей задачей, если даже такой циник, как вы, поверил нам. А вы ведь прожжённый циник, не так ли, преподаватель Штайн? Видите ли, в чем дело, людям нужна уверенность в собственной безопасности, тогда они смогут спокойно существовать, выполнять свою работу, согласно социальному призванию, и воспроизводиться, согласно природной обязанности. Ощущение полной безопасности несёт истинный комфорт, и только в комфорте человеческая особь может полноценно функционировать. Мы даем людям этот психологический комфорт.
— Но если дело дойдёт до вторжения нового вида демонов, против которого у вас нет оружия?
— Тогда история повторится, что опять же приведёт нас к неизбежным жертвам среди населения. Я этого не отрицаю, но это, как я уже сказал, естественный процесс. Имиджевым агентам Лиги придется попотеть, но они справятся со своей задачей, поверьте мне.
Макс наконец-то отвел взгляд от Борджи. Лицо без каких-либо эмоций, не выражающее никаких чувств, спокойно рассуждающее о гибели людей, вызывало у него злость. И ему было трудно скрывать свое отношение.
— Я вижу, вы злитесь. Судя по всему, уже некоторое время вы не принимаете криодор, — проговорил Иероним Борджи, — а если учесть, что в вашем личном деле отсутствуют соответствующие пометки, то, скорее всего, вы в сговоре с вашим медицинским надзирателем. Что она вам колет? Витамин?