Кузнец (СИ)

— Свои мечи оставьте, — я указал на два аккуратных свёртка. — Сегодня используете эти.
Ваня нахмурился, его шрам над бровью побелел от напряжения:
— Идти на бой с непроверенным оружием?
Его опасения были понятны – довериться незнакомому клинку в бою равносильно самоубийству. Но обстоятельства не оставляли выбора, да и я лично проверил каждый экземпляр в ходе испытаний.
— За восемь лет я вас подводил? — спокойно спросил я, зная ответ.
Они переглянулись и молча забрались в заказанную мной карету. Путь проходил в тишине – годы дружбы научили их терпеливо ждать моих объяснений.
Когда карета остановилась у особого входа, миновав обычные ворота для гостей, один из четырёх стражников грубо рявкнул:
— Кто такие?
— Кто надо. — я невозмутимо протянул пропуск, краем глаза замечая, как напряглись мои спутники.
Стражник небрежно взял бумагу, но, пробежав глазами по строчкам, заметно побледнел.
— Прошу простить мою дерзость, господин.
— Мы опаздываем.
Остальные стражники, заметив реакцию товарища, поспешно распахнули ворота и вытянулись по струнке.
— Мне это сейчас померещилось? — прошептал Женя, его обычная уверенность дрогнула.
— Господи! — Иван закрыл лицо ладонями, но в его голосе звучало больше страха, чем любопытства. — Во что мы ввязались?
  
Глава 10
 
Величественная арена возвышалась перед нами, словно древний колосс. Её открытие месяц назад превратилось в грандиозное зрелище — маги огня расцветили небо каскадами искр, а присутствие более сотни высокопоставленных лиц из всех знатных семей Севастополя превратило церемонию в демонстрацию силы и влияния. Сегодня же, в день первых официальных поединков, количество именитых гостей превзошло все ожидания — представители всех округов съехались засвидетельствовать историческое событие.
Масштабы арены впечатляли настолько, что найти Владимира самостоятельно казалось безнадёжной затеей. В секторе для знати, где я находился, грациозно скользили между гостями девушки с подносами, разнося изысканные напитки и закуски. Мой взгляд остановился на одной особенно привлекательной официантке.
— Девушка, без вашей помощи мне не справиться. — произнёс я, подходя ближе.
Она окинула меня оценивающим взглядом, и лёгкая улыбка тронула её губы — явно решила, что я собираюсь флиртовать. Грех было не отметить её достоинства: пышный бюст, стройные ноги, точёная фигура. Но дело превыше всего. Сглотнув набежавшую слюну, я достал пропуск.
— Виноградов Владимир, — зачитал я, развернув документ к ней. — Я здесь по его приглашению.
— Прошу прощения, Михаил, надо было сразу сказать… — её щёки мгновенно порозовели.
— Моя вина, — я театрально приложил руку ко лбу. — Зато теперь вы знаете моё имя, а ваше — нет.
— Ал-лёна. — пролепетала она, слегка заикаясь от смущения.
— Будьте моим путеводителем, — я легко коснулся её спины, отчего она вздрогнула, но послушно повела меня вперёд. — И я ваш должник.
После нескольких незатейливых комплиментов и лёгкой беседы мы достигли цели. Распрощавшись с девушкой, я направился к Владимиру, восседавшему в вип-ложе.
— Спасибо за пропуск. — протянул я руку для приветствия.
— Это тот самый юноша, о котором я говорил. — Владимир ответил крепким рукопожатием и тут же повернулся к своему компаньону.
Я внимательно изучил нового знакомого: лет сорока пяти, плотного телосложения, с намечающимся брюшком. Особое внимание привлекли перстни с магическими камнями — по два на каждой руке. Стихии воздуха и огня — классическое сочетание для атаки и защиты. Такие украшения стоили целое состояние, о котором я пока мог только мечтать.
— Не вижу ничего особенного. — процедил Аркадий, даже не пытаясь скрыть презрение.
Его реакция не удивила — встреча с Владимиром произошла лишь благодаря спасению Тани. В любой другой ситуации такому, как я, указали пинком бы на дверь. Но сейчас за меня поручился уважаемый человек, и это давало право преподать урок зазнавшемуся аристократу.
  
— Златовласов Аркадий, если не ошибаюсь? — произнёс я с едва заметной усмешкой.
Владимир улыбнулся, наблюдая за замешательством приятеля. Ещё бы — откуда простолюдин мог знать о нём? Жёлтая пресса и тщательно собранные сведения сослужили хорошую службу — информация о влиятельных людях всегда может пригодиться.
— Даже спрашивать не буду, откуда такая осведомлённость, — Владимир похлопал меня по плечу. — Он вызвался участвовать в поединке класса без дара.
— Смелое решение, — Аркадий растянул губы в снисходительной улыбке. — Я бы сказал, самоубийственное.
Владимир, умудрённый опытом ошибочных предсказаний обо мне, начал было возражать, но я перебил его: 
— Я не буду сражаться.
Лицо Владимира исказилось от гнева, голос зазвенел от едва сдерживаемого возмущения: 
— Ты хоть представляешь, чего мне стоило внести тебя в список? Как я теперь буду выглядеть перед всеми?
— Я предупреждал — на безродного мальчишку рассчитывать, себя не уважать, — Аркадий явно наслаждался ситуацией. — А замену за такой срок не найти.
Его слова были рассчитаны на то, чтобы подлить масла в огонь, но он даже не подозревал, что играет по моему сценарию.
— Я ему то же самое говорил, — протянул знакомый голос. Из-за колонны появился Пётр, демонстративно заложив руки за спину, будто прогуливающийся аристократ в саду. — Но он никого не слушает, когда дело касается Михаила.
Полтора года тренировок заметно преобразили его физически, но надменность осталась неизменной, словно родовая печать. Помню, как в начале обучения он не упускал случая поддеть меня за незнание простейших вещей. Только последние полгода такой возможности у него не было — моё упорство превзошло его лень, и теперь он довольствовался ролью середнячка.
Владимир нервно забегал глазами, его пальцы непроизвольно теребили край дорогого костюма. Я видел, как лихорадочно он перебирает варианты выхода из ситуации.
— Владимир, — я положил руку ему на плечо, намеренно понизив голос до успокаивающего тембра. — За всё время нашего сотрудничества я вас ни разу не подводил. У меня два бойца, просто ещё не решил, кто именно выйдет на арену.
— Ты про своих недалёких дружков? — Пётр разразился истерическим хохотом, запрокинув голову. — Лучше вообще никого не выставлять!
Владимир побагровел от ярости, готовый разразиться гневной тирадой, но я опередил его:
— На кону репутация твоего отца, а значит, и твоя, — мой холодный взгляд впился в Петра. — А у тебя везде личные счёты и смехуёчки.
По его лицу пробежала волна эмоций — от злости до обиды. Осознание, что в пылу личной неприязни он фактически высмеивал репутацию собственного отца, заставило его прикусить язык.
Мне же его подколы были как слону дробина — нервы, закалённые годами тренировок, давно стали железными. Да и обучал я его исключительно по договору.
— Учти всё же — другой боец выступает от рода Бариновых, — Владимир понизил голос до шёпота. — Даже тебе было бы непросто его одолеть.
— Главное, у него нет никаких сил, — я ободряюще сжал его плечо. — Перед началом вернусь сюда.
Ваня с Женей, стоявшие поодаль, слышали каждое слово. Их лица побледнели, боевой дух испарился, оставив лишь страх и чувство унижения. Мы спустились под трибуны, где располагались комнаты для подготовки бойцов.
— Я же говорил, что этого выродка не нужно было ничему учить. — процедил Женя, сжимая кулаки от бессильной злости.
— Как вообще можно одолеть бойца Бариновых? — Ваня схватился за голову, его голос дрожал. — Их глава — мэр города!
Внимательно оценив состояние обоих, я принял решение. Женя, хоть и уступал Ване в физической силе, сейчас был более собран. Ваня же, несмотря на превосходство в мощи, слишком глубоко погрузился в свои эмоции.
— Женя, твой выход, — я протянул ему два меча, рукояти которых тускло блеснули в полумраке. — Готовься.