Дарио (ЛП)

— Не стоит так далеко отходить от дома, — продолжил он дружелюбным тоном.
— Или что, ты меня пристрелишь? — вспылила я.
В обычной ситуации я бы постаралась не злить его, но я все еще была испугана после встречи с гадюкой, и во мне бурлил адреналин. Наверняка поэтому я была такой смелой.
Он только усмехнулся.
— Нет, мне придется перекинуть тебя через плечо и нести обратно, а тебе это может не очень понравиться.
Я настороженно посмотрела на Ларса. Из всех людей, с которыми пришлось столкнуться, он был единственным, кого я боялась до дрожи — из-за того, что видела происшедшее в кафе моего отца.
Остальные были страшны сами по себе. У Адриано был ужасный характер, а Никколо скрывал зловещую сторону под своей дружеской болтовней.
Вообще-то, я беру свои слова обратно.
Больше всего я боялась Дарио.
Он был похож на молчаливого волка, который всегда следил за мной, готовый сожрать в любую секунду.
Однако у меня были и другие чувства к Дарио, которые отчасти компенсировали мой страх.
Когда он был рядом со мной, мое тело реагировало так, что я не могла его контролировать.
Ларс был очень красив, да, но я ничего к нему не чувствовала. И каждый раз, когда смотрела на него, передо мной была картина, как он убивал человека в кафе.
Похоже, он точно знал, о чем я думала, потому что сказал.
— Тебе не надо меня бояться.
— Точно. Мне нечего бояться человека, который следит за мной со снайперской винтовкой.
— Мне приказано обеспечивать твою безопасность. Что, согласись, я и сделал.
— Да, но змея — не единственный раз, когда я видела, как ты стреляешь.
— Человек прошлой ночью тоже был змеей. Только другого типа.
— Дай угадаю — прошлой ночью ты тоже защищал меня, — заметила я с сарказмом.
— Нет. Я защищал семью. — Он имел в виду Розолини. — Хотя можно утверждать, что я защитил и тебя, выйдя из кафе после того, как все закончилось.
Я слегка вздрогнула. Это была правда — он мог легко убить меня. И, наверное, это было бы в его интересах.
От этой мысли у меня кровь застыла в жилах.
— Почему же ты не убил меня? — тихо спросила я.
— Я решил, что змея представляет большую угрозу, — пошутил он.
— Ты знаешь, что я имею в виду. Почему ты не застрелил меня прошлой ночью?
— Зачем?
— Я была единственным свидетелем — и ты смотрел прямо на меня. У меня была возможность описать тебя в полиции.
— Я не убиваю женщин и детей. Никогда.
— А если бы они приказали? — спросила я, показав головой в сторону дома.
— Они бы не стали.
— Это что-то новенькое, — пробормотала я. — Мафиози, не желающие убивать кого-то.
— Они не такие, как ты думаешь.
— Как это?
— Тебе следует спросить Никколо или Дарио. Не мне говорить о делах семьи. Но, скажем так, они не обычные мафиози, — сказал он, слегка насмехаясь над тем, как я их называла.
— Хм, — только и произнесла, идя с ним по направлению к дому. — Ты швед?
— Да.
— Никколо сказал, что ты дважды спасал жизнь Дарио в тюрьме.
— Да.
— И поэтому они тебе доверяют?
— Да.
— Ты служил в армии? В Швеции?
— Да.
— И поэтому ты такой хороший стрелок?
— Отчасти.
— Ты разговорчив, не так ли?
Он снова улыбнулся.
— Я бы говорил больше, Алессандра, если бы знал, что с тобой мои секреты в безопасности.
— Какие секреты?
— Кто я. Что сделал. На кого работаю.
— Я уже знаю все это.
— И я не вижу необходимости, чтобы ты знала больше.
— Тогда зачем было привозить меня сюда?
— Это было не мое решение.
Я вспомнила, как Никколо упрекал Дарио вчера вечером за то, что он привел меня в дом.
Я также знала, что Никколо был единственным, кто осмеливался противоречить своему брату.
Больше никто не стал бы перечить Дарио…
Но Ларс только что сказал, что не все из братьев согласны с выбором Дарио.
Возможно, никто из них не согласен.
— Зачем он привез меня сюда? — спросила я.
Ларс пожал плечами.
— Дарио делает то, что хочет. Но я думаю, что ты понимаешь, на какой риск он идет, приблизив тебя к себе. Ты многое увидела. И можешь сказать не то, что нужно, не тем людям.
 
— А потом ты бы меня застрелил.
Ларс покачал головой.
— Не я.
— А кто тогда?
Он молча смотрел на меня, и я знала ужасный ответ.
Дарио.
Дарио будет тем, кто покончит с моей жизнью, если я переступлю черту.
Он действительно был монстром.
Я вдруг испугалась сильнее, чем после убийства прошлой ночью. Даже змея не внушала мне такого страха.
Ларс увидел мою реакцию и попытался смягчить то, что сказал.
— Держись дома и прилегающей территории, Алессандра, — тихо посоветовал он. — Делай, что тебе говорят, и скоро ты сможешь вернуться домой.
— Когда?
— Я не знаю. Просто будь осторожна, — сказал Ларс, и на этот раз он не улыбнулся. — Здесь повсюду гадюки.
Я знала, что он говорил не только о тварях в траве.
С этими словами он поднялся по лестнице, чтобы снова занять свой пост…
… а я вернулась в дом, слишком напуганная, чтобы делать что-либо еще.
  
Глава 11
 
Я была слишком напряжена после разговора с Ларсом, чтобы пообедать, поэтому, когда наступило шесть часов вечера и пришло время готовиться к ужину, сильно проголодалась.
Приняла душ и воспользовалась удивительно ароматным мылом и шампунем, стоявшими в ванной. Я подумала, не воспользоваться ли феном, лежащим на столешнице, чтобы высушить волосы, но потом решила не делать этого. Они могли бы высохнуть естественным путем, хотя это, вероятно, заняло бы несколько часов.
В конце концов, я шла не на конкурс красоты.
А собиралась на ужин с кучей преступников и убийц…
Один из которых, очевидно, убьет меня, если понадобится.
Я уже собиралась надеть одно из своих платьев, но тут увидела оставленное горничной, пока я спала.
Оно все еще висело на стуле, и никто не тронул его.
Подумала, не приказал ли Дарио прислуге не убирать платье, пока не надену.
Часть меня взбунтовалась и хотела выбросить его в окно.
Но я вспомнила, что Ларс ответил на мой вопрос о том, кто убьет меня, если придет время.
Не делай монстра злее, чем он уже есть, Алессандра, — предостерегла сама себя.
Я надела платье, скрипя зубами.
Оно было очень красивым, гораздо более роскошным, чем все, что я носила раньше.
Голубой шелк словно ласкал мою кожу… оно было скромного покроя и открывало не больше, чем моя собственная одежда.
Но меня это возмущало.
Оно казалось мне ошейником на шее, еще одной цепью, привязывающей меня к этой прекрасной тюрьме, которую я не могла покинуть… и к тюремщику, в руках которого была моя жизнь.
Тем не менее, я достаточно сильно боялась, чтобы не надеть платье на ужин.
Не зная, где находится столовая, нашла ее, прислушиваясь к оживленной речи Никколо, когда он разговаривал и смеялся со своими братьями.
Когда я вошла в двери, все присутствующие посмотрели на меня и замолчали.
Так было до тех пор, пока Никколо не произнес приглушенно «Madonn».
Все братья (и Ларс) сидели за столом, по трое с каждой стороны. Дарио сидел во главе стола на другом конце комнаты.
Его глаза вспыхнули при виде меня — и взгляд опустился на платье.
Он не улыбнулся, но взгляд его смягчился, когда он снова посмотрел мне в глаза.
Валентино присвистнул.
Массимо легонько шлепнул его по затылку.
— Что?! Она выглядит прекрасно! — запротестовал Валентино, обратившись к остальным. — Только не говорите мне, что вы все тоже так не думаете!
Я покраснела.
— Садись, Алессандра, — сказал Никколо со своего места по правую руку от Дарио. — Мы приберегли для тебя почетное место.
Роберто, сидевший ближе всех ко мне, встал и отодвинул пустой стул в дальнем от Дарио конце стола. Затем он подтолкнул его под меня, когда я села.