Транснациональная корпорация (СИ)

— Хорошо, а ты раз будешь говорить с Аякой, попроси её обратить внимание на моего директора по развитию новых каналов продаж, — вспомнил Коичи, — его так хвалило её кадровое агентство, подсовывая мне, а он вообще не вывозит работу.
— Скажу, и да Коичи, — я строго на него посмотрел, — твой отец пострадает за дело. Если изначально я думал его посвятить в это, чтобы твой клан не пострадал, но он сам решил свою судьбу, пойдя против нас с тобой и должен быть наказан за это. Таковы правила компании.
Компаньон расстроился, но согласился.
— Я понимаю, о чём ты Реми.
— На этом всё? Едем обратно? — спросил я.
— Нет, хватит с меня сегодня подобных новостей. Возьму Сюзи и поеду домой, отдохну, — покачал он головой, — а завтра уже в Таиланд съезжу.
Я поднялся с дивана, и мы пошли с ним к двери, где поднявшись наверх, попрощались. Сев в машину, я набрал Джину.
— Да, господин Реми.
— Я скоро подъеду, позвони Аяке Тайре скажи, чтобы зашла ко мне.
— Хорошо, господин Реми.
Когда я прибыл в офис, в холле уже сидела недоумевающая девушка. Поманив её за собой, я прошёл кабинет, и завёл её в комнату отдыха. Закрыв за собой дверь, я повернулся к ней лицом, а девушка всё так же недоумённо на меня смотрела.
— Раздевайся.
— Господин Реми, я не взяла с собой ничего! — поморщилась она, — я буду сухая, как пустыня Сахара, да ещё и без защиты.
— Отлично, — кивнул я, — раздевайся.
Она нехотя сняла с себя блузку, лифчик, юбку и словно утопающий за соломинку, схватилась за свои ажурные трусики, умоляюще смотря при этом на меня.
— Ложись попой вверх, на подлокотник дивана, — когда она оказалась полностью обнажённой, я показал рукой на предмет мебели, а до неё стала доходить причина вызова.
— Реми, ты меня наказать что ли хочешь?! — воскликнула она, — но почему так?! Где я провинилась?!
— Я надеюсь, до тебя так быстрее дойдёт, чтобы не было желания приходить в этот кабинет в третий раз, — я расстегнул ширинку, достал член и без особой смазки вставил его в неподготовленное влагалище.
— Ай, больно же! — тут же заверещала она.
— Начну с основного, — не слушал я её визги и извивания, чтобы отодвинуться от меня подальше, — почему сотрудники, работающие на Коичи, думают, что им не писаны общие правила? Пойди сравни разницу между моими и его.
Сильнее двинув попой к её ягодицам, я вызвал ещё один болезненный крик.
— Хорошо, — она повернула голову и скорчилась от боли, — я посмотрю.
— Дальше, Коичи недоволен директором по развитию новых каналов продаж, почему не проследили за периодом его адаптации на новом месте и не провели опрос 360 градусов среди остальных директоров после окончания испытательного срока? А? — я снова сделал несколько сильных движений.
Аяка вздрогнула, и попыталась устроиться удобнее, двигаться в ней стало проще, да и она сама активно помогала себе рукой, смачивая места трения слюной, которой смачивала пальцы.
— Что-то ещё господин Реми? — когда я успел вытащить член из неё, прежде чем кончить, поинтересовалась она, переворачиваясь на спину и с облегчением смотря на меня.
— Нам обоим повезло, что ты женщина, а не мужчина, — хмыкнул я, — и мой тебе дружеский совет, не покупай больше ферм.
Она мгновенно насторожилась и даже забыла, что лежит передо мной голая.
— Господин Реми? Вы уверены? — осторожно поинтересовалась она.
— Да и держи свой рот на замке об этом. Узнаю, будешь наказана, — сказал я, закрывая молнию на штанах.
— Коичи знает? — осторожно поинтересовалась она.
— Аяка, ты хочешь, чтобы я сейчас вспомнил, как ты меня, только что назвала по имени? — поинтересовался я.
— Так господин Реми, если вы меня хотите, то давайте поедем лучше в более романтическое место, — она кокетливо откинула волосы назад, — где и поговорить спокойно можно и смазка есть.
Я задумался, а она ждала, не шевелясь.
— Хорошо, — согласился я, а она, взвизгнув, словно девчонка, бросилась в туалет, чтобы помыться и затем одеться.
Вернувшись ко мне, уже полностью строгая и чопорная Аяка покосилась на меня и тихо спросила, прежде чем выйти из кабинета.
 
— Реми, что случилось? Только не говори, что я тебе стала нравиться.
Я промолчал, но сам подумал, что никогда бы не признался ей в том, что за полтора года привыкнув к женским телам в своей ночной постели, мне сейчас их иногда не хватало, как и готовых вкусных завтраков по утрам. Чувство какой-то потери промелькнуло у меня в голове, но глянув на девушку с интересом смотрящую на меня, я выкинул из мыслей секунду слабости, охватившую меня и когда мы вышли в холл, где сразу же встрепенулись секретари, я сказал Джине.
— Штраф десять миллионов иен за несоблюдение субординации, госпоже Аяке Тайра.
Та сделала себе пометку.
— Я передам в отдел кадров, господин Реми.
Аяка возмущённо на меня посмотрела.
— Добавить? — я спокойно ответил взглядом на её взгляд.
— Нет господин Реми, прошу меня простить.
Когда мы спустились вниз и сели в машину, я показал телохранителям сесть не в салон, как обычно, а машину сопровождения. Аяка села рядом со мной и прижалась всем телом, не произнося ни слова до самого своего дома.
  
Глава 2
 
Старт рекламной кампании по продвижению новых ферм и отмене ограничений продаж в одни руки начался за три дня до обозначенной даты и вызвал огромное обсуждение в прессе и на телевидении. Почти сразу у меня зазвонил телефон и я, ожидая этот звонок, взял аппарат в руки.
— Слушаю.
Послушав минут пять поток бессвязных ругательств от Такаюки, я спокойно вставил пару слов, когда он набирал воздух в грудь, чтобы продолжить обличать меня в коварстве и присвоении денег его компании.
— Такаюки, я посмотрел отчёты и если продажи будут успешны, то ты выполнишь поставленную дядей цель по заработку нужной суммы.
На той стороне трубки сразу заткнулись, и через пару секунд осторожно поинтересовались.
— Это правда Реми?
— Разумеется, я не стал бы шутить на тему денег, — я пожал плечами, хотя собеседник разумеется этого не мог видеть.
— Тогда получается, что я становлюсь владельцем? Без двойного управления с тобой? — он всё ещё не мог в это поверить.
— Всё верно, я в тот же день, когда планка продаж будет достигнута, свяжусь с тобой и юристами, чтобы обеспечить тебе передачу всей полноты власти.
Такаюки задумался и затем проворчал.
— Мог бы меня предупредить об этом заранее.
— «Угу, чтобы ты свои схемы параллельные успел поменять? — хмыкнул я про себя».
— Ты сам устранился от общения со мной, — вместо этого, напомнил я ему, — я могу тебе не нравиться, но моё отношение к делу, только профессиональное, я выполняю волю твоего дяди.
— Ты так часто говоришь об этом, — ядовито поинтересовался он, — а почему? Тебе это зачем?
— Деньги Такаюки, — спокойно ответил я, — разумеется деньги всему причиной. Если я выполню все условия контракта, то буду вознаграждён большой суммой денег, так что мне невыгодно нарушать условия сделки.
Для него такая мотивация была понятной, так что он смягчился.
— Как я могу ускорить продажи?
— С русскими идёт война, но спада продаж у нас нет. Мы объявили на телевидении о том, что все обязательства свои «Такаюки и Ко» полностью соблюдает к русским клиентам, так что, если у тебя остались контакты, нам нужны Рода из Российской империи. У них большие запасённые кубышки из золотых слитков, мы с радостью обменяем их на наши фермы.
Такаюки задумался, затем признался.
— Война сильно всё усложнила, но я попытаюсь.
— Попробуй выйти на Меньшиковых, — закинул я удочку наудачу, — пообещай эксклюзивные права. Я слышал — это богатейший Род.
— Ничего не обещаю, но попробую, — проворчал он и отбился.
Вернув трубку на стол, я улыбнулся. Даже если у него ничего не выйдет, всё равно любое ослабление русских кланов, как, впрочем и японских, тут я ни перед кем не делал различий, было мне только на пользу.