Запретный плод для нимфы, или Нимфы против Нагов (СИ)

Озеро Забвения находилось не особо далеко от нашего замка, но если я не хотела быть замеченной русалками еще на подходе к озеру, то последнюю часть пути лучше было пройтись пешком. Я быстро шла по лесу, ведя за собой Хавьера, и ясное дело, что прокладывая себе дорогу, я не очень-то церемонилась с ветками, которые в свою очередь мстили мне тем, что цеплялись за мою одежду и пытались выдирать мне волосы. Можно было, конечно, и, пожалуй, даже нужно было остановиться и попытаться договориться с лесом, но, во-первых, чем ближе к озеру Забвения, тем меньше шансов, что лес захочет мне помогать в ущерб своим соседкам-русалкам, а во-вторых, я была слишком раздраженна и зла, чтобы быть в состоянии вести сложные переговоры. Поэтому единственными моими союзниками, кроме Хавьера, разумеется, оставались легкие осенние ветерки, сопровождавшие меня от самого моего дома, которые нежно и ласково, почти с материнской заботой, целовали мои поцарапанные ветками щеки, лоб, шею и руки, и радостно поигрывали прядками волос, выбившихся из косы. То, что я уже на месте я поняла по звукам обольстительного женского смеха, звучавшего как пение сирен, который перемежевался с не менее обольстительным мужским смехом. Интересно, если бы он знал, что ему уготована роль бездумного, бессловесного быка осеменителя на пару циклов Иири, после чего его выгонят из озера, но ни разум, ни память к нему так и не вернутся, он бы продолжал также счастливо заливаться смехом, раздраженно подумала я и раздвинула ветки, чтобы оценить обстановку. На мою удачу, Эрик плыл к тому же берегу, у которого сейчас была я. И плыл он в окружение четырех русалок, в буквальном смысле пожиравших глазами тугие узлы его мышц, которыми он откровенно и с наслаждением красовался. Вот он, повернув голову и улыбнувшись, набрал полный рот воды и смеющимся фонтаном выпустил ее в ближайшую из них, осчастливленная рыбина сначала радостно завизжала, после залилась смехом, а затем нырнула в прозрачную глубь хорошо знакомого ей мира, он, разумеется, нырнул за ней, три остальные нырнули туда же. Я в напряжении ждала, пока они вынырнут, но они все не появлялись. И вот, когда я уже решила, что все! Придется мне посылать одного из ветерков за бабушкой, потому что из глубин озера мне Эрика, точно, самой не выудить, сначала русалки, а следом и догоняющий их безмозглый недопринц, прикидывающийся тритоном, с радостным всплеском вылетели в облаке сверкающих в предзакатных лучах Иири брызг, еще мгновение и они снова исчезли в глубине, чтобы через другое мгновение снова появиться на поверхности. При этом, они все впятером все ближе и ближе приближались к берегу, а значит, мне необходимо было что-то срочно предпринимать.
В целом, задача моя была не особо сложной, поскольку русалки совершенно не владели магией, если бы не одно, вернее два «но». Мне нельзя было даже приближаться к воде, если я хотела продолжать помнить о цели своего визита на озеро, а Эрик был целиком и полностью в воде и, по всей видимости, абсолютно не имел никакого намерения из нее выбираться. Другими словами, вариант у меня был только один, воздух, вернее ветер. Мне нужна была мощнейшая струя воздуха, которая бы подхватила забывшего себя и свое имя пловца и выкинула далеко за пределы озера, причем очень и очень далеко. Потому что, если вдруг в его голову, затуманенную водами забвения, придет мысль бежать назад в озеро (а молва утверждает, что такая мысль ему обязательно придет в голову), то чтобы бежать ему пришлось очень и очень долго. Я обострила все мои чувства и улыбнулась, удача снова была на моей стороне, где-то, причем не так уж и далеко, бушевал настоящий ураган, как раз то, что мне было нужно. Решено, сделано, и я рассказала кружившим вокруг меня ветеркам мой план, и они закивали, зашелестели, захихикали в ответ, радуясь предстоящему празднику души. Призыв ветров с помощью заклинания, особенно, если они уже полны сил и только и ищут возможности, чтобы выпустить пар и повеселиться, потанцевать в свое удовольствие — это как приманить пчел на цветочный луг; то есть, тут главное не приманить слишком много пчел, а то не будет хорошо ни цветам, ни лугу. А в моем случае, только бы не переусердствовать с эмоциями возмущения, раздражения и разочарования по причине легкомыслия и безответственности некоторых гормонально озабоченных, самовлюбленных недопринцев, из-за которых я до сих пор не только не знаю, что мне написал в письме Этьен, но и из-за которых я вместо того, чтобы в своей комнате сидеть и прилежно к самостоятельной по зельеварению готовиться, по всяким там озерам Забвения шастаю. Ну, да, признаю, с таким моим «радужным» настроем, с эмоциями все же промашечка вышла, а потому после того, как я прочла заклинание и призвала вихрь, который и подхватил отчаянно упирающегося русалочьего героя-любовника и понес…, выяснилось, что отнес он его на более чем приличное расстояние.
 
Нет, с точки зрения, отыскать, в этом проблемы не было, мои верные помощники-ветерки легко русалочьего героя-любовника отыскали и сообщили мне, где именно он находится. Проблема состояла в другом: в том, что если Эрик, в связи с купанием в озере Забвения, так и не вспомнит, кто он и как перекидываться в дракона, и так как вариант с пегасом исключался из-за того, что нас двоих Хавьер бы не утянул, а вариант — мне обернуться фламинго, недопринцу ехать верхом — потому что я израсходовала слишком много сил, то до бабушкиного замка нам предстояло брести всю ночь, в лучшем случае. В лучшем случае, который предусматривал, что будут выполнены целых два условия. Первое — императорского отпрыска я должна буду тянуть на привязи, да еще и, подгоняя лозиной. Второе условие предусматривало, что одежда Эрика валяется где-нибудь поблизости, так как я даже как вариант не рассматривала отправиться за голым, как младенец в момент рождения, недопринцем, не захватив для него хоть чего-нибудь, чтобы прикрыться.
К моему облегчению, искать хоть что-нибудь мне не пришлось, потому что одежду Эрика, аккуратно развешанную на дереве — я нашла совсем недалеко от озера. Очевидно, он планировал, что после того как искупается, дальше добираться до нашего имения пешим ходом. Что в целом, если не считать купания с русалками, было вполне разумным решением, если учесть, что в образе дракона влететь к нам во двор — было бы слишком приметно, а он совершенно не хотел афишировать своего визита, плюс место здесь было уединенное и до имения километров десять не больше.
— Каролина?! — вдруг позвал меня необычайно певучий голос. Хотя почему я говорю «необычайно», я у озера Забвения, а здесь у всех его обитательниц чрезвычайно певучий голос. — Ты же Каролина-а, так ведь? — именно с таким вопросом ко мне обратилась наяда. И попрошу не путать наяд с русалками, хотя бы потому что у них есть ноги. Разумеется, у них могут быть также и хвосты, но только тогда, когда они сами захотят.
Здесь, как я полагаю, необходимо, сделать небольшое отступление, чтобы все объяснить более или менее популярно. Так вот, что касается высших нимф способных управлять землей, водой и воздухом, и при этом еще и жить неприлично долго на белом свете, то нас не так уж и много осталось, а вот, что касается различных видов нимфической расы, дар которых поскромнее будет, в том смысле, что все другие разновидности нимф обычно владеют лишь одной из стихий, то этого люда в наших землях сколько хочешь: и дриады — лесные, древесные нимфы, самые древние из известных науке нимф, и напеи — нимфы дикорастущих долин, полей и лугов, и лимнады — нимфы болот и озер, и ореады — горные нимфы, и агростенами — нимфы сельскохозяйственных  угодий и культурных растений, и наяды — нимфы пресной воды, то есть, нимфы речных, родниковых и озерных потоков, и нереиды — морские нимфы, и океаниды — нимфы океанских потоков, и плеяды — нимфы небесные.
— А вам какое дело? — настороженно откликнулась я, снимая рубашку Эрика с ветки.
— Просто я чувствую зов крови…
— Что-о-о? — опешила я. Клянусь, если бы она мне сейчас сказала, что опускавшееся сейчас за горизонт Иири больше никогда не взойдет, я бы и то удивилась меньше. — Зов чего?