Изгоняющий бесов. Трилогия (СИ)
— А кто сказал, что я против?
Ко мне, поскуливая, подполз мой пёс. Не так уж он и ушибся, кстати, притворяется больше, любит, чтоб его жалели. Но ситуация и в самом деле складывалась не лучшим образом, я не мог просто так взять и застрелить человека. Во-первых, меня потом пинком с работы выпрут, а во-вторых, это неправильно. Наша задача — изгонять бесов, какую бы форму они ни принимали, а никак не убивать всех тех, в кого им удалось вселиться. Потому что в этом случае победа будет на их стороне.
— Но и умирать не хочется, — вслух закончил я, доберман понимающе лизнул мою руку, сжимающую наган. Сердце болело жутко…
— Но, быть может, мне стоит проявить милосердие? — делано задумался негодяй, прекрасно понимая, что я не выстрелю. — Пся крев, да это неплохая идея! Я не трону мальчика. Я подарю ему жизнь. Более того, когда он плюнет на ваш труп, мы выйдем отсюда, держась за руки. Обещаю воспитать из него настоящего вора!
— Тео, я не хочу воспитываться вором. Это нехорошо, да?
Я потрепал его левой рукой по загривку, сделал два глубоких вдоха, выравнивая дыхание, и показал главарю оттопыренный средний палец. Вполне себе международный жест, чтоб вы знали, он тоже сразу всё понял.
— Даже не надейся, старик. — Монета взлетела в воздух. — Всё будет по-моему, я…
Договорить ему не дал грохот старого нагана. Последняя серебряная пула пробила монету в воздухе, и на пол упал продырявленный кружок бесполезного металла. Никакие привидения не выползли, никакой дракон не вступился за своего «друга и господина».
Обстановка в пещере неуловимым образом изменилась. Воздух стал чище, несмотря на запах пороха и змеиной кожи. Боль в груди исчезла так же быстро, как и появилась.
Двое громил с бледными лицами осторожно ползли к выходу, Гесс, не удержавшись, гавкнул им вслед для острастки, и мужики ещё быстрее зашевелили конечностями. Думаю, маленьких детей теперь они будут бояться до конца жизни. И это правильно!
А посреди пещеры, стукаясь лбом о каменный пол, выл никому не нужный главарь разбежавшейся банды. Он целовал продырявленную монетку, обливая её слезами, с таким пылом, что у меня появились сомнения в здравости его рассудка. Какой-то раздавленный горем толкиенутый Горлум с раздвоением личности, честное слово…
Мы с мальчиком хлопнулись руками, чистая победа. Но стоило нам развернуться к выходу, как за спиной раздался знакомый свистящий шёпот:
— Не спешите уходить, воин и пёс!
Позади нас стоял всё тот же Вавельский дракон, правда, сейчас он был ещё более призрачен, словно потерял часть своей силы, даже голос звучал куда слабей и тише. Тем не менее мы мгновенно изготовились к бою. Короткому, бессмысленному и бесславному, но всё равно умирать без драки как-то неприлично, что ли…
— Я должен поблагодарить вас: вы избавили меня от постыдного служения жалкому человечишке. Волей рока он нашёл заколдованную монету короля Зигмунда и получил власть над миром призраков. Но никто из нас не испытывал радости, помогая ему убивать и грабить.
Ну раз он отлично видит нас истинных, без системных личин, то, наверное, и отвечать стоило так же открыто:
— Всегда пожалуйста. Обращайтесь!
— Ты честен и благороден, другой бы потребовал платы за свои услуги.
— Ну, по совести говоря, мы ведь не вам лично услугу оказывали, а просто выполняли свою работу. Так что одного «спасибо» вполне достаточно.
Дракон улыбнулся и величественно выгнул могучую грудь:
— Не может быть такого, чтобы я уступил в благородстве смертному. Запоминай же, воин! Один раз, всего один, ты вправе призвать меня на помощь, и я приду, где бы ты ни был, чтобы уплатить свой долг. Произнеси лишь внятно и громко: «Вавель, до брони!»[15]
Это была не та ситуация, когда можно из вежливости отказаться. Как раз таки из-за той же вежливости стоило принять его слова всерьёз. Мне оставалось поклониться и поблагодарить.
— А я? — неуверенно завилял задом мой доберман.
— А что ты?
— Я тоже хочу получить свою долю счастья. Можно я вас немножечко кусь за хвост?
Дракон подумал (или сделал вид, что думает), а потом величественно кивнул.
Счастливый Гесс в ту же минуту бросился на кончик его хвоста, поймал, прижал к камню обеими лапами и осторожнейшим образом прикусил. Дракон изобразил нечто вроде «ай-ай, как больно, я умираю от клыков страшного зверя» и так далее.
— Он хотя бы был вкусный? — не удержался я.
— Да! — Пёс самодовольно встал рядом со мной.
— Помни же мои слова, воин, ты призовёшь меня всего один раз…
Туман, морок, наваждение, привидение Вавельского монстра быстро таяло в холодном воздухе пещеры. Ни я, ни Гесс не страдаем галлюцинациями, тем более одновременно. Впервые в моей бесогонской службе нечисть готова сама делать шаг навстречу, воздавая за добро добром. Либо мы очень везучие, либо в словах дракона кроется какой-нибудь подвох. А-а, потом разберёмся…
— Пошли домой? — предложил мой напарник.
— Наверное, сначала в Систему.
— К Марте, к Марте, у неё вкусняшки!
Белый коридор принял нас к себе практически в то же мгновение. На скамье сидел всего один бесобой, крепкий немногословный мужчина в спортивном трико и кедах. Он первым протянул мне руку:
— Парень с собакой. Наслышан. Откуда?
— Из Кракова. Разобрались с убийцей Грицко.
— Кто был?
— Бандиты и нечисть в едином союзе.
— Серьёзное дело, — согласился он.
Мы ещё раз успели пожать друг другу руки, когда прозвучал сигнал «следующий». Ждать своей очереди нам тоже долго не пришлось. А стоило мне шагнуть в кабинет, как рыжеволосая красавица с жаром бросилась мне на грудь:
— Тео! Ты мой герой! Я хочу тебя!
— Э-э…
— Шутка, конечно, но вы просто молодцы! Начальство в шоке: так ловко распутать вавельское преступление, разобраться со смертью бесогона, навсегда закрыть ту банду, что скорешилась с привидениями, и нигде не подставиться, да ещё выбить драконью благодарность… Вы профи, ребята!
Холодный нос Гесса требовательно ткнул её в бок.
— Эй, ты чего, больно же!
— Кто хороший мальчик? Я хороший мальчик! Что это значит?
— Да поняла уже, поняла…
Уже через полминуты мой пёс был очень занят, осторожно распаковывая пакет с печеньем и две маленькие шоколадки «Алёнка». То есть у нас двоих образовалась очередная возможность немножечко побыть наедине. Иллюзорно, конечно, но пусть.
— Слушай, а как вы узнаёте, что мы выполнили или провалили задание?
— Норм, для этого и создана Система. Сложная организация на основе самых новейших научных достижений, реализация теории относительности и корпускулярности времени. Я сама не всё понимаю, но, если можешь не лезть в это дело, лучше не лезь, ок?
— Ок, мне просто интересно. Ты всегда в курсе, как прошло задание, чего мы там натворили, каким образом победили или проиграли. У тебя это что, на экран компьютера выводится, как в режиме онлайн?
— Нет. Ну почти. Начальство уж точно видит.
— Погоди, — сбился я, с огромным трудом отрывая взгляд от её глаз. — Так ваши там наверху, в кабинетах, реально видели, каким образом погиб тот же Грицко, и ничего не сделали, чтобы ему помочь?
— Это против правил. Есть законы, которые никто не может нарушать.
— Милая, какие законы? Вы хотя бы могли предупредить других бесогонов, что их там ждёт!
— Диоген мне в бочку, — вспыхнула она, кроя моими же словами. — Можно подумать, это я тут всё решаю?! Нельзя — значит нельзя, только начальство обладает всей полнотой информации. Тебе сказано было не лезть? Куда ты попёрся? Кто тебя просил? Ещё и наезжает на меня, ага…
— Гесс, пошли. — Я достал карту из кармана свитера.
Резвый доберман тут же встал рядом, бодро слизывая с носа последние сладкие крошки.
— Ну и уходи! — обиделась Марта, поворачиваясь ко мне спиной. — Хочешь быть святее папы римского? Да если бы не Система, вы бы тут… все люди… вас бы просто…
— Да, люди не ангелы, — подтвердил я. — С нами сложно.