Исповедь. О жизни. Что такое искусство?

(Шарль-Поль Бодлер, "Стихотворения в прозе". Под ред. Л. Гуревич и С. Парнок, изд. "Посев", СПб., 1909)>
Произведения другой знаменитости, Верлена, не менее вычурны и не менее непонятны. Вот, например, 1-я из отдела "Ariettes oubliees" ["Забытые песенки" (франц.)].
Вот эта первая ariette [песенка (франц.)].
Le vent dans la plaine
Suspend son haleine.
(Favart)
 C'est l'extase langoureuse.
 C'est la fatigue amoureuse,
 C'est tous les frissons des bois
 Parmi l'etreinte des brises,
 C'est vers les ramures grises,
 Le choeur des petites voix.
 O le frele et frais murmure!
 Cela gazouille et susure,
 Cela ressemble au cri doux
 Que l'herbe agitee expire...
 Tu dirais, sous l'eau qui vire,
 Le roulis sourd des cailloux
 Cette ame qui ce lamente
 En cette plainte dormante,
 C'est la notre, n'est-ce pas?
 La mienne, dis, et la tienne,
 Dont s'exhale l'humble antienne
 Par ce tiede soir, tout bas.
<Ветер в долине прекращает свое дыхание.
(Фавар)
 Это - экстаз утомленности,
 Это - истома влюбленности,
 Это - дрожанье лесов,
 Ветра под ласкою млеющих,
 Это - меж веток сереющих
 Маленьких хор голосов.
 Свежие, нежные трепеты!
 Шепоты, щебеты, лепеты!
 Кажется: травы в тиши
 Ропщут со стоном томительным
 Или в потоке стремительном
 Глухо стучат голыши.
 Чьи же сердца утомленные
 Вылились в жалобы сонные?
 Это ведь наши с тобой?
 Это ведь мы с тобой, милая,
 Тихие речи, унылые,
 Шепчем в равнине ночной?
(Поль Верлен, Собрание стихов в переводе В. Брюсова, изд-во "Скорпион", М., 1911)>
Какой это ch?ur des petites voix? [маленьких хор голосов (фр.)] и какой cri doux l'herbe agitee expire? [травы в тиши ропщут со стоном томительным (фр.)] И какой смысл имеет все - остается для меня совершенно непонятно.
А вот другая ariette:
 Dans l'interminable
 Ennui de la plaine,
 La neige incertaine
 Luit comme du sable.
 Le ciel est de cuivre,
 Sans lueur aucune.
 On croirait voir vivre
 
 Et mourir la lune.
 Comme des nuees
 Flottent gris les chenes
 Des forets prochaines
 Parmi les buees.
 Ce ciel est de cuivre,
 Sans lueur aucune.
 On croirait voir vivre
 
 Et mourir la lune.
 Corneille poussive
 Et vous, les loups maigres,
 Par ces bises aigres,
 Quoi donc vous arrive?
 Dans interminable
 Ennui de la plaine,
 La neige incertaine
 Luit comme du sable.
 <По тоске безмерной,
 По равнине снежной,
 Что блестит неверно,
 Как песок прибрежный?
 Нет на тверди медной
 Ни мерцанья света.
 Месяц глянул где-то
 И исчез бесследно.
 Как сквозь дым летучий,
 На краю равнины
 Видятся вершины
 Бора, словно тучи.
 Нет на тверди медной
 Ни мерцанья света.
 Месяц глянул где-то
 И исчез бесследно.
 Чу! кричат вороны!
 Воет волк голодный,
 Здесь, в степи холодной,
 Властелин законный!
 По тоске безмерной,
 По равнине снежной,
 Что блестит неверно,
 Как песок прибрежный?
(Поль Верлен, Избранные стихотворения в переводах русских поэтов, СПб., 1911, Перев. В. Брюсова)>
Как это в медном небе живет и умирает луна и как это снег блестит, как песок? Все это уже не только непонятно, но, под предлогом передачи настроения, набор неверных сравнений и слов.
Кроме этих искусственных и неясных стихотворений, есть понятные, но зато уже совершенно плохие и по форме и по содержанию стихотворения. Таковы все стихотворения по заглавию "La Sagesse" ["Мудрость" (фр.)]. В этих стихотворениях самое большое место занимают очень плохие выражения самых пошлых католических и патриотических чувств. В них есть, например, такие строфы:
 Je ne veux plus penser qu'a ma mere Marie,
 Siege de la sagesse et source de pardons,
 Mere de France aussi de qui nous attendons
 Inebranlablement l'honneur de la patrie.
 <Лишь на одну тебя сыновне уповаю,
 Мария, всепрощенья оплот,
 Мать Франции самой, от коей каждый ждет,
 Что вступится она sa честь родного края.
(Перев. А. Эфрон)>
Прежде чем привести примеры из других поэтов, не могу не остановиться на удивительной знаменитости этих двух стихотворцев, Бодлера и Верлена, признанных теперь великими поэтами. Каким образом французы, у которых были Chenier, Musset, Lamartine, a главное Hugo, y которых недавно еще были так называемые парнасцы: Leconte de Lisle, Sully Prud'homme и др., могли приписать такое значение и считать великими этих двух стихотворцев, очень неискусных по форме и весьма низких и пошлых по содержанию? Миросозерцание одного, Бодлера, состоит в возведении в теорию грубого эгоизма и замене нравственности неопределенным, как облака, понятием красоты, и красоты непременно искусственной. Бодлер предпочитал раскрашенное женское лицо натуральному и металлические деревья и минеральное подобие воды - натуральным.