Не влюблены (ЛП)

– Слишком много? – спросил он, продолжая целовать, посасывать и покусывать.
Мне пришлось подавить стон.
В прошлый раз ему потребовалось некоторое время, чтобы найти мои точки и правильный ритм, а, теперь, когда он знал основы, он представлял реальную опасность и упивался этим.
– Не слишком, – ответила я, расстегнула джинсы Эли и принялась ласкать его член через нижнее белье.
  
Когда он прикусил мои складочки, я вытащила член из боксеров. Он был таким большим. Я не ожидала, что мне понравится, но так оно и было. Когда Эли сжал ладонями мою грудь и просунул язык внутрь меня, я взяла член в рот так глубоко, как могла: то есть наполовину.
Мы оба громко застонали, звуки вибрировали в наших телах. Я пыталась, действительно пыталась не отставать от того, как его язык раздвигал меня, а пальцы целеустремленно двигались к моему отверстию. Я, покрывая влажными, неуклюжими поцелуями член по всей длине, дразнила языком головку. Но поза была более интимной, чем я привыкла, и сосредоточиться на чем-либо, кроме удовольствия было практически невозможно. Я знала, как отдавать столько, сколько получала, но когда Эли стиснул мою задницу, и прижал большой палец к анусу, я вообще потерялась.
– У тебя это плохо получается, не так ли? – Голос у Эли звучал довольно мило со всеми этими причмокиваниями и поцелуями.
– Это так откровенно и… ах… больно.
– Больно? Это? – он снова лизнул, и мои бедра неудержимо задрожали.
Он был чертовски хорош в этом, как будто он сопоставил каждый звук удовольствия с анатомией моего влагалища. Или, может быть, это был его чистый энтузиазм. В любом случае, я была на грани чего-то.
– Тебе больно, Рута?
– Нет. Ты сказал, что я не…
Он подул на клитор. Я вздрогнула, уткнувшись лбом в его мускулистое бедро.
– Бедная девочка, – Эли крепко сжали мои бедра, оставляя синяки. – Похоже, у тебя проблемы с концентрацией внимания.
– Это...
– Хорошо? – он ущипнул меня за соски.
– Отвлекает, – невнятно пробормотала я.
– Все в порядке. Я собираюсь кончить только от этого.
Мне хотелось спросить, что это означало, но после паузы Эли добавил:
– От того, что съел тебя.
Было что-то в том, как он это сказал, что-то восхищенное и нетерпеливое, что заставило меня сжаться вокруг его пальца, когда он скользнул им внутрь меня.
 – Ты можешь вымыть меня, как только я закончу. Своим ртом.
Удовольствие чуть не разорвало меня на части. Это был, без сомнения, самый внезапный оргазм в моей жизни, нечто такое, что зародилось не только в глубине мозга, но и в результате стимуляции нервных окончаний. Я обнаружила, что задыхаюсь, уткнувшись в джинсы, обтягивающие его бедро, проглатывая неловкие звуки, застрявшие в горле. Его член дернулся рядом со мной, на кончике выступили капельки спермы, и как только первые волны оргазма стихли, я попыталась снова взять его в рот, чтобы показать, как я благодарна за удовольствие, которое он мне доставлял, но сосредоточиться было невозможно. Давать и брать было трудно совместить, и, судя по тому как Эли улыбнулся, прижавшись к моему бедру, он не возражал. Его забавляло то, как я теряла контроль.
– Эли, я могу...
– Все в порядке, милая, – успокаивал он меня. – С тобой все будет в порядке. Тебе это не нравится? Разве тебе не нравится кончать?
Я захныкала. Его большие, сильные ладони раздвинули мои ягодицы. Был намек на агрессию, все возрастающую прямоту, и я задалась вопросом, наказывает ли он меня за то, что я неделями лишала нас обоих этого, или он просто был таким нетерпеливым. Затем он пососал клитор, и я вообще перестала чему-либо удивляться, балансируя на грани второго, более сильного оргазма.
– Боже, – выдохнул он. – Ты действительно самое милое создание на свете.
В тот момент я хотела, чтобы его член был у меня во рту, больше, чем хотела кончить. Я застонала вокруг головки. Эли, возможно, чувствовал то же самое. Он тяжело задышал и приподнял бедра так, что член почти скользнул мне в горло. Когда Эли глубоко простонал, я не была уверена, что почувствовала сначала: свой второй оргазм или как сперма, затопила мой рот.
Мы были неподвижны и издавали звуки, которые присущи диким существам, в течение долгих мгновений. Наш спуск с высот удовольствия был медленным и кропотливым. А потом Эли поднял меня, поцеловал и уложил рядом с собой на кровать, обняв одной рукой за талию. Я чувствовала себя существом, сотканным из ощущений, тепла и отпечатков пальцев Эли на моей коже.
– Это было два, – сказала я, чувствуя, как по телу пробегают небольшие толчки. В прошлый раз я чувствовала то же самое. Выжитой. Пустой. Как будто мое тело было его марионеткой, чем-то, что он мог лепить по своему желанию.
Когда-то Эли назвал секс между нами интенсивным, но слово казалось совершенно неправильным. Это было пугающе. Опасно. Мне понадобилось время, чтобы прийти в себя, и я была благодарна, когда он убрал руку, чтобы прикрыть глаза. Я бы не смогла вынести еще большей близости.
– Дай мне секунду, – выдохнул он. – Я доведу тебя до третьего. Или умру, пытаясь.
Я рассмеялась, чувствуя, как внутри все сияет. Прижавшись щекой к подушке, я наблюдала за этим мужчиной, который мог заставить мое тело петь так, как никогда раньше. Начала сказываться усталость от секса, последние недели на работе, стресс от того, что я жива и по большей части одинока.
«Одна минуту, – подумала я. – Одна минута, и я встану. Разыграю большую сцену прощания, раз уж это так важно для него, и покину эту постель раз и навсегда. Что касается этого последнего раза, он был хорош».
Я наблюдала, как широкая грудь Эли вздымалась и опускалась в такт затрудненному дыханию. Наблюдала, как он рассеянно облизал губы и улыбнулся, словно ему понравился вкус. Я видела, как он был беззастенчиво доволен собой, но потом мои веки затрепетали, шум улицы стал просто отдаленным гулом, я больше ничего не видела.
 ГЛАВА 19. ТЫ ВЕДЬ ЗНАЕШЬ, ГДЕ ДЕЗИНФИЦИРУЮЩИЕ САЛФЕТКИ, ВЕРНО?
 РУТА
Меня разбудил мягкий стук дождя по окнам, а приглушенный шум проезжающей мимо дома машины, наконец, убедил открыть глаза. Дезориентации не было. Я сразу поняла, где нахожусь, и что цифровой будильник лаймового цвета, который мигал мне с прикроватной тумбочки, принадлежит Эли.
Десять сорок пять утра.
Шторы все еще были задернуты. Эли нигде не было видно. Я не могла вспомнить, когда в последний раз спала так крепко, непрерывно или долго. Может, это была заслуга жесткого, как могильная плита, матраса – именно такие я люблю, или, возможно, секса. Я понятия не имела и не планировала дальше исследовать этот вопрос. Я, тихонько крадучись, собрала свою разбросанную одежду, и проскользнула в ванную комнату.
Тут была та же смесь чистоты и хаоса, что и в спальне Эли. Я пописала, прополоскала рот заимствованным «Листерином» и прокралась вниз по лестнице, остановившись, когда услышал звуки, доносящиеся из кухни.
Черт!
Когда пообещала Эли, что не буду тайком убегать, я думала, что уйду ночью. Мне было бы неловко, почти так же, как из-за того, что Эли теперь знает, насколько плохо я справлялась с позой «69».
Я пошла в кухню, готовая попрощаться быстро и честно:
 «Спасибо тебе за вчерашний вечер, Эли. Мне понравилось. Но, учитывая, кто ты: я имею в виду «Харкнесс», и что ты можешь делать со мной: я имею в виду секс, это уже слишком. Давай никогда больше не встречаться, хорошо?»
Сделав глубокий вдох, я заставила себя войти и увидела там не Эли, а его более миниатюрную, симпатичную версию. Девушка была на несколько дюймов ниже меня. Растрепанные каштановые кудри, падающие на хрупкие плечи, устрашающе светло-голубые глаза и эта наполовину теплая, наполовину беспощадная ухмылка.
  
Девушка смотрела на меня, открыв рот, пока ее удивление не превратилось в улыбку.
– Так, так, так. Похоже, прошлой ночью кто-то трахнулся.
Я приподняла бровь.