Цемфелада (СИ)

— Я вроде лажу с людьми. Обязательно подружимся, — тепло и искренне улыбнулся инквизитор.
«Угу, как же, знаю я вас. Улыбаетесь так, словно роднее никого на свете и нет, а потом костёр под ногами разводите и раскалённым железом в пузо тычете».
— Хорошо. Доспехи не забудь, они там почитай голые сидят.
За’Хар с Надиной лежали на вершине невысокой корки, прячась среди жиденьких кустиков. Поначалу они хотели зайти со стороны реки, но там в камышах бродили зомби и планы пришлось менять. Обзор с вершины холма был хороший, но расстояние для наблюдений за Пакинкой было великовато.
Для Надины это проблемой не было, и она поясняла то, что За’Хар не мог хорошо рассмотреть.
— Это что за твари там ходят?
— Умертвия.
— Они опасны?
— Да, очень. Физически намного сильнее человека, сохраняют все прижизненные навыки владения оружием. Сильный и умелый враг.
— Уровни видишь?
— Там семьдесят второй стоит, а вон у того дома сто шестой.
— Оу, здесь были крестьяне такого уровня?
— Да откуда им взяться? Некромант с собой привёл. Умертвия — бывшие воины. Нет смысла из крестьян умертвия делать.
— Понятно. Зомби, это местные, скелеты с кладбища, умертвия он с собой притащил. Где-то там наверняка и парочка упырей найдётся.
Надина напряглась, привстав на локте, во что-то вглядываясь:
— Смотри, вон там, возле конюшни.
— Мать моя родная, это ещё что за срань?!
От конюшни, в сторону реки шло нечто большое и несуразное, казавшееся надутым, уродливым и горбатым человеком.
— Некрос.
— Эта хто?
— Собранное из мёртвой плоти создание. Извращение над жизнью.
— Он опасен?
— Я с некросами не сталкивалась. Говорят, его сила от некроманта зависит.
— Понятно. Значит, конкретно этот будет очень силён.
За’Хар покачал головой, пытаясь убедить себя, что это не сон. Целая деревня нежити! Да ещё какой нежити.
— Ладно, расклад мне ясен. Здесь засела небольшая армия нежити. Скорее всего, будет больно, когда мы придём их упокоить.
— Не знаю, справимся ли…
— Куда мы денемся. Пошли назад, пока не засекли.
Сидон и Флор были бледны, всё ещё в свежих шрамах, но на ногах, что радовало. Выслушав доклад о результатах разведки, командир группы нахмурился.
— За то, что самовольно пошли в разведку похвалить не могу.
— Ты полудохлый валялся, кого нам было спрашивать, а время уходило.
— За’Хар, а если бы во время твоего отсутствия на Цемфеладу напали? Или ты думаешь, что та очаровательная крыска её единственный враг? Я вот думаю, что нет.
За’Хар почесал макушку, понимая, что действительно, он реально подставил богиню. Если бы кто-то за ними наблюдал, напал бы после его ухода.
— Не подумал…
— Ты вообще редко себя подобными вещами утруждаешь. Надина! Тебе выговор. Пока, я повторяю, пока, без занесения в грудную клетку.
— Совсем сдурел, женщин бить! — заступился за подругу За’Хар.
— Она наёмник. Надо бить — буду бить. Цемфеладу не к Привратнику отправлять придут. Её придут убивать, развоплощать.
— Да, ты прав. Признаю, виновата.
— Хорошо, с этим разобрались. Теперь…
Цемфелада, забавно сопя, что-то рисовала в своей тетрадке и внимания на окружающих не обращала. За’Хар заглянул ей через плечо: в тетради были изображены различные виды солнца. Общего у них было то, что в том или ином виде, на рисунках присутствовал крест.
— Довольно интересно. А почему во всех рисунках есть крест?
— Ты носишь крестик. Я знаю, что он для тебя важен. Раз ты так в него веришь, он должен быть изображён в символе ордена. Хочу, чтобы там было что-то от тебя… Это самая узнаваемая твоя часть. Больше никто не носит на груди крест.
— Я верю не в крест, а в того, кого он символизирует.
— В Бога?
— Да.
— Он хороший? Из светлого пантеона?
— Он есть любовь.
— Значит, хороший. Тем более, надо ему место найти.
— Тогда и рисуй православный крест, что это у тебя за палочки резные… Вот.
— А вокруг со-о-о-о-о-о-лнышко. Вот, — она улыбнулась, — как тебе?
— А что, мне нравится. Просто, стильно, красиво.
— За’Хар, мы вам не мешаем?
 
— Что? А, нет, мы уже почти дорисовали. Цемфелада, покажи им.
На рисунке было изображено жёлтое солнце со стильными лепестками пламени по кругу, в нём чёрный православный крест, а под крестом, расположенный горизонтально зелёный листик.
— Выглядит устрашающе.
— Глупый Сидон, раскрой глаза, это любовь!
— А, так вот как она выглядит. Буду знать. У За’Хара на шее подобная штука висит.
За’Хар рассказал присутствующим об идее с орденом. Все слушали очень внимательно, и он внезапно осознал, насколько серьёзно люди к этому относятся.
«Ну да, а как иначе. Это для меня Цемфелада плохо воспитанная девчонка, для них она прежде всего богиня. Всё, что она делает может иметь для этого мира серьёзные последствия. Я об этом часто забываю, а зря».
— Очень интересная идея, — у Флора даже глаза загорелись жизнью от услышанного, — я бы даже сказал, гениальная!
Сидон одобрительно покачал головой:
— Согласен. Даже удивительно, почему раньше никто не догадался создать орден.
— Потому, что ни у кого нет такого полезного питомца! — Цемфелада погладила За’Хара по голове, приговаривая, — Хороший За’Харчик, хороший.
— Вот, значит, кто я для тебя, зверушка?
— Пёсель сторожевой. За’Хар, дай лапку!
— Я тебе сейчас по заднице дам.
— Может прекратите? У нас совещание, вообще-то, — развёл руками Сидон.
— Идею с орденом надо будет с господином Систом обговорить. Он мужик очень умный. — добавил Флор и Цемфелада кивнула.
— Ну а пока, будем идею с деревней нежити обдумывать. Послезавтра к нам приедут доспехи и подкрепление.
— Подкрепление? Нам дадут ещё одну группу? — спросила Надина.
— Да. Мясник написал, что отправил нам в помощь группу Пиля.
— Оу, Пиль!
— Что-то не так? — поинтересовался За’Хар.
— Да как тебе сказать. Он инквизитор.
— Мне это ни о чём не говорит.
— Фанатик. С ними бывают сложности.
— В данном случае, — возразил Сидон, — он как раз тот, кто нам нужен.
— Две группы, это хорошо, — улыбнулась Марита, — так мы точно справимся с той тварью, что засела в деревне.
— Да, хорошо. Особенно, теперь. Ночью нежить напала на Гобну. Пятеро убитых, дюжине жителей удалось сбежать, остальных твари увели в неизвестном направлении. Думаю, в Пакинку. Никого там не видели из живых?
За’Хар и Надина покачали головами.
— Плохо. Значит, нежити стало ещё больше.
— Знать бы, зачем этот некромант там окопался…
— Пока не спросим его самого, вряд ли узнаем. Вообще, странное поведение. Не понимаю, чего он там окопался. Флор, ты с некросами сталкивался?
— Было дело. Изначально, их сила от некроманта зависит. Создают их, как правило, для боя. Если некрос выжил, дальше будет набирать силу в зависимости от питания. Они как стриги, всё время жрать хотят. Протыкать да резать их бесполезно, а шеи, с которой можно голову снести, может и вовсе не быть. Тяжёлый противник. Я, когда с последним таким столкнулся, запёк его до хрустящей корочки, а он встал и попёр на меня. Двоих в группе положил, трепыхался пока мы ему голову не вырубили из тела. Мясо ещё то было… До сих пор вспоминать жутко.
— Значит, поручим его уничтожение За’Хару.
Пока наёмники строили планы по уничтожению нежити, Присси и Сикус сидели в тенёчке под деревом на небольшом холмике за речкой. Сикус плёл чехол для фляги с водой, а Присси с аппетитом ела жареного цыплёнка.
— Вкусно?
— Угу, очень. Жирненький, объедение. Хочешь кусочек?
— Нет, спасибо, я такое не ем.
— Ну и зря. Деревенское всё очень вкусное. Зачем тебе фляга, ты же не пьёшь воду?
— Цемфеладе подарю.
— Девочке подаришь флягу с рисунком жуткого черепа? Ты туда яду налить собрался?
— Он не жуткий, он философский. Зачем яд?