Сотня Жаждущих Мечей (СИ)

— Ты за всё время, поймал всего две тушки! — произнёс монах, тыкая пальцем в дерево, растущее на берегу, на котором висел прибитый кинжалом и исписанный подсчётами кусок бумаги. — Даже Фили, после тренировок с Юноной уже шестого грызуна смог догнать.
— Маленький змей, — тряхнув головой, гном со вздохом прыгнул за борт, где приземлился по колено в воду. — В нём течёт хорошая кровь и у него хороший учитель. На моей родине говорили про таких молодых людей так: «его основание крепко». Спустя годы, он будет стоять на ногах также уверенно, как гора, корни которой уходят на десятки километров под землю.
— Снова ты про свой мир, — произнёс монах и прыгнул вслед за гномом. — Ты вот так и не объяснил, зачем тебе туда? Ты столько лет здесь живёшь. Ты разве Корну не любишь? В твоём мире таких женщин нет.
— Нет, — кивнул в ответ гном, бредя по воде к берегу. — На самом деле, я уже и не знаю зачем мне домой. Просто, я почти целую жизнь прожил этой мыслью. А теперь, когда Корна стала меня игнорировать, осознал как я боюсь её потерять. Сложно всё.
— Ну может, если ты сегодня проявишь себя на бегах, вдруг она оттает? — весело хохотнул монах. — Умный мужчина, слушай совет глупого монаха, начни улыбаться и шутить, тебе свою даму завоевывать не нужно, она и так уже твоя, ты лучше верни ей улыбку! А для этого, просто веди себя глупо, как я!
Слова монаха имели смысл, ведь именно этот последователь обезьяны, выдумал больше всего нелепых способов догнать и поймать грызуна. В числе прочих, он единственный кто догнал грызуна используя вместо ног руки, прыгая за жертвой на одной ноге и что самое главное, единственный кто посмел прокатиться по песку, держа Бломбика за хвост. И каждый раз, его чудачества ненадолго развеивали мрачную атмосферу затворничества.
Выбираясь на берег, два собеседника остановились и дали одежде немного просохнуть. Их беседа была всё такой же неспешной, и в основном бессмысленной, как собственно и большинство разговоров между людьми на этом острове. Первую неделю все ещё поглядывали на небо, ожидая появления большой птицы, но мастер Ли не появлялся. Да и энергетические нити, ведущие к владельцу рабов, явно указывали на тот факт, что последователь дракона скорее постоянно удаляется от своих подопечных, чем приближается к ним. Когда это стало понятно, разговоры о будущем как-то резко приобрели негативные оттенки. Никому не хотелось думать о том, что же будет, когда близнецы достроят свой плот. Слишком уж многие на этом острове были привязаны к молодому воину и рабовладельцу.
— Корна? — удивлённо обратился гном к своей помощнице, которая подошла к дереву со счётом не со стороны берега, а со стороны леса. — Я думал ты в каюте всё ещё сидишь.
— Нет, ночевала на берегу, — холодно ответила она гному. — А ты? Решил слезть со своего корыта? Одного позора не хватило? Решил вновь попытать счастья в забеге? Смотри ноги до пояса не сотри, пока за единственным грызуном угонишься.
Отвечать гном ничего не стал, устал уже. Подобные издёвки от той кого он в тайне любит слышать было неприятно. У них с помощницей всегда были особенные взаимоотношения, но после случившегося, Мурин справедливо опасался что Корна уйдёт от него на другой корабль, стоит им только покинуть остров и добраться до цивилизации. По этой причине, гном переступил через себя и решился выставить себя дураком, в надежде что это хоть немного сбавит градус обиды в их отношениях.
— Сейчас начнётся, — оповестил всех старый Иф, которого все всегда просили выступать своеобразным судьей.
Мастер чакры, лично в забегах участия не принимал. Чаще всего он лишь отслеживал кто и сколько грызунов поймает. Он лично считал, что принимать ему участие не стоит, слишком велик разрыв в физических возможностях. Лишь раз, шутки ради, он за три минуты словил целый десяток крупных грызунов, но и то, после этого забегов не было два дня, ведь еды оказалось в избытке.
Постепенно, к месту начала забега подходили всё новые и новые люди. Кто-то со стороны сквадрона, где спало большинство людей, кто-то со стороны лесной опушки, где постоянно работали близнецы. К моменту, когда Бломбик уже начал гнать стаю, оповещая весь лес о начале охоты, у дерева со счётом присутствовали почти весь экипаж и команда сквадрона. Не было только одного из братьев близнецов, которые даже ради такой забавы, не уходили с работ все разом.
 
— Готовность! — выкрикнул старый Иф, когда на одном конце берега начались трястись кусты. — Помним правила! Под лапы Бломбика не прыгать, за хвост его не хватать! Фун, обезьянья морда, это тебя касается! Ящер обидится, будешь потом сам грызунов гнать!
Стоило только старому мастеру чакры закончить свою речь, как дальние кусты на самом краю берега затряслись так, словно сквозь них рвётся толпа. Что впрочем и было правдой. Ящер быстро научился гнать грызунов так, чтобы те как можно дольше бежали именно по берегу, а не через кусты. Так что выгонял он их на одной стороне берега, где путь был только в одну сторону, а с другой стороны была заводь. Глупые зверьки сами того не ведая, раз за разом шли по одному маршруту, так что люди знали что им предстоит буквально до самых незначительных мелочей.
— Первых пропускаем! — на всякий случай выкрикнул Иф, когда на берег вырвались самые крупные, а значит и самые быстрые самцы стаи. — Парис, я это тебе говорю!
Тигр не ответил. Островитянин больше других был привычен к островной жизни, но именно по этой же причине, он больше всех и томился от такого времяпровождения. Побывав в крупных городах, редко хочется обратно на клочок суши окруженный многими милями океанской воды. Ожидание скверно сказалось на характере тигра, поэтому один раз, он не послушал Ифа и прикончил самого крупного грызуна. Просто напрыгнул на него, повалив с лап. Трофей знатный, только вот оказалось, что первые самые крупные самцы, ведут за собой остальную стаю, а если их нет, то звери теряются и впадают в панику, начиная носиться кто куда.
Тем временем, стая начала проноситься мимо загонщиков, своими телами прикрывающих слабые места береговой линии, куда могли бы ускакать прыткие зверьки. Главарь стаи, крупный грызун, вобравший в себя телосложение земного кролика и размеры половозрелого кабана, с шумом пронёсся мимо. Сразу за ним, взметая песок пронеслась пятёрка крепких самцов. Теперь, даже начав ловить зверьков, они не будут сворачивать с пути, им не достанет мозгов прекратить бежать за лидером. Осталось только пропустить Бломбика, ведь прыгать ему наперерез будет только идиот.
— ФУН! — выкрик Ифа запоздал на пару долей жалкого мгновения.
Монах, в глазах которого горели огоньки азарта, рванул с места тогда, когда этого делать совершенно абсолютно не стоило. Масса стаи, насчитывающая немногим больше полусотни мелких особей, неслась вперёд от здорового ящера, что своим видом мог бы заставить мелких людских детишек начать заикаться. И монах, в жилах которого текла бесшабашность покровителя обезьяны, не удержался и прыгнул прямо загонщику наперерез.
Момент прыжка заставил всех затаить дыхание. Тело Фуна ни много ни мало прошло в паре сантиметров от занесённой над землей лапой ящера. Резкий перекат, и вот дурной на голову монах встаёт с другой стороны, почти у самой кромки воды. Победоносно воздевая грызуна, которого он поймал самыми кончиками пальцев, Фун что-то кричит, но его крик тонет в писках остальной стаи и яростном клацанье челюстей ящера.
— Пошли! — выкрикнул старый Иф, стоило только ящеру пронестись мимо всех загонщиков. — Эй, Фун!
— А? — обернулся монах, не успев побежать вслед за остальными загонщиками.
— Ты неимоверный идиот! — кивнул старик на грызуна, которому монах забыл свернуть шею прежде чем кинуть на песок. — Лови свой трофей балбес!
Заливистый смех старика донёсся до всех участников забега, но им было абсолютно не до того, каждый был сосредоточен на своей цели.
— Фили, — держась чуть сбоку от бегущей стаи, Юнона легко держала темп, выискивая удобную цель для своего ученика. — Болас на того что с разорванным ухом. Давай!