Не кричи...(СИ)

— Нормальную, это какую, Рамлоу? Жена, семья, пятеро детишек и барбекю по выходным? — откровенно говоря его слова вызывают у меня смех, не больше. С таким послужным списком, с этой ебанцой в глазах ни одна нормальная женщина не согласится связать с ним свою жизнь, — не выйдет. Ты — убийца. Был и всегда им будешь, не смотря на то, что Председатель Совета Безопасности подчистил твоё дело и дал тебе индульгенцию.
— Инд… Что? — морщится, словно встречает в слове иголку.
Стоячая волнистая челка возмущенно вздрагивает, когда он встряхивает головой, словно требуя объяснений.
— Помилование, — приходится просветить неуча, — где девчонка, последний раз спрашиваю тебя.
— Или что? Что ты мне сделаешь?
Меня неимоверно бесят такие самовлюблённые, самонадеянные ублюдки, как Рамлоу и я жалею, что не могу съездить ему по лицу просто потому что захотелось. Только дайте мне намёк, что этот псих причастен к исчезновению хоть одной из девушек, я лично повешу его как в старину — на воротах. На въезде в город, за яйца. За его чёртовы сморщенные седые яйца! Клянусь всем святым, клянусь своей жизнью.
— В Техасе всё ещё введена смертная казнь, Рамлоу. Электрический стул. Смертельная инъекция… Всё, что пожелаешь. Я предпочту посмотреть, как тебя зажарят до равномерной хрустящей корочки, — произношу то, о чём стоило бы умолчать.
Ставлю стул на место, и тороплюсь уйти, пока не наговорила лишнего.
— Эй! Морелли! — орёт мне в спину заключённый. Я слышу в голосе отчаяние и истерику. — Я её не трогал! Не трогал!!!
***08.20.2018 2:49 p.m
Окажись передо мной сам Чарльз Менсон или Тэд Банди, я бы так не негодовала. Меня злит огромная красная надпись через всё его грёбанное досье «аннулировано». Как можно аннулировать досье на такое чудовище? За какие заслуги?
В фойе офиса стрекочет потолочный вентилятор гоняя поток прохладного воздуха. У стойки регистрации рядом с дежурным замечаю Клея Адамса. Он — дорожный комиссар, и появляется тут довольно часто. Когда-то мы с ним даже успели покрутить роман, но совсем не долгий. Парень оказался очень своеобразным, занудным, повернутым на педантизме. Всё должно было быть дома идеально чисто, никаких пятен, пыли или не дай бог не мытой посуды. Это раздражало меня больше всего, когда на моей же территории он умудрялся устраивать скандалы с хлопаньем дверью и угрозами расставанием. В конечном итоге я все-таки не выдержала. Под благовидным предлогом мы расстались, и с тех пор мне легче дышится.
Пока отвлекаюсь на рассуждения о бывшем, ко мне направляется торопливым шагом агент Картрайт, отдел специальных расследований ФБР. Она и её напарник живут в нашем городке уже почти месяц, с того момента, как вновь объявился Бездомный Койот. Так с лёгкой руки прессы окрестили нашего серийного убийцу.
— Шериф Морелли, мне доложили, что пропала ещё одна девушка. Из Три Ривер…
— Да, пропала. И там немного другая картина. Везде отпечатки пальцев, пото-жировой материал, слюна и прочие жидкости. Я предположу, что наш маньяк в кои то веки ошибся. Сами посмотрите, график нападений сдвинулся с привычного почти на месяц. Видимо, хроническая болезнь как-то влияет на его психическое состояние.
— С чего вы взяли?
— Он ускорился в графике похищений. Тут явно что-то не так. Либо он всё-таки не так умён, каким хотел нам показаться, и совершил прокол по своей глупости, либо его психопатические болезни просто сжирают его. В любом случае, мы имеем дело с нездоровым человеком в фазе обострения. По нему психушка с электрошоковым лечением плачет. И желательно, чтобы ток посильнее был.
— Вы говорите с такой уверенностью, что это даже настораживает, — агент Картрайт изучающе заглядывает мне в глаза.
В ФБР знают, что два года назад серийный маньяк убил мою сестру. Сперва парализовал электрошокером, затем вывез в неизвестном направлении и пытал, удушив в конце и подбросив на видное место. Как и всех своих жертв. Первоначально предполагалось, что меня отстранят от дела, но я смогла настоять на своей кандидатуре, пройдя все возможные круги ада.
 
— У меня в камере сидит некий Брок Рамлоу. Думаю, вам он знаком не понаслышке. Так вот я склоняюсь к той версии, что перед нами наш Бездомный Койот, — неожиданно для самой себя делаю заключение, — парень абсолютно неадекватный, так что остаётся только выбить из него признание.
— Какие есть доказательства? — агент Картрайт обращается в живой слух.
— Вчера вечером он был последним, кто видел миссис Форест. Видеокамеры зафиксировали их в ресторанчике, и как он вышел следом за ней на улицу по окончании смены. Рамлоу был у них в доме, там полно его отпечатков пальцев. Следы борьбы.
— Но до этого мы не находили никаких улик, — рассеянно пожимает плечами агент, изучая папку с документами, что я привезла из Три Ривер.
В фойе повисает тишина. Даже Клей впервые не лезет с вопросами о моем самочувствии и о том, как продвигаются дела. Все стоят, слушая с открытыми ртами.
— Скорее всего он просто выдохся. Что-то не заметил, возможно, элементарно забыл. Либо поведение жертвы вызвало такую бурную реакцию. Рано или поздно это случилось бы. Психи вроде него не могут долго поддерживать порядок и систематику.
— Возможно, я повторюсь — всего-лишь возможно, что вы правы, — агент мнёт подбородок пальцами, продолжая листать отчет и небольшое досье на пропавших за почти месяц. Понизив голос до приглушённого шёпота так, чтобы слышала только я, продолжает. — Я, если вы не против, перенаправлю данные в Вашингтон. Тут необходим тщательный анализ, потому что если мы с вами ошибёмся, нам не избежать скандала огромных масштабов. Как-никак на деле Рамлоу лежит приказ Председателя Совета Безопасности, и если его ослушаться, можно здорово влипнуть.
Я понимаю, на какой риск иду. В случае неудачи меня не просто разжалуют, но и скорее всего переведут в патрульные постовые где-то в сердце Аляски.
— Так, давайте поговорим где-нибудь в более спокойной обстановке, — схлопывая картонную папку, агент смотрит на меня строго, словно я не шериф, а школьница.
Соглашаюсь. Обговорить детали действительно необходимо. Ощущение близкой победы буквально щиплет изнутри, кусает.
====== глава 3. ======
Все мы немного хомячки в своих клетках. Каждый крутит своё колесо.
08.20.2018 4:01 p.m.
— Шериф Морелли, вы всерьез считаете, что Рамлоу причастен к исчезновению миссис Форест? — лицо агента Картрайт выражает крайнюю степень озабоченности.
— Я считаю, что нельзя отрицать связи Рамлоу с исчезновением девушки.
— Согласна, но категорически заявлять, что он является серийным убийцей мы не имеем права без веских доказательств. Вообще у меня сложилось впечатление, что вы испытываете к задержанному стойкую неприязнь.
Эти слова пригвождают меня к стулу. Возможно, агент Картрайт в чем-то права. Стоило мне заподозрить мужчину в связи с похищениями, как я совершенно потеряла всякую объективность.
— Хотите честно? Меня до чёртиков пугает этот тип. И даже не то, что он находится у меня под стражей, а его проклятое досье. Нет, я серьёзно. Вы видели, что там написано?
Подаюсь вперёд, понижая голос. Не стоит демонстрировать всему кафетерию моё негодование. Честно говоря, мне до сих пор не ясно, как так получилось, что мне удалось скрутить Рамлоу и приволочь в камеру. Видимо, эффект неожиданности повлиял. Ну, или он был под чем-то, и просто не смог среагировать согласно годами отработанных навыков.
— Все видели, — деланное равнодушие спецагента мне не нравится.
С другой стороны ни она ни я не знаем причин аннуляции досье столь неоднозначной, одиозной персоны. Не думаю, что ему в застенках Щ.И.Т.а перепрошили мозги, и он теперь вяжет свитерочки по ночам вместо того, чтобы убивать заказных кандидатур. Хотя, как знать, может совмещает два этих занятия.
— И этого человека, если так можно выразиться, просто отпускают разгуливать по стране. С полной индульгенцией. С официальным приказом. Ему просто развязывают руки. Я в ужасе от того, что творится.