Фрейя. Ведущая волков

Следующие слова демона развеяли те крохи сомнения, что у меня еще оставались:
– Мы всегда были равны, Николас, сын Аяна, не так ли? – вкрадчиво проговорил Истэк, скользя взглядом по алым линиям на его лице. – А теперь выше нас нет никого. – Он медленно обвел рукой два войска.
Расправив могучие плечи, Ник молча слушал его.
Истэк не дождался ответа и продолжил:
– Признаться, мы не ожидали встретить вас так скоро. Я недооценил тебя. И свою тихую сестру. Каково это, Николас, когда тебя спасают женщины?
Ник опустил голову, исподлобья глядя на Истэка, и его челюсти сжались так плотно, что казались высеченными из камня.
– А каково это, Истэк, когда женщины обводят тебя вокруг пальца? – Уголок губ Ника приподнялся, но мрачная улыбка не достигла глаз.
Взгляд демона потемнел, а его ухмылка превратилась в оскал. Тут Истэк обратил внимание на меня, и мне потребовалась вся внутренняя сила, чтобы не дрогнуть под злым, безжалостным взором.
– С каких это пор рабы и девки сражаются бок о бок с вождями? – язвительно спросил он.
Я с вызовом вздернула подбородок.
– Она свободный человек.
Лицо Истэка исказила гримаса.
– Ты всегда был мягкотелым. А в этом мире слабость – прямая дорога к смерти. – Его челюсть раздраженно дернулась, когда Николас в очередной раз проглотил колкость, не поведя и бровью. – Ты не сможешь защищать ее вечно. Сегодня она умрет. Я расправлюсь с ней так же, как с ее семьей.
– Сюда мы не болтать пришли, Истэк, – выдержка впервые отказала Николасу, и в его голос прокралось рычание. Он сдвинулся, загораживая меня.
– Ты прав. Покончим с этим.
– Щиты, – прогремел Николас в то же мгновение, когда над нашими головами гром сотряс мрачные небеса, и дождь полил еще яростнее. Руки со щитами взлетели в воздух. Воины подобрались, готовые к бою. – Встань в другой ряд, Фрейя, – тихо сказал мне он.
– Это ничего не изменит. Ты сказал, мы будем держаться вместе. – Я твердо на него посмотрела. – Я останусь с тобой.
Он колебался, а затем кивнул, задержав взгляд на моем лице. Взгляд, в котором всепоглощающая нежность и… нечто большее на миг потеснили жесткость.
– Убейте всех до одного, – бросил Истэк.
И лавина тьмы понеслась на нас с устрашающей скоростью.
Николас неспешно пошел им навстречу, и за ним тем же темпом двинулись остальные. Моя ладонь стала скользкой от пота и дождя, и я вытерла ее о штаны и стиснула рукоять меча. Ник с лязгом достал из-за спины один из своих.
С каждым ударом сердца демоны приближались, но когда нас стали разделять считаные метры, земля под их ногами разверзлась. С холодящими кровь воплями первые ряды полетели вниз, вместе с комьями грязи и мокрой травы, пока крики не сменились хрипами. Увидеть их тела было невозможно с такой высоты, но я знала: они навсегда останутся там, в выкопанном рву, на длинных деревянных копьях.
Я посмотрела на Истэка. Он с трудом отвел шокированный взгляд от кровавой картины и воззрился на нас, – даже отсюда можно было заметить, что его трясло от злости. Он с истеричной ненавистью выкрикнул что-то на своем языке и рванул к Николасу, перелетев прямо через ров.
– Вперед, – рявкнул Ник.
Вражеские воины начали огибать ров или, как их вождь, бесстрашно перепрыгивать через пустоту, поглотившую их собратьев. Другие демоны спрыгивали с крон деревьев, едва различимые за стеной воды. Стоявшие неподалеку близнецы вскинули лук, и двое мужчин неподвижно упали на землю. Хотя мы были готовы к этой вражеской хитрости, невозможно было заранее определить, с какой стороны поджидать опасность, а потому летевшие сверху копья и кинжалы то и дело достигали цели.
Отвлекшись на молодого Шэлдо, рухнувшего рядом, я едва успела пригнуться под взмахом меча. Наши клинки скрестились у самого лица. Резко дернув запястьем, я с утробным рыком воткнула кинжал в шею демона и отпрянула назад, тяжело дыша. С лезвия стекала густая темная кровь – она капала с острого конца и присоединялась к порозовевшим лужам на земле.
Лишь на миг я позволила себе прикрыть глаза, заглушая непрошеные эмоции, а затем выпрямилась и осмотрелась. Неподалеку Николас ожесточенно бился с Истэком. Движения обоих были преисполнены такой точности, грации и мощи, что, не знай я о серьезных ранах Ника, никогда бы не подумала, что в этот момент его мучила сильнейшая боль. Он размахнулся тяжелым топором, отбивая поочередно три быстрых и сильных удара дикаря. Его правая щека дернулась, будто он прикусил ее, отвлекая себя другой болью.
 
Я заставила себя отвести взгляд, убеждая свое сжимавшееся от тревоги сердце, что он справится.
Тут мне под ноги с грохотом упал Кезро, которого, как назойливого котенка, откинул от себя Фергус. Наличие всего одного зрячего глаза ничуть не мешало ему сражаться; он взмахивал мечом так свободно и точно, будто это было его преимуществом, а не недостатком. Будто частичная слепота открывала для него совсем иное зрение.
Предоставив кузнецу самостоятельно сводить счеты со своим противником, я перепрыгнула через него и на бегу обрушила меч на шею следующего врага. Он в последнее мгновение заслонился щитом, но не успел переместить тяжелую ношу к боку, когда мой клинок вошел в промежуток между его доспехами.
Переводя дыхание и смахивая с глаз мокрые волосы, я огляделась, чтобы в этой беспорядочной куче сражающихся различить знакомые лица. Теоден с Алакеем спиной к спине отбивались от трех Кезро и Хири, круживших вокруг них с топорами наперевес. И хотя численное превосходство было на стороне противников, помощь им явно не требовалась.
А вот Талэк, с рычанием отбивавшийся сразу от двух огромных воинов, уже зажимал рукой плечо. Я попробовала пробиться к нему, но кто-то опрокинул меня на землю. Выплюнув кусок грязи, я яростно посмотрела вверх и встретила прищуренный взгляд здорового Хири с настолько заросшим лицом, что не было видно ни рта, ни даже носа. Его топор вошел глубоко в землю там, где только что была моя голова, и, пока он пытался вытащить его, я быстро вскочила на ноги. Сделала короткий замах мечом. Но не успела обрушить его на незащищенную спину врага, как ощутила жгучую боль в боку. Я крепче сжала зубы, чтобы не вскрикнуть, и обернулась, вдруг осознав, что мой щит остался в траве и заслониться от направленного мне в горло копья второго Хири не было шансов. Оружие не достигло цели, на полпути рухнув на землю. Хлопая глазами, я смотрела, как колени мужчины подгибаются и он медленно оседает, прижимая руки к животу. Следом за ним в лужу упал первый Хири.
– Фрейя. – Родные, слегка дрожащие ладони осторожно обхватили мое лицо. – Ты цела? – Николас принялся лихорадочно ощупывать мое тело и, наткнувшись на свежий порез, выругался. – Делия должна быть… – он огляделся, зажимая мою рану.
– Ник. – Я накрыла его руку своей, а другой коснулась его щеки, заставляя посмотреть на меня. На изрисованном кровью лице зеленые глаза казались еще ярче. Еще прекрасней. – Все в порядке, мне не больно. – «Почти». – Мы не можем подвергать твою мать риску из-за каждой царапины.
Он ничего не сказал. Лишь слегка кивнул, признавая мою правоту. Но его взволнованный вид вызвал у меня внутри такой прилив нежности, что я не сразу поняла, что…
– А где Истэк?
– Я отвлекся на нескольких Кезро и потерял его из виду, – мрачно произнес Ник. Я быстро осмотрелась вокруг, но его действительно нигде не было видно. Николас нагнулся, вручил мне упавший щит и вырвал из тел поверженных врагов свои меч и топор. – Держись рядом, – напомнил он.
Сражаться с ним плечом к плечу было чем-то совершенно новым и волнующим. Только сейчас я осознала, что мы никогда толком не тренировались вместе, а лишь наблюдали за работой друг друга. В бою все выглядело иначе. Таким, каким он был сейчас, безжалостно пронзая врагов мечами, отнимая жизни одну за другой, я видела его впервые. Его цепкий взгляд казался почти диким, губы приподнимались в яростном оскале, а вены и мышцы вздувались от напряжения. От него веяло такой первобытной мощью и свирепостью, что эта невообразимая сила, казалось, передавалась и мне. Инстинктивно чувствуя друг друга, мы без труда прорывались через ряды Кезро и Хири, помогали, если один из нас не справлялся.