Город, которого нет (СИ)

— Ага, типа того, — подтвердил Рыжий. — На низких эхо здесь только травка, дерево кратомовое вон растёт и ещё пара мелочей. А вот повыше появляется волшебная дурь. Кстати, она и для спящих самое то. Дать на зацен?
— Как нибудь потом, — отказался Мирт. — То, что есть вещество, способное сводить с ума таких как мы, это уже большая проблема. Я должен срочно рассказать об этом наверх.
  
— Да, давай. Надеюсь, вы найдёте тех конченых, которые это делают, — одобрил Рыжий. — Гидру распространяют через клады, а потом передают отметки на карте. Покупают через даркнет.
— Можешь нам показать где?
— Я-то смогу, но нафига? — с подозрением спросил Рыжий.
— Может, удастся поймать доставщика.
— А, в этом смысле… — успокоился торговец. — Да не надо ничего искать. Я могу черкнуть адресок, где сегодня закладка будет.
— Откуда ты об этом знаешь? — насторожился уже Мирт.
— Потому что это было сегодня ночью, — усмехнулся Рыжий. — Мы же в сраном дне сурка, или ты забыл?
— Тогда мы будем благодарны за это место.
— Ага-ага, — покивал торговец и одна из девушек, большегрудая блондинка, понятливо подняла со стола поднос с угощением. — Так, ща… может вам чайку? Есть печеньки с…
— Не надо, — отрезал Мирт. — Просто дай адрес.
— Недружелюбные у тебя какие-то друзья, — с усмешкой бросил Рыжий Лёхе и начал рыться в телефоне. — Ага, вот. За водосточной трубой на тракторостроительной сорок шесть. Но откатиться придётся на сутки, если у вас есть для этого время.
— Будет, — отмахнулся Мирт. — Спасибо за помощь от лица пробуждённых.
— Где мы возьмём столько времени, чтобы вернуться назад к вечеру? — это был первый вопрос, который Лёха задал Мирту, когда мы снова оказались на первом, в окружении разбитой стеклотары, мусора и зловония.
— Тебе — нигде. У тебя нет боевых параметров, — с лёгким раздражением ответил лидер группы. — А остальным выдадут, не волнуйся.
— Э-э, а чё я крайний⁈ — возмутился Лёха.
— Для захвата мне понадобятся Алекса, Эла и Полярис.
Вот так вот я неожиданно для себя выяснил, что меня записали в боевики, а единственный параметр, который я спалил перед Миртом — оказался чем-то сильным для боя.
Кто бы мог подумать, что таймер до смерти может быть использован для того, чтобы уйти от неё? Осталось только понять, как именно это происходит.
— Э-э, Мирт, ты погоди меня в слабаки-то записывать! — возмутился Лёха. — Ты просто заранее скажи, чё надо, я и подстрою личную историю заранее.
— Ну, если так хочешь, ок, я скажу Мише. Он пусть решает.
Я не сдержал улыбку. Как будто кто-то откажется от халявного бонуса к времени.
— Что делаем дальше? — спросил тогда я.
— Возвращаемся в центр, на оборону, — ответил Мирт, чем сильно удивил нас с Лёхой.
— Вот так сразу?
— Больше мы на этом круге вряд-ли что-то поймём. Лучше подготовимся к обороне. Поищем что-то против ланцетов.
На улице остальная часть компании всё так же убивала время, как и раньше. Группа социофобов на выгуле, не иначе.
Алекса так и осталась валяться на холодной влажной земле рядом с топором. Феликс — зависать в телефоне, а любительница животного мира уже кормила булкой невесть откуда взявшуюся дворнягу.
— Ждите пока, — бросил Мирт. — Надо переговорить с Мишей.
И не дожидаясь ответа, принялся копаться в телефоне.
Я вдохнул полной грудью и осмотрелся. Воздух снаружи был свежим и чистым. Вдалеке виднелась медленно бредущая бабка с внучкой. Обе без масок и фильтров. Никто ничего не боялся, не прятался от возможных рейдов, никаких признаков изнеможения от голода.
От этого зрелища на лице сама собой появилась улыбка. До чего же прекрасно просто жить и наслаждаться покоем, когда не нужно постоянно оглядываться в поисках опасности.
Интересно, как скоро я привыкну к тому, что ад приходит теперь только строго по графику?
Думая обо всём этом, я увидел в начале насыпи мужика лет шестидесяти, судя по всему, без определённого места жительства, как говорится.
Идеальный мир, в котором есть бомжи и наркотики?
Нет, нужно всегда быть настороже. Я слишком многое потерял в прошлом из-за беспечности, и больше эту ошибку не повторю.
Наверное, потому я и решил спуститься к склону и поговорить с бомжом. Нет, не чтобы выяснить какие-то тайные тайны и секретные секреты. Скорее чтобы лучше прояснить для себя некоторые вопросы.
— Доброго времени! — приветливо сказал я.
Мужик посмотрел на меня слегка покрасневшими глазами и носом. Он сидел здесь отнюдь не с грустью, а искренне наслаждался нахождением в этом месте сим замечательным осенним деньком.
— Хули нада, пацан? — добродушно приветствовал меня мужик.
— Да пару вопросов… просто о жизни. Диссертацию пишу… о мечтах простых людей.
На красном лице бомжа расцвело удивление.
— О как! Едрить. А мне то чё с твоего доклада? — грубо спросил он, однако в голосе послышались первые нотки дружелюбия.
На этот счёт у меня был с собой аргумент.
Бутылка водки из сумки, которую я взял с собой скорее как антисептик. Вот и она пригодилась.
Лицо моего собеседника расплылось в довольной улыбке. Я увидел преображение на всех лицевых мышцах бездомного.
— О-о! Так это же совсем другой разговор! — обрадовался он.
Он протянул руку.
— Так чё тебе?
— Пара вопросов.
— Чтоб ты потом меня заложил?
Это кому, интересно?
— Если не хочешь, можешь просто не отвечать. Но вопросы пойдут скорее общие. О жизни в целом.
— Ну, если так, то давай, — кивнул мужик с недоверием.
— Ты любишь наш город? Ты счастлив?
— Ты чё, издеваешься? — сперва возмутился бомж, а затем вдруг задумался. Морщины на лбу разгладились и он пробасил. — Хотя если подумать… вот ты мне сейчас дал эту бутылку и я правда счастлив. Мне было хорошо, а станет же ещё лучше. То есть мир не без добрых людей получается, да?
— То есть ты считаешь себя счастливым человеком?
— А чё нет? Работать не надо, начальника у меня нет. Встаю когда хочу, делаю что хочу, сам себе хозяин. А вот ты, студент, трясёшься за дом, учёбу, будущее, бабки… Живёшь в закрытом мирке по ебучим правилам. Вот ты провалишь свой доклад, и выпрут тебя из твоего универа. А мне — похуй кто там и что обо мне думает! Так кто из нас более несчастен?
Я кивнул. Жизненная мудрость бомжа меня не сильно интересовала, но сам факт, что у него подобная жизненная позиция, уже говорил о многом.
Если бы он ответил, что ненавидит город, я бы спросил, куда он бы он хотел уехать. Но оказывается, даже бомж чувствовал себя достаточно счастливым здесь. На мой вкус, это было слегка чересчур. Хотя, он ведь пьян…
— А никогда не хотелось покинуть город?
— Покинуть? Уехать? А нахрена? Здесь мой дом!
— Вдруг там жизнь лучше?
— Ну… не знаю. А есть предложения?
— А куда бы вы отправились?
Мужик задумался и завис.
Провокационный вопрос. Кроме Города других населённых пунктов не существовало. Хотя вечная Лея упоминала как минимум существование других стран. Непривычных, но всё же.
— Не знаю…
— Любой город на планете.
— Слушай, хули ты пристебался, студент?
— Хорошо, другой вопрос. Назовите любое место за пределами города?
— Эйфилева башня, Лувр, Великий Софиевский Собор… — проявил эрудицию бомж, чем снова меня удивил.
— А что-то поближе к городу, в нашей стране?
Вот здесь мужик и завис окончательно. Не в том плане, что вопрос был слишком сложным — скорее он вызывал какой-то сбой в голове. Никто не знал о том, в какой стране мы живём, и уж тем более не мог назвать точный регион, где находился Город.
Спустя секунд тридцать молчания, мой собеседник перегрузился и выдал:
  
— А вот меня… это… Григорий Палыч зовут. А тебя как, студент?
Просто внезапный переход на другую тему. Будто нить прошлого разговора потеряна.
— Василий Котов, — отмахнулся я первым, что пришло в голову. — Не напомните, о чём мы только что говорили?