Остров (СИ)

Бен Палмер добрался до берега без приключений. Всё это время он вспоминал девушку-мага, её испуганные глаза, когда пистолеты не сработали, и то, как слёзы текли у неё из глаз, когда он ковырялся ножом в её ранах. Колени — сложный сустав, тут не просто магом надо быть, а отличным врачом, чтобы срастить всё как было. Но в магах Бен разочаровался, какие-то они хилые оказались, почти не сопротивлялись. Решение оставить пистолет было спонтанным, но очень удачным, как ему теперь думалось. Кто-нибудь из его компаньонов напорется на девушку, и будет считать, что он в безопасности. И на одного или двух конкурентов станет меньше.
Его жертва, рыжий тощий парень, сидел на берегу, кидая камушки в воду. Бен прицелился, но потом решил, что нельзя просто так убить этого доходягу, надо, чтобы тот помучился.
Виктор Лапорт сам повернулся к нему.
— Эй, — сказал он, — вы пришли нас убить или спасти?
— Убить, — честно ответил Бен.
И почувствовал, как удар едва не сшиб его с ног. Первый камень размером с кулак попал в грудь, а потом на Палмера обрушился дождь из мелких камушков, Лапорт метал их, не вставая с места. Камни летели они в основном в шлем. Забрало Палмер откинул, когда шёл, и сейчас пожалел об этом, щёки и губы были разбиты в кровь буквально за несколько секунд. Миролюбивое настроение тут же его покинуло, Бен выстрелил не целясь несколько раз, но музыканта уже не было на месте, он бежал вдоль берега, забирая к зарослям.
Минковский не стал ждать, когда китаец досчитает до пятидесяти. Он бросился к мёртвому чужаку, обыскал его, проверил пистолеты — два тридцатизарядных глока, в карманах нашёл две запасные обоймы. Оружейный магазин достался ему в наследство совсем недавно от умершего брата, как вставлять обойму и нажимать на курок, он знал, а вот практики не хватало. Любой практики — если после работы в офисе лежать на диване, то навыки выживания будут только теоретическими. Пятьдесят секунд — слишком мало, чтобы убежать, Минковский подумал было спрятаться за тело и стрелять в китайца, пока не попадёт, шестидесяти выстрелов должно было хватить, но вовремя одумался. Подхватил пистолеты, и побежал к зарослям. Сегодня бег давался ему гораздо легче, чем вчера. И вообще, чем когда-либо.
Чжоу честно досчитал до пятидесяти, громко, чтобы толстяк его слышал, покачал головой — этот Минковский бегал как-то слишком резво для своей комплекции, и не торопясь пошёл за ним. Жертва будет паниковать, спотыкаться, пытаться найти укрытие, и в конце концов подставится под удачный выстрел, а потом ещё под один, Чжоу решил, что не будет его слишком долго мучить.
Салливана отбросило на несколько шагов — зажигательный снаряд был увесистым и обладал высокой начальной скоростью, на таком маленьком расстоянии он запросто пробивал толстую доску. Маг не потерял сознание, но выронил оба пистолета, и теперь шарил по траве, пытаясь их отыскать. Чужака в комбинезоне он увидел слишком поздно, тот подобрался на длину вытянутой руки. В темноте казалось, что рядом появилось привидение с руками разной длины, левая, та, что была больше правой раза в два, резко махнула, и кисть левой же руки Юна упала на землю.
Маг заорал, бросаясь на врага, впечатывая кулак правой руки в грудь, старый китаец пошатнулся, ему показалось, что сердце остановилось. На самом деле так оно и было, сердечный ритм сбился, а один из клапанов оторвался и запечатал предсердие, мышца сокращалась, пытаясь гнать кровь по артерии, та, не выдержав давления, лопнула. Ву почувствовал, что умирает, и из последних сил ударил противника мечом по шее.
Лара подошла к Ву и Салливану, когда всё уже было кончено, отрубленная голова мага валялась рядом с его кистью, а китаец лежал неподвижно. Несколько секунд Беннет колебалась, стоит ли ей помогать другому охотнику, но потом решилась — стянула со старика шлем, расстегнула ворот. Аптечка на шее светилась красным, это значит, что её обладатель был мёртв, и средства первой помощи не помогли. Помощи ждать тоже было неоткуда, устроители особенно подчёркивали то, что охотники действуют на свой страх и риск. И предупреждали — близко к магам лучше не приближаться. Один раз Беннет уже совершила такую ошибку, и теперь пообещала себе быть осторожнее. Достала из кармана аварийный маяк, бросила на землю рядом с трупами, и побежала за Сейду, её охота ещё не закончилась.
 
Веласкес вылез из зарослей, когда на полянке остались только трупы. Поднял с земли маяк, и забросил его подальше, потом обшарил чужака. Тактическими очками старик не пользовался, но в кармане носил, Павел надел их, осмотрелся, по отдельности очки и шлем работали плохо, но с его улучшившимся ночным зрением — сносно. Забрал пистолет с запасной обоймой и меч. Оружие давало ложное чувство защищённости, но Павел на это не поддался.
Стоило надеть очки, и в поле зрения появились разноцветные точки. Две — синяя и красная, были совсем рядом, Веласкес отошёл от китайца, точки тоже немного сдвинулись. Ещё две — оранжевая и зелёная, тоже качнулись, Павел приблизил карту, поискал в траве, нашёл два пистолета. Швырнул их подальше от себя — оранжевая и зелёная точки ушли в том же направлении.
— Ясно, — сказал он себе, — наши оранжевые и зелёные, чужие — синие и красные. Предположим, что красный — это мертвец, значит, один бегает без маячка. Оранжевая точка тоже только одна, не важно, почему. А вот эта зелёная, которая убегает — это Сейду, и она бежит ещё к двум таким же. Синяя, похоже, её скоро нагонит.
Павел подумал было, что неплохо схорониться и дождаться, пока все эти чокнутые маги и непонятные чужаки друг друга перебьют, но вздохнул, и двинулся следом за убегающими синей и зелёной меткой.
Сейду мчалась через лес, спотыкаясь и падая. Руки были ободраны до крови, грязь забилась в царапины и кое-как зарощенную рану, она пыталась собраться, но чужак с мечом напугал до усрачки. Он не убил её физически, но морально — сломал. В убежище было небезопасно, эта тварь, которую она подранила, о нём знала, на берег женщина тоже боялась выбираться, на открытом пространстве она теряла, как ей казалось, возможность подобраться к врагу незаметно.
Как ни странно, её не преследовали, значит, незнакомка отстала, но надежды на то, что та отступится, не было, Сейду периодически останавливалась и прислушивалась. Стон она услышала, когда в очередной раз привалилась к дереву и замедлила дыхание. Скорее всего, это был кто-то из своих, Сейду прикинула направление, переходя с места на место, и стараясь не шуметь, двинулась на звук.
Мишель Горовиц сумела остановить кровь. Колени выглядели жутко, особенно то, где садист ковырялся своим ножом, осколки хрящей и обрывки связок торчали из прорехи в штанах. Левая нога выглядела получше, ей Мишель занялась в первую очередь, сформировав тромб в правой. В таком состоянии она могла находиться долго, периодически выводя токсины из повреждённых тканей, но ни на что другое сил не оставалось. Она обезболила левое колено, оттолкнулась ногой от земли, и подтащила себя к ближайшему дереву, привалилась к стволу спиной. Концентрация — самое важное при повреждениях, этому обучали ещё в приюте, и потеря сознания означала смерть. Будь здесь ещё кто-то из магов, он бы смог ей помочь, но похоже, все были заняты своими делами. Маг-инспектор потянулась, пытаясь устроиться поудобнее, больное колено пронзила боль. Она застонала, тихо, чтобы никто не услышал, но через несколько минут сама услышала шорох и треск, кто-то крался по лесу. Мишель подняла пистолет, который ей оставил незнакомец, и прицелилась в темноту.
Виктор Лапорт начал играть на гитаре в шесть лет — говорили, что у него талант. Но та музыка, что рождалась под его пальцами, когда он стягивал браслет, не шла ни в какое сравнение с обычной. Когда неизвестные стянули с него блокиратор, бросив на острове, он жалел только об одном — что не сделал этого раньше сам. Гитару в ящик не положили, музыкант сидел на берегу, чуть двигая пальцами, звуки рождались у него в голове. Появление чужаков отвлекло музыканта от медитации, тот, кто в него стрелял, сильно заблуждался насчёт своей меткости и бесшумности, Виктор понял, что не один, стоило Палмеру появиться неподалёку, и чувствовал, что тот спустит курок, ещё до того, как это происходило. А потом он просто предугадывал его действия — по неприметным обычному глазу движениям. В темноте он видел почти как днём, и когда бросился бежать, направление выбрал осознанно — неподалёку новенький обустроил себе скрытное лежбище на ветвях дерева.