Адмирал Империи (СИ)

— Ваше Императорское Высочество собственной персоной, — медленно произнес он, с ног до головы окидывая Таисию хищным взглядом, — вы как всегда восхитительны… Даже представить себе не можете, как я рад вас видеть. Что привело столь высокую особу в этот корабельный клоповник? Хотя не отвечайте, позвольте мне самому догадаться. Вы пожелали лично поблагодарить меня за ту услугу, которую я вам оказал… Не так ли?
Таисия непонимающе вскинула брови, переглянулась с Алексой и сложила руки на груди.
— Услугу? — княжна не поняла, о чем говорит человек, сидящий перед ней. — О какой услуге идет речь?
— Ну, что же вы⁈ — покривился Вереш. — О вас в космофлоте всегда шла молва, как об одной из самых умных и проницательных женщин. Не разочаровывайте меня…
— Прекратите говорить загадками, лейтенант, — нахмурилась Таисия, по старой привычке уперев руки в бока.
Капитан-командор не хотела сейчас терять лишнего времени на пустую болтовню с этим преступником, в любую минуту у карцера могли появиться штурмовики Наливайко, ну или люди Наэмы Белло и тогда одна Алекса скорее всего уже не сможет ей помочь, как помогла минутой ранее, легко разобравшись с охранниками карцера.
— Итак, о чем речь? Я слушаю, у меня мало времени…
— Вы действительно не понимаете⁈ — изумленно воскликнул Вереш, резко вставая и подходя вплотную к решетке.
Он заглянул в глаза молодой девушке, казалось, будто робот сканируя ее изнутри.
— Нет, все вы прекрасно понимаете, только не желаете признаться и от этого в данную минуту ломаете дешевую комедию, — весело засмеялся он. — Но если хотите, я могу это произнести. Вы не можете не быть мне благодарны за то, что я своим мятежом на крейсере «Одинокий» подтолкнул адмирала Василькова в ваши крепкие объятия…
— Что за чушь вы несете⁈ — Таисия Константиновна поморщилась от той ахинеи, которую ее приходилось сейчас слушать. — Здесь что не работает вентиляция, и спертый воздух карцера так сказался на ваших умственных способностях? Или у вас горячка?
— Мой разум холоден, как никогда до этого, — усмехнулся лейтенант. — Я могу объяснить свои слова, если пожелаете?
Вы и ваш венценосный брат — изгои, за которыми в скором времени начнут охотиться все, кто только пожелает. И имперские князья они же главы крупнейших корпораций, и многие адмиралы — ваши бывшие верный псы, да что уж там — любой джентльмен удачи со своими бандитами захочет владеть вами, ну либо вашими головами.
Единственным защитником в данный момент для вас обоих остается этот слишком правильный, но не слишком умный адмирал. Только от него зависит останетесь ли вы живы в ближайшие месяцы или нет. Вы это, конечно же, прекрасно понимаете и не хотите терять свою последнюю опору на просторах Империи.
— Контр-адмирал Васильков — истинный сын своего Отечества и защитник династии! — воскликнула Таисия, стараясь сдержать нарастающий в нутрии нее гнев. — Он остался верен присяге и поэтому сейчас находится рядом со своим императором и охраняет его!
— Да, к сожалению, для него и к счастью для вас, Василькова слишком честен и благороден, поэтому-то он и превратился в беглеца, — улыбнулся Вереш, берясь обеими руками за прутья решетки, будто стараясь их раздвинуть. — Сейчас он находится возле вас, но желает ли он этого по-настоящему?
— Чушь! — гневно воскликнула княжна. — Александра Ивановича никто не держит, он свободен в своих действиях и если бы хотел, то мог покинуть нас в любую минуту. Лично я бы не стала удерживать его насильно…
— Рассказывайте эти байки кому-нибудь другому, но не мне, — перебил Таисию, Вереш. — Так вот, контр-адмирал хоть и находится рядом с вами, но сердце его и мысли в данный момент витают совершенно в другом месте. Васильков до сих пор думает о вице-адмирале Кантор! Несчастный, он не может и не хочет забыть ее, ибо влюблен и околдован, как юный мальчишка!
Вереш оторвался от решетки и победно посмотрел на свою собеседницу.
— Вы же по достоинству оценили опасность того, что Александр Васильков может передумать и вернуться назад в лагерь Северного космического флота его крестного Дессе, не в силах перенести разлуку со своей возлюбленной, — продолжал лейтенант, казалось, испытывая удовольствие от тех умозаключений, которые он сейчас излагал. — Вам, Ваше Императорское Высочество в данную минуту необходимо любой ценой удержать контр-адмирала при себе. А чтобы тот совсем позабыл о прекрасной Доминике Кантор, самым верным способом для вас стало бы — переключить мысли и желания Василькова на себя… Ну, вы же не станете спорить со мной в этом⁈ Стоит признать, что вы чертовски привлекательны, образованы и молоды… Мы мужчины только на словах можем оставаться холодны, когда видим такую красоту перед собой. На самом деле, ни у кого из нас нет шансов устоять перед такой принцессой крови, как вы. Поэтому ваша победа над Васильковым вопрос лишь времени…
— Слова нормального ли человека звучат сейчас в этих стенах⁈ — пожала плечами Таисия Константиновна, но, несмотря на презрение к своему собеседнику продолжала внимательно слушать Вереша.
— И вот неожиданно вам на помощь прихожу я! — лейтенант театрально раскинул руки и склонился в реверансе. Похоже, что разум его действительно помутился. — Я приказываю своим людям вырезать команду Василькова и захватить его корабль. Как вы уже знаете, меня постигла неудача, но этот мятеж как никогда, кстати, помог именно вам… Да, да, не отрицайте.
После того, что мои люди сделали с командой «Одинокого» Васильков уже не воспринимает «щитоносцев», как своих соратников по оружию. А мои мадьяры это космопехи вице-адмирала Кантор, которых та лично выбирала в свои штурмовые команды. Ненависть к солдатам автоматически перейдет на командующую. Клянусь, Васильков уже не вспоминает с нежностью свою прежнюю любовь, как было еще сутки тому назад. Таким образом, именно я стал вашим тайным, самым полезным союзником, который обрубил последние нити чувств между уже «вашим» адмиралом и Доминикой…
— Что ж, прекрасное воображение, лейтенант, — сказала Таисия, решив заканчивать с этой болтовней. — Из вас получился бы отличный писатель в жанре «любовная мелодрама». Но, боюсь, что времени на написание книги уже не осталось.
Княжна кивнула Алексе, и та подволокла охранника, которого он продолжала держать возле себя, непосредственно к камере. Тот снова приложил ладонь к замку, и решетка отошла в сторону.
— Позовешь по рации подмогу — прибью, — коротко пригрозила девушка-андроид Кобарю, отшвыривая бедолагу подальше от себя в сторону.
Лейтенант Вереш от неожиданности в страхе отшатнулся от входа, когда внутрь резко вошла Таисия. Ему было чего опасаться, ибо в руке капитана-командора в этот момент находилась активированная сабля.
— Значит, вы все же пришли не поблагодарить меня, — наконец, догадался он о цели визита Таисии Константиновны. — Жаль… Что ж, пусть так… Я, знаете, привык к неблагодарности в отношении себя высоких господ. Для всех вас — царей, князей и княгинь Российской Империи судьба ваших верных подданных значит не более, чем космическая пыль. Существует ли вообще награда за нашу преданность⁈
— Какую награду ты требуешь⁈ — изумилась Таисия, опешив. — Подлый предатель и головорез! Судьба подобных тебе и твоим мадьярам заранее предрешена — вы все до одного должны умереть!
— Предатель⁈ Для кого? — удивленно вскинул брови Вереш. — Для контр-адмирала Василькова? Но разве я ему присягал⁈ Нет, Ваше Высочество, вы лжете! Я не предатель, а легионер до конца оставшийся верен своему контракту.
— Вырезав экипаж крейсера «Одинокий», и желая убить его командира ты выполнял контракт⁈
— Не только их, но и вас с вашим братом! — зло рассмеялся Винтер. — И контракт здесь не причем.
Таисия Константиновна со всей силы сжала эфес своей сабли.
— Ну, а почему бы и нет, — непринужденно кивнул лейтенант. — Поверьте, так было бы легче всем. Одним ударом со смертью всех вас очень многим в Российской Империи стало бы дышать куда свободней. Адмирал Дессе не беспокоился бы более о том, что вокруг малолетнего Ивана могут собраться недовольные, и гражданская война, наконец, будет завершена… Доминика Кантор пусть и погоревала бы немного по Василькову, но вскоре забыла бы о нем, как о незначительном эпизоде в своей жизни… Остальные князья и адмиралы перестали бы грызться за власть, и в Империю вновь пришел бы мир.