Орион Реликвий (СИ)

— Нападут?
— Ты совсем ничего не понимаешь? — мимику ее я не видел, но в голосе явно улавливал раздражение. — Меня убьют, тебя будут пытать, одержимый ты или нет. Поэтому, пройдут, и мы медленно ползем к лесу, ясно⁈
Разумеется, ясно. Но ты еще не видела, мою технику ползания. Я в окопах и в песках с такой скоростью двигался…
Когда люди прошли, я бесшумно двинулся вперед. Раз за разом, приближаясь к лесной кромке, я набирал скорость и полз, в целом, как ящерица, так же извиваясь, подталкивая себя как ногами, так и руками.
Варвару, к слову, мне пришлось ждать целую минуту, и уже после, когда она появилась рядом со мной у ствола дерева, мы одновременно побежали в сторону академии. Надо было вернуться и сделать вид, что ничего не произошло раньше, чем начнется осмотр леса этой мутной компанией.
Я не представлял себе, за каким чертом лекарю нужна была жаба, но и в целом, знать не хотел. Отныне нас с Варварой объединял общий секрет. Она — жрет все ходячее, а мне нужно якобы лекарство, которое с ее помощью я могу добывать.
Ну, почему якобы? По идее, это и есть лекарство, точнее, пилюля, снимающее симптомы болезни.
* * *
— Паскуда, — лекарь ударил клетку ногой. — Тварь, — ударил клетку рукой. — Сука! — последнее он взвизгнул и вместо удара, плюнул на остатки монстра. — А вы, сволочи! — повернулся к студентам, злобно щурясь. — Что, не додумались оставить кого-то, чтобы следить за монстрами?
— Я это… — замялся Эдик. — Подумал…
— Ты думаешь только одним местом, — жестко прервал его Всеволод Владимирович. — И этим же местом срешь. Так может, в туалет ходить не нужно, чтобы мозг лишний раз не напрягать⁈
Эдику не было дано понять, что имел в виду лекарь. Но он на всякий случай тут же вжал голову в плечи, чтобы не прилетело.
— А ты, девочка, — повернулся к блондинке. — Казалась мне умнее всех остальных. Почему ты за этих двух идиотов прячешь свой ум? А? Вот тебе же сто процентов, пришла в голову идея, оставить кого-то для охраны!
— Пришла, — еле слышно ответила блондинка. — Но последняя идея, — она указала рукой на клетку. — Вызвала у вас смех и шутки в мою сторону. Вот я решила не блистать…
— Боже! — громогласно рявкнул лекарь. — Послал мне бог трёх дебилов. Один, кроме, как о своей жопе, не о чем не думает. Второй потакает ему, а третья, вроде б и умная, но каким-то образом оказалась тупее их вместе взятых!
Череда оскорблений, как и словарный запах лекаря на этом не иссяк. Он распинался до тех пор, пока студенты не убрали следы преступлений. Пока не зарыли клетку и в целом, он получил нужную отдушину, сорвавшись за все неудачи на этой троице.
Лупя Эдуарда позже, в стенах академии, слушая как тот повизгивал от порки, он представлял себе, как Бобров Константин ложится в гробик, и он сам, радостно облизывая усы, собственноручно закапывает нерадивого недоумка.
Который до сих пор не сдох!
* * *
Проблема была не только в том, чтобы что-то сотворить с этой жижей, на которую я смотрел все утро, а где это сделать. Вспоминая, а точнее, прочтя методичку, которую я сам себе нарисовал, мне нужен был огонь и что-то… физическое. Не знаю, камушек или травинка… догадок не было.
Учитывая, что сегодня была суббота, а в это время студенты либо уезжали домой, либо ходили на дополнительные занятия, я хотел сесть на уши Мефодию со своими расспросами. Только вот, я его с утра не обнаружил в своей комнате. Благо, что наткнулся на него в столовой, когда пошел завтракать.
Он сидел в компании какой-то странной барышни, с грязными, как мне казалось, черными волосами, с большими очками на носу и какой-то странноватой улыбкой.
Девушка Победы? Быть того не может! Или, может?
«Сладкая парочка» сидела тихо, без особых звуков и как мне показалось, Мефодию не особо нравилась такая компания. Он то и дело что-то вяло отвечал и косился по сторонам, словно ему было стыдно от такой компании.
— О, Мефодий, — радостный, театрально, разумеется, я подошел к столику и сел напротив парочки. — Куда утром-то пропал? А то все искал тебя и искал, а ты словно сквозь землю провалился.
 
— Тренировался, — как-то скромно заявил он. — А что⁈
— Да спросить хотел, — улыбнулся я. — Вот по выходным некоторые студенты уезжают в дома. Да?
— Да, — сухо ответил он, но в глазах появилась благодарность, что я избавляю его от этой странной девушки. — Ты домой хочешь?
— Не в бровь, а в глаз! — улыбнулся я. — Как мне уехать отсюда?
— Да все просто, — послышался тихий голос со стороны девушки, она начала пялиться на меня так, словно я был куском хлеба, а она нищенкой. — Идешь в корпус связей, пишешь заявку и тебе дату расписание рейсов. Тебе же во второй контур, да? — она покоилась на мою эмблему. — Тебе просто нужно в любом случае заполнить заявление, чтобы официально покинуть территорию заведения.
— В первый, — ответил за меня Мефодий, раздражаясь только от ее голоса. — Пойдем, покажу.
Девушка явно не ожидала такого быстрого ухода двух потенциальных слушателей. Она, только было, раскрыла рот, но Мефодий уже вскочил и резким кивком указал мне направление. А как он быстро перебирал ножками… лишь бы поскорее свалить отсюда.
И уже на улице начался допрос с пристрастиями.
— Твоя девушка? — улыбаясь, спросил я. — Как звать?
— Сплюнь! — он резко остановился, повернулся ко мне с глазами полного ужаса. — Она не нравится ни мне, ни моему второму я!
Мда… опять шизик показывает нутро.
— Она опасная и странная! Очень странная! — в его глазах читался не притворный испуг. — Пристала ко мне как банный лист, да давай расспрашивать, много ли одержимых тут водится, кто последним заключал контракт с оружием и все в том же духе!
— Так, может, выделиться пытается или просто не знает, как поддержать разговор? — предположил я. — Или вовсе, убийца, как Юля Потака. Чего так паниковать-то?
— Она первый день здесь! Понимаешь? — злобно пробормотал он. — Я что-то не слышал, чтобы испытания вчера были, а она уже с эмблемой ходит!
— Может, болела? — опять предположил я. — Или там, в отпуске была?
— Ее здесь никогда не было, — зашипел он. — А ее вопросы вызывают у меня только подозрения на ее счет. Вынюхивает здесь что-то… да, Мефодий?
Вот это я слышал впервые. Худющий паренек с лицом безумца, прямо сейчас, прямо передо мной, начал разговаривать сам с собой! Да еще и меняя интонации! Охренеть!
— Не думаю, — голос Победы был глухим. — Охотница может?
— Дрянь она, а не охотница, — голос Мефодия стал обычным. — Ты не слушай, что говорит Костя, он немного не в себе. А эта… сволочь в очках, нюхает, что-то тут, спрашивает. Преследует с самого утра, хотя я ей сказал, что не хочу ни с кем общаться.
— Просто у тебя слишком броская внешность, — голос вновь стал глухим. — Тебя многие здесь считают красавчиком, прими это.
Сука! Я еле сдерживался, чтобы не заржать от этого цирка. Нет, про внешность я ничего говорить не хотел, как бы каждому свое, но этот театр… одного актера.
— Ладно, — Мефодий вернулся в прежний образ. — Пойдем, покажу тебе, что и как надо делать.
* * *
Если бы не Победа, я бы, скорее всего, невысокую, одноэтажную хибару за высокими кустами, хрен бы нашел. Неуютное, но модное здание, с причудливой женщиной за стойкой, встретило меня убийственным запахом хлорки. Запах, который я не перепутаю ни с чем.
— Вы постираться пришли? — она даже не поздоровалась. — Ох, ты!
После ее радостного возгласа Мефодий съежился, а я стал обладателем еще одной тайны этого шизоида.
— Мефодий! — она широко улыбнулась. — Скажи-ка мне, касатик, а где трусы сорок восьмого размера, да черные носки, которые висели на бельевой веревке еще вчера?
— Ну… — замялся он. — Наверное, у вас!
— А вот и не угадал! — старушка, к слову, оскалилась и быстро выбежала из-за стойки, да так, что Победа и дернуться не успел.