Изгоняющий бесов. Трилогия (СИ)

— Собака Баскервилей, — в один голос опознали мы с Мартой.
Я скинул Гесса с рук, он же тяжёлый, так и грыжу заполучить недолго, и, не целясь, выстрелил монстру в лоб. Пуля прошла насквозь, ни на секунду не замедлив шаг адского пса. Я выстрелил ещё два раза. Результат тот же, то есть никакой.
— Сейчас кинется, — честно предупредил перепуганный доберман, поджав остатки хвоста. — Я в собаченьках разбираюсь, я бы кинулся.
Решение, стукнувшее мне в голову, было спонтанным, но не гарантировавшим ничего. Да разве в нашей работе есть хоть какие-то гарантии? Просто брать и пробовать надо, вот и всё! Великий метод научного тыка ещё никто не отменял. Конан Дойл, говорите, ну-ну…
Я подхватил упавшую книгу, раскрыл концовку и махом вырвал несколько страниц. Страшная тварь споткнулась, взвыв самым жутким голосом! Её явно корёжило от боли.
— Ага, не нравится, псина этакая? Так получи ещё, Декарт мне в печень!
Я просто порвал на четыре части графический лист с изображением адского создания доктора Степлтона, и семейное проклятие рода Баскервилей тут же исчезло…
Мы с Гессом шумно выдохнули и обнялись.
— Развлекаетесь там? — деловито спросили из-за двери. — Тогда я тоже в команде.
Минутой позже из-за соседней полки вышел призрачный старик с отрезанной головой, которой он угрожающе размахивал, словно собираясь кинуть ею в нас, как шаром для боулинга.
— «Кентервильское привидение» Оскара Уайльда, — легко опознал я. — Дружище, быстренько хватай вон ту книгу в зелёной обложке. Это не самый страшный гад, он только пугать и умеет.
Рыжая Марта, глядя на меня влюблёнными глазами, мигом принесла в зубах нужный комикс. Привидение испарилось, как только я вырвал рисунок до половины. То есть книгу потом ещё и продать можно, так, лёгкий производственный брак. Берите за полцены!
— Эй, там! Между прочим, мы спешим.
— Да ну? Ох, я как раз заканчиваю, две минутки…
Я примерился было плечом к двери, но в этот момент позади нас материализовалась крупная женщина в длинном синем платье с оборками. Волосы забраны в пучок, глаза голубые, в руках топор.
Видимо, в авторской версии комикса всё-таки было принято семейное решение срубить этот вишнёвый сад самим, лишь бы не продавать его какому-то богатенькому выскочке Лопахину. И хоть, по идее, мы знали, что делать, но ведь сами рисунки-то в данный момент находятся у беса в подсобке, значит…
— Дружище, отвлеки её!
— Легко, — откликнулась Марта, скаля страшные клыки. — Я тётенек не боюсь. Поймай меня, глупая курица, нет тебе лапки, а кусь есть!
Ну понятно, что укусить оживший комикс довольно проблематично, но рисованная тётка тем не менее повелась, вздымая топор над головой. Гесс с лаем и визгом носился кругами по магазинчику, а госпожа Раневская (не Фаина!) медленно плыла за юркой рыжей красавицей.
Пока они обе (можно так выразиться?) были заняты игрой в догонялки, я с одного удара ноги вышиб замок на двери. Ушедший в себя рогатый художник не удостоил меня даже взглядом. Чёрный фломастер в его руках просто порхал.
— Ну чего прицепились, а? Рисую, я рисую.
— Сию же минуту убери эту чеховскую стерву от моего добермана, — потребовал я, приставляя ствол револьвера к его высокому лбу.
— Ой, ну всё…
Бес Сашенька раздражённо перевернул лист, и беготня в торговом зале мгновенно прекратилась, сменившись на обиженное поскуливание пса, потому что «никто больше не хочет поиграть с бедной собаченькой».
Нечистый обернулся, прямо посмотрев мне в глаза:
— Ещё что-нибудь?
Я опустил наган. Не знаю. Нельзя же вот так просто взять и пристрелить беса.
Он же не нападает, не творит зла, ничего не рушит, никого не захватывает, ни в чей разум не лезет. Он тут обычный художник-иллюстратор, если что. Даже то, что он спустил на нас героев своих же комиксов, было сделано исключительно в порядке самозащиты. Я не могу его убить.
— Что будем делать, молодой человек с собакой? — нервно спросил бес.
— Понятия не имею. А вы, получается, видите наши истинные лица?
— Само собой. Я тут кому-нибудь мешаю?
  
— Честно говоря, вроде бы нет. А этот владелец… он действительно твой дядя?
— Нет, конечно, но он так считает. Зачем разочаровывать человека?
— Понимаешь ли, — вздохнул я, убирая оружие в карман, — бесы по-любому приносят вред людям. Хороших и положительных среди вас нет. Поэтому сейчас мы уйдём. Но, когда я пойму, в чём твой коварный замысел, я вернусь и выполню приказ Дезмо.
— Дезмо? — неожиданно вскинулся нечистый, от изумления даже выронив фломастер. — Это не тот ангел с чёрными крыльями из Системы? Я его знаю, я рисовал его. Вот!
После недолгих поисков в ящике стола он выложил передо мной четыре небольших наброска тушью явно на блокнотных листочках. Рогатый действительно умел рисовать, не узнать Дезмо было невозможно. И должен признать, я никогда ещё не видел более злобного выражения лица…
— Откуда у тебя это?
— Так, срисовал по памяти, — уклонился бес.
— Не юли.
— Да какая разница, где-то как-то пересекались по его прежнему месту работы.
Понятно. Разница как раз таки есть. Как-то в разговорах отец Пафнутий предположил, что на Систему могут работать очень разные типы, в том числе и с противоположной стороны.
Но, по крайней мере, теперь мне было абсолютно ясно, зачем чёрный ангел отправил нас на это задание. Ему наверняка был опасен лишний свидетель.
— Я это заберу?
— Сделайте милость, не жалко. — Бес охотно отдал мне все четыре рисунка, сунув их в бумажный конвертик.
Доберман в платье тут же цапнул его пастью, аккуратно передав мне.
— Можно я уйду сам, не надо ничего говорить дяде, хорошо?
— Непринципиально, можешь и остаться, — сухо кивнул я, засовывая конверт в задний карман джинсов. — Всё равно он пока в обмороке.
— Правда могу?!
— Да. Говорю же, если что не так, мы вернёмся. Гесс, пошли!
Рогатый художник недоверчиво протёр глаза, не вполне понимая, что, собственно, происходит. Неужели суровый бесогон просто так отпустит беса? Увы, да, я и сам не рад, но по-другому не получается. Привыкай, Саша, мы все очень разные, а я вообще гот с тараканами.
Рыжая Марта, подпрыгнув, лизнула меня в щёку и хлопнула тяжёлой лапой по подставленной карте. Опля!
Мгновением позже мы стояли в сенях нашего дома.
Да, я специально подставил джокера, потому что возвращаться через Систему нам не имело ровно никакого смысла. Судите сами — Марта нас там не ждёт, а не самое сложное задание полностью провалено, более того, фактически мы попросту отказались его выполнять. Это же саботаж чистой воды.
То есть нашли беса, имели все возможности для его изгнания или уничтожения, а вместо этого расстались без упрёков и обид, едва ли не друзьями. Мы разрешили ему жить, работать и оставаться на прежнем месте. Кто нас за это похвалит: моя любимая или Дезмо? Вот именно, а на лишние разборки я сейчас совершенно не в настроении, могу и нагрубить.
Из туалетной комнаты раздался звук сливаемой воды, значит, отсутствовали мы, как всегда, недолго. Мой пёс бросился навстречу выходящей внучке, а бдительный Анчутка поманил меня:
— Тео, вы где шлялись?
— Без комментариев. А что случилось-то за две минуты?
— О майн либер, доннер веттер! — Безрогий красавчик встревоженно доложил, что во дворе у нас нежданные гости. И не его, не отца Пафнутия, а именно мои. Всё, всё, уже выхожу…
— Гесс, за мной.
— Не пойду.
— Не понял?
— Ты меня не любишь. — Остроухий шантажист спрятался за шагнувшей в сени седой внучкой. — Мне Даша на телефоне только что показала одежку для доберманов. Я всё видел!
— И что, лысина Сократова?!
— Не выражайся, — потребовал он, обиженно хмуря жёлтые бровки. — Почему ты не покупаешь мне комбинезоны, джинсы, рэперские цепи на шею, бейсболку с прорезями для ушей? Ты мне даже солнцезащитные очки ни разу не купил, вот!
— Гесс, у нас вообще-то зима.