Заставь богов смеяться (СИ)
«Ну, и кто тут говорил об игре в команде?», — мрачно подумала она. Ей не понравилась улыбка, больше похожая на оскал раненого хищника, которая появилась на губах ее напарницы, когда та взялась вызвать огонь на себя.
— Пожалуй, соглашусь с ней в этом вопросе, — промурлыкал Смит, провожая взглядом покачивающую бедрами Кэролайн, соблазнительно-медленной походкой направляющуюся к столу, где ужинала царская семья.
Эмили молча скрипнула зубами. Она даже не сразу обратила внимание на то, как нежно сжимает ее ладонь рука Уолта, а когда поняла, то разозлилась сразу и на Уолта, и на Смита, потому что и тот, и другой думали о чем угодно, но только не о деле.
Именно этим оправдав свое неожиданное раздражение, она вытащила руку из объятий Уолта и сосредоточила все внимание на Кэролайн.
Та уже пересекла залу и неспешно приблизилась к критскому царю. Затем она оперлась руками на крышку стола и немного наклонилась к Миносу, что-то таинственно шепнув ему на ушко. Локон выбился из прически Кэролайн и упал ей на лоб, и та с невинной обольстительностью откинула его назад. В этот момент она действительно напоминала богиню любви — Афродиту: женщину, знающую о своей красоте и умеющую пользоваться ею, женщину с пламенем в душе, женщину, которая готова и согреть, и спалить дотла своей страстью того, на кого падет ее выбор.
И эту перемену заметила не одна Эмили. Нахмурив брови, Уолт скрестил руки. На его лбу пролегла глубокая складка. Эмили куснула губу и перевела взгляд, чтобы увидеть реакцию Смита, но тот уже вновь затерялся в толпе гостей.
Эмили отвлеклась на поиски проверяющего, поэтому ошарашенно замерла, услышав первые аккорды незнакомой, но чарующей мелодии. Она вздрогнула и медленно подняла взгляд, чтобы удостовериться в своей догадке. Посреди залы, на невысоком стуле, как на троне, сидела Кэролайн и мягко перебирала длинными пальцами струны арфы. Льющаяся музыка была прекрасна сама по себе, но когда Кэролайн открыла рот и запела, то весь зал, наполненный гостями, замолчал, ошеломленно вслушиваясь в нежный, волшебный напев. У Кэролайн оказался не просто приятный голос, это был поистине дар Божий. В ее голосе чистота и нежность невероятным образом перекликались с силой и твердостью, само его звучание завораживало, в нем были обещание и угроза, любовь и ненависть, смирение и мятеж… В свободно звучащей песне, слов которой мало кто мог разобрать, слышались надломленность и боль мечущейся души. Это не было похоже на соблазнительную песню сирены, но завораживало, пожалуй, еще сильнее, потому что поющая женщина была не похожа на ангела, но именно этим она и притягивала взгляд. Она была настоящей, со всеми своими противоречиями, обычный человек из плоти и крови. Она манила и покоряла, как и ее музыка, задевающая за живое каждого зрителя своей искренностью.
Эмили пришлось моргнуть несколько раз, чтобы избавиться от наваждения.
«У каждого из нас есть свои секреты, но такого «скелета» в шкафу Морган я точно не ожидала…», — ошарашенно подумала Эмили и толкнула локтем заслушавшегося Уолта.
— Посмотри вот туда, — шепнула она и мотнула головой, обозначая направление.
Многочисленные гости подошли к Кэролайн поближе, образовав своеобразный полукруг из зрителей. Среди восторженных слушателей оказался и Минос, который прожигал перебирающую струны арфы Кэролайн многообещающим взглядом. Рядом с ним испуганно жались Пасифая и Федра. Чуть подальше высился Тесей, на лице которого застыла странная, почти влюбленная улыбка.
Стол царской семьи остался практически пустым, за ним остались сидеть лишь Ариадна и Дедал. Именно на них и кивнула Эмили.
К Дедалу приблизился Смит и, обронив пару фраз, исчез в дверях, ведущих в коридоры дворца.
— Думаешь, срабо… — Уолт не договорил, заметив, как главный изобретатель Крита встал со своего места и поспешно покинул зал. Минос был слишком занят импровизированным концертом и своей, видимо, расшалившейся фантазией, чтобы обратить внимание на что-то еще.
Эмили импульсивно дернулась, готовая броситься за Дедалом, но тут боковым зрением она заметила мелькнувшую тень — Ариадна незаметно пробиралась к выходу. Поколебавшись мгновение, Эмили приняла решение:
Уолт, — горячо зашептала она, рефлекторно вцепившись в хитон напарника, — проследи за Дедалом, а я последую за Ариадной. Девчонка не так проста, как кажется.
Уолт пару секунд не сводил внимательного взгляда с ее руки, сжимающей его плечо, затем тяжело вздохнул и уточнил:
— Почему ты не хочешь, чтобы я проследил за Федрой? Дедала взял на себя Смит.
«Потому что я не доверяю Смиту! А с Федрой все равно ничего не выйдет!», — ей хотелось закричать, но вместо этого она продолжала молча смотреть на Уолта. Наверное, со стороны они были похожи на влюбленную пару — слишком уж близко стояли друг к другу.
— Я объясню, но не сейчас.
— Это так важно для тебя? — сдаваясь, спросил Уолт.
— Да. Доверься мне.
— Хотел бы я то же самое сказать тебе… — рассеяно пробормотал он и кивнул: — Хорошо. Присоединюсь к Смиту, прислушаюсь к голосу твоей интуиции.
— Спасибо. Ты настоящий друг, — искренне проговорила Эмили и поспешила в том направлении, где несколькими минутами ранее исчезла Ариадна.
Она была настолько поглощена своими мыслями, что едва расслышала слова Уолта, негромко брошенные ей в спину:
— Не уверен, что хочу быть только им…
***
«А вот Смит никогда бы не поступился делом ради личного интереса», — мысль со скоростью света промелькнула в голове Эмили и изрядно разозлила.
«Что за блажь — сравнивать этих двоих, да еще и в таком странном ключе, Бриг?»
Эмили практически бежала по коридорам, стараясь не запутаться в многочисленных закоулках и тупичках. Ариадна не могла уйти далеко, а внезапно появившаяся злость на саму себя только придавала пыла, заставляя продолжать поиск.
Впрочем, ее пылу было не суждено пропасть зря. В одном из закутков темного коридора ей навстречу вышли трое воинов. Эмили сразу определила их класс, наметанным глазом отмечая и натренированные фигуры, и четкость движений, и слаженность действий. Во всяком случае в угол они ее загоняли вполне профессионально, отрезая все пути к отступлению. В руках мужчин сверкали острые кинжалы, но они не торопились пускать их в ход. Видимо, добыча казалась слишком легкой, чтобы прибегать к оружию.
«Недооценить врага — это всегда ошибка».
— Что происходит? Я зашла в запретную для гостей часть дворца? — голос Эмили источал дружелюбие, но попытка решить дело миром не увенчалась успехом.
Один из воинов хохотнул и, не размениваясь на объяснения, подскочил к ней и притянул к себе, схватив за руку.
— Красивая афиняночка… Волосы — чистое золото, фигура просто загляденье. Все равно ведь завтра умрешь, так давай повеселимся перед этим? — мужчина плотоядно улыбнулся и обдал Эмили несвежим дыханием. Она поморщилась и решила, что, пожалуй, с нее хватит.
Да, трое против одного — это, конечно, нечестно. Трое вооруженных воинов против одной безоружной женщины — это просто несправедливо. Но только вот Эмили не была просто безоружной женщиной. Она была безоружным агентом полевого отряда Экспедиторов, и это меняло весь расклад.
Прежде всего Эмили, не вырывая свою правую руку из захвата, левой хорошенько врезала своему противнику сначала кулаком в нос, так, что из него брызнула кровь, а затем уже ребром ладони ударила по горлу, что заставило его ослабить хватку и разжать пальцы. Освободившись, Эмили действовала уже решительнее, полностью включившись в схватку. Мощный удар апперкотом в подбородок одному воину, резкий разворот, уход от разрезавшего воздух кинжала, быстрая подсечка, короткий рывок, и вот она уже выбралась из угла, а значит, имеет возможность для маневра. Молниеносная атака, проведенная в солнечное сплетение и пах, вывели из игры одного нападающего, серия ударов под ребра и один верный под голень заставили второго противника упасть и выронить из руки кинжал. Эмили оттолкнула оружие ногой и продолжила сражаться дальше. Холодный металл, царапнув каменный пол, проскользнул по бесконечному коридору и, блеснув напоследок, исчез под щелью одной из закрытых дверей. Последний воин запаниковал и сам совершил ошибку: наплевав на тактику, он решил выиграть бой за счет силы и просчитался. Попытка тарана выглядела жалко, хотя могла стать вполне успешной, отреагируй Эмили менее стремительно. Вместо того, чтобы оказаться прижатой к стене с приставленным к горлу кинжалом, Эмили с ловкостью кошки ушла от столкновения и оказалась за спиной нападающего, повиснув на его шее. Несколько секунд пришлось потратить на то, чтобы найти нужные болевые точки, за это время ее противник успел выбросить руку назад и задеть край ее хитона, скрепленного на плече брошью, острием кинжала. Но это последнее, что он успел сделать. Закатив глаза, грузный мужчина, превышающий ее и по массе, и по росту, медленно осел на пол.