Королева Лис

Алфиан с трудом оторвал взгляд от тела женщины и уставился на угрюмый вид за окном, неуверенно протянув:
– Ты не понимаешь. Это непохоже на Айси. Она не отвечает уже сутки.
– Во-первых, сутки еще не прошли, – убежденно ответила Эллен, накрутив на палец бархатный локон, и положила ладонь на грудь Алфиану. – А во‐вторых, ей нужно время, чтобы все переварить, смириться с новостями. Да и она сама сказала, что вернется, когда сочтет нужным. Вполне возможно, что Айси с подругами устроила девичник, напилась и сейчас высыпается.
Алфиан оскорбленно покосился на блондинку с фигурой модели. Приятный запах лакрицы окружал ее невесомым облаком и, казалось, действовал на него успокаивающе. На мгновение мужчина даже согласился с ее доводами, наклонился, чтобы поцеловать, но в последний миг решительно отстранился. Эллен посмотрела на него с неприязнью.
– Девичник, алкоголь и похмелье – это не про мою дочь, – отрезал Алфиан, вставая. – Я объявлю о пропаже. Возможно, ее похитили.
– Ты только разведешь кучу бумажной волокиты, которую тебе же придется улаживать, когда она объявится к вечеру на пороге дома. Иди лучше ко мне, – улыбнулась она, откинувшись на подушки.
Почувствовав подступающее возбуждение, Алфиан поспешно отвернулся и направился в ванную. Ему нужно было освежиться и поехать на работу в выходной, чтобы с холодной головой начать расследование об исчезновении дочери. Где-то внутри зашевелился мерзкий червь сомнений и подозрений.
* * *
Полуденный свет солнца прорвался сквозь тонкие стекла потолочных витражей и разбросал разноцветные огоньки на мраморном полу и стенах столовой. Металлические детали интерьера засверкали, и даже воздух украсился радужным мерцанием. Он перчил запахом специй, отдавал ароматом меда и варенья из красных пряных водорослей, благоухал нотками сладкого пирога с клубникой и сливами.
Эльвия, завороженно наблюдая за игрой бликов, откусила бутерброд с ореховой сметаной и вяленым инжиром, приправленный фиалковым сиропом. Айсин монотонно ковыряла вилкой один и тот же кусок пирога, не решаясь доесть, а ее потерянный взгляд блуждал по гобеленам с изображением белоснежного льва. Феликс уже успел проглотить всю причитающуюся ему еду и со щенячьей тоской поглядывал на соседние пустующие столы. Фел рассказал, что после тяжелого вчерашнего дня он чувствовал себя неважно: все тело ломило, и не переставая болела голова, словно после страшной пьянки. Из-за плохого самочувствия юноша проспал не только завтрак, но и почти весь обед, на который все трое благополучно опоздали – девушки решили дождаться Феликса.
Когда земляне пришли в столовую, практически все шамадорцы уже разошлись. Однако в противоположном конце зала столпились маги, преимущественно женского пола. Они время от времени ахали и заливисто смеялись, восхищаясь фокусами колдующего, сопровождающимися яркими вспышками света. Эль старалась не обращать внимания на докучающие ей шумы, словно они – надоедливые комары, налетевшие прохладным вечером после знойного дня. Сейчас она детально продумывала план дальнейшего поиска дедушки. Конечно, ее, как и Айси, пугала перспектива остаться в магическом мире навсегда, даже не попрощавшись с мамой и братом, но Эльвия гнала в шею все дурные мысли, стремившиеся выбить ее из равновесия. Память, как назло, в очередной раз подкинула теплый образ матери, заплетающей ей перед сном косички с лентами, а следом и брата, с поникшим видом согласившегося подождать, когда она вернется, чтобы рассказать еще одну историю. «Три плюса, Эль, – напомнила она себе. – Ты среди магов, скоро найдешь деда, и с тобой друзья». Эльвия одобряюще улыбнулась.
По велению ароны Опирум ребятам выдали по комплекту новой одежды. Чтобы они не привлекали слишком много внимания, директриса распорядилась предоставить им черную школьную форму Шамадора из льна, хлопка и шерсти, которую Эль, в отличие от друзей, натянула с великим удовольствием. Костюмы сели идеально, словно сшитые по их индивидуальным меркам. Облегающие штаны, заправленные в высокие сапоги до колен с небольшим каблуком, дополнялись крупными швами-косичками во всю длину, от бедра до лодыжки. Приталенные жилетки с высоким воротом поверх свободных рубашек из мягкого шелка застегивались по центру ровным вертикальным рядом металлических пуговиц в виде звериных клыков, а на груди грозно разинул пасть лев – платиновая эмблема Шамадора. У Фела такой же располагался на плечах обсидианового дублета, расшитого, как и жилетки, серебристыми растительными узорами. Эль подметила, что благодаря костюму друг преобразился из мальчика-разгильдяя в статного лорда.
 
Она старалась наслаждаться любым мгновением происходящих с ней чудес: останавливалась возле картин на стенах каждого этажа, прочла все заметки на доске объявлений у входа в столовую, завалила вопросами Ферхиса Олримана, даже попыталась завести новые знакомства, правда, не слишком удачно. И сейчас она самозабвенно рассматривала свой новый образ, отражающийся в большой ложке, и представляла себя известной могущественной волшебницей, с отличием окончившей Шамадор.
От сладких грез Эльвию отвлекли внезапные женские визги и отразившийся эхом возбужденный шум, напоминающий блеяние. Вся нега вмиг улетучилась, как дым погасшей свечи.
– Что ж, отлично! Пока все идет по плану, – заявила Эль, запивая завтрак кисло-сладким напитком, похожим на сок из апельсина, лайма и личи с листьями мяты. На стенку высокого прозрачного стакана, словно оранжевый китайский фонарик, был нанизан физалис.
Айси смерила Эльвию недоверчивым и хмурым взглядом, будто решила, что виновник ее бед начал вдруг принимать вполне человеческие черты.
– Подожди, ты хочешь сказать, что все это спланировала? – напряженно спросила она.
– Судя по твоей интонации, ты готова прямо сейчас загрызть меня заживо.
– Все в порядке с моей интонацией, Эль, не додумывай. Я просто спросила.
Обеспокоенный взгляд Феликса метнулся от одной девушки к другой, но все же он решил не встревать.
– Ну конечно, – усмехнулась Эльвия, потому что тон приятельницы противоречил словам. – Не знаю, как ты, Айси, но я не собираюсь киснуть, как капуста, попав в волшебный мир. И тебе не советую. Да и вообще, сколько можно ныть и страдать?
– То есть, по-твоему, я ною и страдаю? – Айсин сердито откинулась на спинку стула, устремив в собеседницу суровый взгляд исподлобья. – А кто вчера предлагал варианты для побега? Разве не я?
– Да куда мы сбежим?! И какой в этом смысл? Нам, для начала, надо узнать побольше об этом мире, а где это лучше сделать, как не в школе магов? – видя непреклонность Айси, Эль скорчила страдальческую гримасу и в поисках поддержки протянула: – Фе-е-ел! Я больше так не могу, помоги мне объяснить…
В этот момент Эльвия заметила опустевшее рядом место. Тут же подняв голову, она обнаружила, что Феликс нашел себе весьма диковинное занятие: он молча пересаживался с одного стула на другой, шлепая по рунам правой рукой. Айсин тоже повернулась к приятелю и в недоумении следила, как удары ладонью по дереву с каждым новым местом становились все требовательнее и громче.
– Ты что делаешь, Сиврес? – к огда Эль подловила его, он уже обошел один стол и теперь направлялся к следующему.
Сосредоточенное выражение лица Фела сменилось рассеянным и смущенным.
– Походу, их система подачи еды сломалась, – пожал он плечами.
– Наверное, на кухне просто закончились готовые блюда, – с сочувствием предположила Айси.
Феликс разочарованно вздохнул, и его лицо резко стало похоже на грустный смайлик. Кажется, его последняя надежда на вкусный десерт из воздушного теста со свежими ягодами и тягучим карамельным сиропом была перемолота в муку и развеяна по ветру. Он схватился обеими руками за спинку стула, стоящего рядом с Айсин, и, развернув его, отчаянно опустился на сиденье.
– Держи. – Эльвия протянула другу свой несъеденный кусок клубнично-сливового пирога.
– Ого! – Фел даже приосанился, принимая угощение. – Теперь я твой должник!