Город, которого нет (СИ)

— Если что, детективом я пока ещё не был.
— Полярис, тебе не всё равно, где ты встретишь критическую точку? Черви или что там на сегодня задумано, и так будут пытаться тебя сожрать. А это отдыхательный квест, — сказал Мирт. — На пятом эхо мы больше ничего не сделаем. Время начальство тебе компенсирует.
— Ну если так, то ладно. Просто не вижу, чем я могу тут помочь.
— Пока просто посматривай на время.
  
— Я умирать буду на кризисе, — пожал я плечами.
— Да, если распространять наркоту, то где-нибудь тут. — подал голос Лёха. Он, похоже, был здесь не в первый раз. — Здесь полно нычек. В заброшенном хлебном цеху например. Это вон там!
Он махнул в сторону труб вдалеке.
— Знаешь этот район? — спросил я у него.
— Как свои пять пальцев! — подтвердил он. — Душевное место.
Смотрелось «душевное место», как место обитания гопоты и мелких бандитов. Заброшенный завод на фоне серых многоэтажек, длинные широкие улицы, редкие машины.
Мимо по улице пролетела серая волга, отбрасывая покотившуюся прочь с шумом консервную банку. Это испугало завтракавших на мусорном контейнере кошек, и те с визгом бросились прочь, умудрившись перевернуть немаленьких размеров металлический ящик. Хотя, он и до этого стоял так себе.
Следующий за волгой запорожец поймал ещё пару банок, и грохот усилился, а водитель немного вильнул в сторону.
Обошлось без аварии, но картина была не вдохновляющей.
— Забей, до начала ещё полно времени, — бросил Лёха. — Говорю же — душевное место!
За это он поднял купленную в ларьке бутылку пива и сделал три долгих глотка.
— Кстати, здесь моя подруга недалеко, — добавил он. — Я зайду к ней, раз пока не нужен?
Мирт посмотрел на него с раздражением, но затем замер. Что-то прикинул в уме. Спросил:
— Она пробуждённая?
— Угу. Но малость того, поехавшая, — парень покрутил пальцем у виска.
— Это как раз нормально, — вздохнул Мирт. — Веди, познакомимся. Сдаётся мне, я знаю, к кому ты нас сейчас приведёшь…
  
21. Голос утопии
 
Интересно. Хочет допросить местную обитательницу?
— А чё вести, она во-он там, за мостом! — он неопределённо махнул рукой.
Вскоре из-за старой пятиэтажки в окружении укрытых золотой листвой деревьев выступил устремлённый к небесам крест небольшой часовни. К нашему общему удивлению, именно туда Алексей нас и вёл.
Обычно такие культовые постройки выделяются среди других, но эта ютилась между домом и небольшим маркетом на соседней улице. Будто её пытались спрятать, а не выставить напоказ.
Вблизи здание казалось мне ещё более мрачным. Каким-то пустынным. Ни единого деревца или клумбы, никаких каменных памятников, источников. Создавалось ощущение, что постройка необитаема, или здесь проходит ремонт.
— Я здесь постою, — скривилась Александра, глядя на купола.
— Аллергия на церковь? — хмыкнул Лёха.
— Нет, на Вечную Лею, — бросила она и, не дожидаясь разрешения, просто резко свернула в сторону.
— Твоя подруга — вечная? — удивился я.
И приметил, что Мирта эта информация ни капли не удивила.
— Да… она мне дала время, когда меня черти прижали. Чуть в неписи не скатился, если б не она. Так что она классная. С головой беда только…
— Она не опасна? — осторожно спросила молчавшая любительница животных.
— Не, не буйная. Наоборот, нервы у тёлки железные. Мне б, блин, такие! — буркнул Лёха, открывая деревянные створки врат.
— Главное при ней этого не ляпни. Я буду говорить, — предупредил Мирт. — Лучше помолчите от греха подальше. Или вообще оставайтесь снаружи, как Саша.
В нос ударил запах свечей и ладана.
На входе была старушка, продававшая иконы, свечи и прочее. На нас она внимания не обратила, мирно дремая на прилавке в своей комнатушке.
Свет сюда практически не попадал, отчего создавалось ощущение вечного заката. Лишь ярко светились цветные витражи. Преобладал в них жёлтый цвет, от чего в центре помещения было особенно ярко, но в то же время по краю зала отчётливо виднелся свет от множества свечей под иконами.
В центре всего этого, перед алтарём на коленях стояла девушка в сером одеянии с чёрно-золотыми узорами. Смотрелось это скорее как косплей — на привычную чёрную рясу священника это походило слабо, но затем я напомнил себе, что здесь есть эхо, а значит возможны отличия от привычного.
За пять метров до неё, на входе в небольшой округлый зал, девушка встала и обернулась.
Вечная Лея, вторая встреченная мной официально вечная, выглядела не так, как я её себе представлял.
Немного детские черты лица делали её похожей на школьницу, да и ростом она была не особо высока. На лице — лёгкая неземная улыбка познавшего сансару просветлённого. Глаза, впрочем, казались напротив — жуткими, разрушая весь образ невинного ангелочка.
Серебряная радужка неестественно подсвечивались в полумраке церкви. Этим она немного напоминала Алексу. Но, в отличие от бешеной девочки с топором, глаза вечной Леи источали арктический холод.
— Ты привёл посетителей в Дом Божий, Алексей? — спросила она шелестящим и совсем не детским голосом. Даже будто не совсем человеческим.
— Да вот, ребята со сходки захотели с тобой познакомиться, — без грамма смущения, будто общался с обычной девчонкой на улице, сказал Лёха.
— О-о… вот как. Моя персона не стоит этого. Выйдем, это не место для пустых разговоров.
Девушка перекрестилась, поклонилась и лишь затем направилась к выходу. Я тоже машинально перекрестился, скорее по памяти из далёкого детства. В последние времена перед апокалипсисом люди сильно изменились — одни стали истовыми верующими, другие наоборот, глядя на всё происходящее утратили веру в чудо.
Чёрт, весь Город постоянно пытался пробуждать такие осколки памяти в каждой мелочи…
Этот жест не укрылся от Вечной Леи. Она на доли секунды остановила на мне свой взгляд. Будто из всей нашей компании только я заслужил хоть какое-то внимание.
За пределами церкви девушка ещё больше разрушила образ святой.
Из кармана мантии появилась сигарета. Мирт без слов подпалил её зажигалкой, и девушка закурила.
Парень убрал зажигалку в карман и облокотился о забор часовни.
— Ты теперь ещё и куришь? — наконец, спросил он.
— Господь переродит меня раньше, чем это сможет причинить вред, — ответила она. — Ты обрёл Веру, Мирт?
— Вы знакомы? — удивился Лёха.
— Встречались как-то раз, — пояснил Мирт. — Когда оборонялся в этом районе от беспредельщиков.
— Сатанисты почему-то обходят этот район, — произнесла девушка, и я всем существом ощутил, как сильно её это огорчает. — Что тебе нужно, ищущий?
— Что-нибудь слышала о гидре?
— Мифический зверь или бестия типа ящер? — уточнила она.
— Дурь, которой здесь с недавнего времени травят народ.
— Меня не интересуют такие вещи, — Лея стряхнула пепел через ограду наружу.
— Это могут быть беспредельщики. Как раз потому, что сами больше сюда не заходят, решили тебе так подгадить. Вариант?
Девушка поёжилась.
— Сатанисты, плюющие в лицо высшим силам умоются кровью, — выплюнула она с ненавистью,
Девушка нервно дёрнула рукой, случайно задев металлический штырь ограждения, и тот со скрипом отогнулся в сторону, чтобы не соприкасаться с рукой девушки.
После чего вдруг отвесила себе хорошую оплеуху и перекрестилась.
— Гнев есть грех, — прошептала она в качестве объяснения.
Мы замерли, не зная как себя правильно вести в такой ситуации. Лёха видя мой блуждающий на нём взгляд, пожал плечами. Дескать, всё нормально, не обращай внимания.
  
Ну-ну.
— Дурные знаки. Нужно продолжать служение… — с лёгкой тревогой сказала Лея. — Мне нечего тебе сказать, Мирт. Сходи к Рыжему. Он занимается тем, что дурманит разум.
— Кто такой Рыжий?
— Его ещё зовут Ирландцем. Этот добрый человек помогает другим добрым людям дурманить свой разум. В этом мире его дом находится в башне из стекла, что возвышается над лесом у трамвайных линий.